Читаем без скачивания Хранитель Врат - Роман Кузнецов

– Согласен.

Рахман подошел к Спецу. Тот устало поднял глаза и спросил:

– Ну что, братишка, славно погуляли? Похоже, я все-таки вплотную подобрался к главному событию в своей жизни. Ты вроде так это называл? Как ты думаешь, там меня примут? Я по твоему мосту этому, ажурному, пройду?

– У воинов свои пути вознесения, – просто ответил Рахман. – А тебе-то что? Еще рано думать о погосте. Тебе только до вертолета дойти, Бригадир тебе поможет. А внизу и не такое лечат.

Рахман осмотрел раны, нажал на какие-то точки. Спец вынес процедуру стоически, лишь пару раз крякнул, прикусив губу. Рахман выпрямился и произнес:

– Я какие мог каналы закрыл. Угрозы жизни нет, но положение сложное, я не справлюсь. Надо вниз, и срочно.

Он внимательно посмотрел на Спеца, спросил:

– Перстень у тебя?

– У меня. Откуда знаешь? Ты же его Бригадиру давал!

– Отдай. Мне он нужен. Еще надо Врата закрыть.

– Это куда это ты собрался? – поинтересовался Бригадир. – Неужто не все еще?

– Зверушку видел? Проведать хочу, ему домой надо. А я провожу. Сам может не уйти, надо дорогу показать.

– Так это ты в гости к твари собрался? Он же тебя сожрет!

– Может, – не стал врать Рахман. – Но Врата закрыть надо. Отдай перстень.

Рахман окинул взглядом поляну, посмотрел наверх и продолжил:

– Я сейчас быстро посмотрю, что с собой принесли эти маги, и пойду. Времени у меня почти совсем нет. Медлить нельзя. А вы, как Макс в себя придет, спускайтесь к вертолету. Помоги Спецу, хотя я думаю, что дойдет сам. Меня не ждите, Крота тоже. Встретимся внизу.

– Эй, эй, – возмутился Бригадир. – Придержи коней. Что ты там насчет Крота говорил?

– Нет больше Крота, погиб. Меня собой закрыл. Вот его тело, похороните.

– Вот гадство! Ты уверен, что это Крот? Я не видел. Ты ничего не перепутал?

– Такого не перепутаешь, он меня спас. И не только меня. Заклятие мощное, половину бы накрыло. Крот его на старте принял. На себя, целиком. Я за него отомстил, но де́ла не доделал. Так нельзя.

– Вот гадство, – повторил Бригадир. – Вместе пойдем. Я хочу поучаствовать.

– Нет, – резко отрезал Рахман. – Я один.

– Я тебя не отпущу, у меня к этому пресмыкающемуся свои счеты. Ты один не справишься, тут помощник нужен, гомо сапиенс.

– Нет, Бригадир, ты мне помочь не сможешь. Я один.

– А вот это не тебе решать. Я с тобой, это не обсуждается.

– Правильно шаман говорит: вдвоем идти нельзя. Втроем пойдем, – подал голос Спец. – Это куда вы без меня собрались? Так не честно, я тоже хочу.

– Тебе точно лучше остаться. – Рахман растерянно посмотрел по сторонам.

– Я сам знаю, что для меня лучше.

Спец с трудом встал и с вызовом посмотрел на Рахмана.

– Я, может, впервые понял Цель. Смысл. Предназначение – называй как хочешь. Я иду не ради вас, я иду ради себя. Не ради выгоды или из-за страха. Я, может, понял, что жил криво, пусто. Теперь появилось то, ради чего стоит умереть. Негоже бросать на полпути стоящее дело, тем более что я могу. Я не знаю, чего ты там сделал, но после твоего массажа я почти как новый. А без меня вы не справитесь. Вы же как дети, вечно во что-то вляпаетесь. И еще у меня граната осталась и взрывчатки вагон. Я на крайняк эту пещеру обрушу. Гад будет из-под завала года три выбираться. В общем, вы со мной или я один.

Рахман обреченно посмотрел на Спеца, потом на Бригадира и произнес:

– Мужчина сам выбирает свой путь. Кто я такой, чтобы лишать его свободы воли? Уходим через три минуты. Поторопимся, времени совсем мало. Надо успеть, пока он слаб и боится.

Рахман отошел и с головой погрузился в разбор поклажи колдунов, внимательно разглядывая оставшиеся после них склянки, коробочки, порошки.

Бригадир подошел к девушке и что-то объяснил ей, рисуя на песке какие-то схемы. Спец, тихо ругаясь, обшаривал трупы в поисках подходящего оружия.

Через три минуты трое мужчин собрались на тропе. Выглядели они ужасно: побитые, уставшие, покрытые потом, грязью, кровью, в изодранной одежде и бинтах. Двигались тяжело, с трудом переставляя ноги, словно у каждого на плечах висел тяжеленный рюкзак. Но в глазах горела злость, решимость и упрямство.

– Не отставать, идти недалеко. Минут тридцать-сорок. Кто не может, пусть лучше остается.

Рахман выразительно посмотрел на Спеца. Тот только широко улыбнулся и проворчал:

– Сам не облажайся. Иди, чего уж! Без сопливых скользко.

