Подле алтаря остались только бомжи, подростки и девушка, все еще не верящие в свое избавление, которым и достались все мотоциклы. Придя в себя бомжи, как люди весьма опытные, первыми бросились к технгике и, оседлав двухколесные машины, рванули в противоположную сторону. Следом за ними умчались на мотоциклах подростки. Подле алтаря остались только девушка и самый маленький мальчишка. Похоже, что девушка просто не знала, как ездить на мотоцикле, а у мальца слишком долго были связаны ноги и он никак не мог подняться и испуганно плакал. Девушка опустилась возле него на колени и, успокаивая пацана, принялась гладить его по спине.
Спустившись вниз, я быстро пошел по штольне в сторону бункера, куда помчались со всех ног в поисках ада, главные виновники всего этого безумного фарса. Сообразив, что они оказались вовсе не в аду, они попытались оказать мне сопротивление, но увидев меня безрогим и с автоматом "Узи" в руках, попятились. Не вдаваясь в объяснения, я затолкал их в коридор и запер его снаружи, надеясь вернуться сюда через год, другой и окончательно решить их судьбу, после чего бегом бросился к выходу, где меня поджидала Ольга.
Отмыв лицо одеколоном от сапожного крема и переодевшись в цивильное, я сел за руль своего джипа и выехал наружу. Быстро закрыв ворота гаража и завалив их кучей гнилого хвороста, я с включенными фарами поехал по лесу в ту сторону, где недавно мы задали жару сатанистам. Девушка и мальчишка, были напуганы огнями машины, но, к счастью, даже не попытались убежать. Пока Ольга выясняла, как они оказались в лесу и что там делают мотоциклы, я снял с деревьев свои телекамеры и вернулся к машине. Бросив последний взгляд на это место, я сел за руль и стал осторожно выезжать из леса.
Мальчишка попросил высадить его неподалеку от железнодорожной станции. Дав пацану на дорогу несколько пятисоттысячных бумажек, триста долларов и получив от него заверения в том, что с ним все будет в полном порядке, я отпустил его. После этого мы довезли девушку прямо до её дома. Она жила в небольшом городке километрах в сорока, и мне пришлось сделать небольшой крюк прежде, чем мы смогли ехать дальше, к более надежному и спокойному убежищу.
Двигаясь по проселочным дорогам, а иногда и вовсе без дорог, за двое суток мы доехали до Псковской области, где забрались в глухой, забытый Богом и людьми угол, в котором могли спокойно пожить несколько недель прежде, чем перейти через российско-эстонскую границу, до которой было чуть более двадцати километров.
Галактика "Млечный Путь", планета Земля, государство Российская Федерация, хутор в лесу, в Псковской области, в 12 километрах от российско-эстонской границы.
Галактические координаты:
В описываемое время
еще не были установлены.
Поясное планетарное время:
17 июня 2009 года, 19 часов 35 минут
Продолжение рассказа Эдварда Бартона.
После стольких дней нервотрепки, мы с Ольгой, наконец, оказались в спокойном, тихом и безлюдном месте, где можно было не думать ни о какой опасности и предаваться созерцанию природы. Разумеется, это место не было таким безопасным, как подземный бункер в лесу, – по лесу изредка шастали контрабандисты, но даже они старались обойти наш хутор стороной, так как в трех километрах позади нашего хутора, ближе к границе, было большое, практически непроходимое болото. Поэтому в нашем направлении к границе почти никто не шел. Мы бродили по окрестностям, понемногу занимались хозяйством и готовились перейти границу, чтобы в конце лета уйти в Эстонию, которая хотя и не отличалась особой гостеприимностью, но все же была в то время куда более спокойным местом, нежели моя бедная Россия.
К счастью, Старик уже успел подготовить для меня свой британский паспорт, который я нашел в джипе и теперь я мог свободно передвигаться по всему миру, стоило мне только выбраться за пределы Российской Федерации. Документы Ольги тоже были в полном порядке и нам не угрожали никакие неожиданности, если мы сможем незаметно перебраться через границу. Эстония была свободной и открытой страной, из которой без визы можно было выехать практически в любую страну мира. В общем, никаких особенных проблем не предвиделось, кроме того, что эстонские пограничники, когда они не помогали контрабандистам, очень бдительно несли службу и поэтому большую часть времени я посвящал сенсетивным тренировкам.
Для меня явилось полным откровением, что я, оказывается, могу тренировать свои экстрасенсорные, или сенсетивные, как их называла моя Вирати, способности. Она подробно объяснила мне, как её учили этому мать и бабка и я часами заставлял различные предметы двигаться в воздухе, левитировал сам, доводя продолжительность полета сначала до трех минут сорока секунд, потом до пятнадцати минут и вскоре дошел до того, что мог летать больше часа. Именно это должно было помочь нам беспрепятственно пересечь пограничные кордоны и углубиться на территорию Эстонии. Вместе с тем я впервые попробовал телепортом преодолеть сначала расстояние в пять метров, а потом и гораздо большее. Ольга тренировалась вместе со мной и делала основной упор на развитие сверхзрения, учась этому у меня. После месяца изнурительных, ежедневных тренировок, мы оба добились значительных результатов.
Единственное, что не давало мне покоя, так это участившиеся у меня приступы полной невменяемости, когда я пялился вокруг и не мог узнать ничего. Благо эти приступы длились недолго, но уж больно регулярно они на меня накатывались, практически каждое утро и вечер. Настолько регулярно, что я уже стал к этому привыкать и порой смеялся, пытался предугадать, что именно я не смогу угадать в следующий раз. У меня складывалось такое впечатление, что в моей голове дремал какой-то тип, который изредка просыпался и высовывал нос наружу, где все для него оказывалось незнакомым. Когда я рассказал о своих фантазиях Ольге и назвал этого типа Оорком, она рассмеялась, хотя впоследствии оказалось, что так оно на самом деле и было.
Пожалуй, мы так бы и просидели в этом тихом местечке все лето, если бы в один прекрасный июньский вечер, меня не тряхнуло особенно сильно и я не отключился почти на полчаса. Приступ был особенно сильным и, в отличие от всех предыдущих, окончился тем, что я полностью потерял сознание, но когда очнулся, то знал абсолютно точно, что мне нужно было теперь делать. Я так и сказал об этом Ольге:
– Вирати, теперь я знаю, что действительно являюсь Оорком. Наконец настал День Откровения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
