— Задний ход! Задний ход, капитан!
Ассистент профессора Бернштейна доктор Шерц вскочил:
— Ради всевышнего, мистер Шютте, что произошло? Где профессор? Почему обратно?.. Да говорите же, мистер Шютте, я умоляю вас!
Ганс презрительно посмотрел на него, выпил подряд две кружки пива и сказал:
— Придется вам притормозить!
Тот сел, беспомощно уставившись на Ганса.
Тем временем уходивший отдать распоряжение об изменении курса помощник капитана вернулся.
— Яхты больше нет, — сказал Ганс, отодвигая от себя одиннадцать пустых кружек. — Плавает головешка.
Под столом хрустнули пальцы доктора Шерца.
Ганс вытащил из кармана письмо и потряс им в воздухе:
— Вот все, что осталось от острова Аренида и от профессора!
Ассистент Бернштейна ахнул. Моряки переглянулись.
Ганс посолил пиво и выпил последнюю кружку.
— Готов разговор с биг-боссом?
Старший помощник кивнул и поднялся. Гане тяжело вышел следом за ним. Капитан и доктор Шерц остались сидеть в салоне.
В радиорубке, вытянувшись, стоял радист.
— Ну что? — спросил Ганс.
— Ютландский замок отвечает.
— А мистер Вельт?
— У телефона.
— Всем выйти! — скомандовал Шютте.
— Да… но аппаратура… — начал было радист.
— Но-но!.. Дать задний ход!
Радист и старший помощник, вышли.
Ганс включил микрофон.
— Хэлло, Ганс! Проклятье! Что за шутки? Почему вы на «Голштинии»?
— послышалось из репродуктора.
— Вы лучше спросите, биг-босс, почему я не в аду.
— Но-но! Что за тон! У меня не слишком много времени для вас! — В голосе Вельта слышалось раздражение.
Ганс съежился, заговорил вполголоса:
— Мистер Вельт, я имею вам сообщить о страшном несчастье…
— Дальше!
— Погиб профессор…
— Ну, это еще не столь страшно?
— И уничтожил остров!
— Эй, Ганс! Вы напились? Хэлло? Что вы там городите?
— Ничего не горожу, биг-босс? Я выпил всего дюжину пива. А до того ехал двое суток на катере.
— К делу!
— Биг-босс, рассказывать я не мастак. Вот профессор тут все сам написал.
— Хэлло, Ганс! Вызовите своего радиста и скажите, чтобы он перешел на направленную волну. Я предпочитаю разговор без свидетелей.
— Будет исполнено, мистер Вельт! Через десять минут вызываю вас вновь.
— Поторопитесь! У меня не слишком много времени для вас!
Сказав это, Вельт раздраженно стукнул портсигаром по столу и выключил микрофон. Потом, отбросив плед, которым был закутан, вскочил и быстро заходил по комнате.
— Идиот! Кричит на весь эфир о гибели острова. Где у него мозги? Нет, шофер всегда останется шофером.
Вельт со злостью вытащил из кармана носовой платок и остановился около стрельчатого окна. Раздался мелодичный звон. Вельт оглядел заставленные книжными шкафами стены своего кабинета; нажав кнопку, спустил на окнах стальные жалюзи и включил микрофон.
— Ну? — сказал он.
— Я читаю вам, мистер Вельт! — донесся издалека голос Ганса.
— Только живее. Я не позволил бы вам говорить даже на направленной волне, если бы можно было терять время и ждать вашего возвращения.
— «Будь проклят мир капитализма!»
— Но-но!
— Тут так написано.
— К черту! Дальше!
— «Будьте прокляты поработители человечества! Я, безумный слепец, профессор Бернштейн, фактически посвятивший свою научную деятельность служению гибели цивилизации, в последний день своей жизни понял это…»
— Поздновато! — сказал Вельт, вертя в руках золотой портсигар.
— «Я создал страшное средство, которое волею судьбы неизменно окажется в руках врагов человечества — поджигателей планеты. Я понял это и уничтожаю то, что создано моими руками. Я не дам никому воспользоваться открытой мною реакцией. Спасая человечество, я приношу в жертву себя. Я уничтожу остров Аренида — источник проклятого газа, зажигая над ним атмосферу…»
— Что?! — заревел Вельт, вскакивая и запуская портсигаром в настольные часы.
— Тут написано: «Зажигая над ним атмосферу».
— Мало ли что там написано!
— Мистер Вельт… к сожалению, осмелюсь доложить, этот воздушный костер я сам видел.
— Что вы такое видели? — свирепо закричал Вельт, совсем теряя самообладание.
— Горящую атмосферу, мистер Вельт.
— Он зажег ее над островом?
— Так точно, мистер Вельт.
— Проклятый ученый! Он даже сам не понимал, что наделает. Передайте приказ мистеру Троссу тотчас же сообщить мне все во всех подробностях, по-журналистски.
— Мистера Тросса съели акулы.
— Что вы городите, старый пьяница?!
— Так точно, сэр. Слабак спятил с перепугу и спрыгнул за борт к акулам. Мы все видели пятно крови.
— Проклятье! Он выбывает из строя, когда особенно нужен мне для дела.
— Для дела, сэр?
— Которое вам не по плечу.
— Ганс еще может…
— Ничего вы не можете.
— Какие будут приказания?
— Возвращаться немедленно.
— Слушаюсь!
— Все!.. Проклятье!
— Мистер Вельт, не можете ли вы передать моему сыну…
— Мне не до родительских нежностей!
Вельт выключил микрофон. Некоторое время он сидел, откинувшись в кресле и кутаясь в плед. Потом с силой стал тереть ладонями сморщенный лоб.
— Это же гибель, гибель! — шептал он.
Накинув на себя плед, он зашагал из угла в угол.
Дверь открылась, и на пороге показалась Иоланда Вельт.
— Я не помешаю вам, Фредерик? — спросила она.
— Вы? — Вельт приостановился. — Нисколько, моя дорогая. Напротив!
— Чем вы заняты, мой друг? — Иоланда нежно поправила на Вельте плед.
Вельт усмехнулся:
— Я обдумываю организацию нового концерна… Но ближе к делу, моя дорогая. Судя по тону, вам нужны деньги?
— Как вы проницательны! Это действительно так.
— Догадаться нетрудно. Сколько?
— О, пустяки! На эти дни мне хватит трехсот тысяч.
— Что это: наряды, увеселения, пожертвования, благотворительность, карты?
— Да, вы действительно проницательны! — Иоланда криво усмехнулась. — Я люблю чувствовать жизнь, меня надо возбуждать. Это дает мне игра. Я люблю азарт!
— Я признаю игру другого рода. Я начинаю ее с сегодняшнего дня, миледи. Однако я не располагаю временем. Чек для вас написан, возьмите на столе.
Иоланда повернулась к мужу спиной, взяла со стола чек и, не сказав ни слова, вышла из кабинета.
Вельт остался стоять посередине комнаты, уронив плед на пол. Он ожесточенно тер ладонями виски.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