Рахман еще раз сокрушенно покачал головой и двинул вперед. За ним захромал Бригадир. Спец глубоко вздохнул, прогоняя боль, выплюнул горько-соленый сгусток из слюны, дорожной пыли и еще бог знает чего и шагнул за товарищами.

Шли они бесконечно долго, тупо глядя перед собой и вяло перебирая сбитыми до кости ногами. От камня к камню, подчиняясь какому-то гипнотическому ритму. Каждый шаг отзывался болью. Не раз и не два Спец думал, что это его последний шаг, что он просто не сможет больше оторвать подошвы от земли, и искренне удивлялся, увидев свои ноги все еще выбивающими пыль из едва заметной тропинки. Иногда он падал, но тут же вставал и упрямо полз за раскачивающейся впереди спиной Бригадира. Пару раз он оставался лежать, с силой вжимаясь в землю и втайне мечтая, чтобы его никто не трогал, но безжалостные руки Бригадира участливо поднимали его и тащили вперед. Тогда Спецу становилось стыдно. Злость на себя и чувство вины открывали доступ к скрытым резервам организма, и он, превозмогая боль и слабость, отстранялся и шел сам. В голове стало пусто, как зимой в тундре. Мысли, раньше роившиеся внутри черепной коробки, куда-то разом пропали, может, залегли в спячку, а может, просто сломался механизм по их производству, в ушах стоял противный свист.

Остановились они только у входа в пещеру. В голове бухало так, что казалось, будто она вот-вот взорвется, в глазах плясали разноцветные мухи. Вырывающийся изо рта сухой воздух резал гортань. Рахман что-то говорил, но Спец не понимал ни слова. Потом вдруг все поплыло, перед глазами вынырнуло озадаченное лицо Бригадира. Он беззвучно разевал рот, шевелил губами.

Звук обрушился внезапно, как лавина. Слова забарабанили прямо в мозг.

– Идти надо… Времени нет… Алтарь, главное – Алтарь. Ты понимаешь, что я говорю? Спец! Ты меня понимаешь?

– Нет, – честно признался Спец. – Повтори.

– Очнулся, слава богу! Слушай, уходить поздно. Сейчас только вперед! Мы идем внутрь, ты замыкаешь. Наша цель – Алтарь! Если я погибну, ты должен взорвать Алтарь. На тварь не отвлекаешься! Ты меня слышишь?

– Да слышу, не ори. У меня взрывчатки хватит тут все взорвать. Только ты меня к этому Алтарю ближе подведи. Я уже не такой быстрый, немного не в форме.

– Хорошо, подведу. Вставай, надо идти.

– Ты раньше погонщиком верблюдов был, не иначе. Дай хоть минут десять отдышаться. А то мною сейчас хорошо забор подпирать.

– Некогда, времени совсем нет.

Спец поднялся, кряхтя и отплевываясь. Голова сразу закружилась, в висках застучали молоты.

– Эх, – произнес он с чувством. – Спустимся вниз – я найду себе бабу, да потолще, обниму – и спать…

Глава 29

Высший демон Уракобарм был вне себя от ярости. Его, потомка Брумунганда, чуть не посадили на цепь, как медведя в бродячем балагане, чуть не заставили показывать фокусы на потеху человеческой публике. Только чудо и присущее его роду везение спасло его от рабства. Подумать только, два смертных, правда, с помощью предателя Нихазоротехтона, тайного слуги Вальтазара, почти связали его. Да что там почти! Связали! Только намордник надеть осталось. Если бы не этот странный смертный, сидеть бы ему сейчас в клетке. Интересно, откуда у него клинок Велеса? По силе-то он явно не тянет на Хранителя. И почему он с этим клинком бросился на помощь, а не убил, как это завещано? Этот мир меняется слишком быстро. Давным-давно Вальтазар, играя на желании прославиться, приволок его сюда. Тогда он не мог предположить, что все так ужасно закончится. Он, родственник самого Абигора, поддался на увещевания повелителя лжи. Ведь должен был понимать, что Вальтазара нельзя слушать! Но он был молодым, тщеславным и глупым. Все казалось так красиво и просто, а обернулось ловушкой. Его провели, как деревенского дурачка. И это накануне похода! Теперь он дезертир. И рад бы вернуться, но не может. Проход оказался дорогой в одну сторону. Уже много лет он сидит тут, так и не сумев обрести свою силу. А началось все с того, что они напоролись на этого Хранителя. Нихазоротехтон его должен был убрать, но сделал это криво и сам погиб. А этот Хранитель перед смертью привязал его к Алтарю. Тогда он за это поплатился своей жизнью, но от этого не легче. Чтобы освободиться, нужна прорва энергии, но ее нет. Он несколько раз пытался, но до полноценного возрождения так и не дошло. Разве что удалось локализовать Браслет подчинения. За такой подвиг его могли бы и простить, но Браслет ушел, а вместе с ним испарились и его надежды на снисхождение, колдуны вот-вот заявятся, а драться с ними сил нет. Да еще этот тип с ножом. Кто он все-таки? Неужели Хранитель сумел как-то выжить и перебраться в тело этого парня? С него станется. Тогда дело совсем плохо. Но лучше бы сюда первым пришел Хранитель. Быть развоплощенным от руки воина – обычная судьба рыцаря Нави. Рабство несравнимо хуже. Демон с сожалением подумал, что он просто физически не может подставить горло под Клинок Велеса, а ведь это был бы выход.