Читаем без скачивания Возвращение. Трилогия - Игорь Чужин

Выбравшись из долины, я пробежал ещё с километр и рухнул в траву, корчась от хохота. Хорошо, что меня никто не видел в этот момент, а то зрители решили бы, что я сбежал из дурдома. Мне ещё около часа пришлось успокаивать нервы и приводить в порядок оружие и амуницию, прежде чем я стал готов к походу по лесным тропам.

Сканирование окружающего пространства опасности не обнаружило, и я решил первым делом найти источник Силы для подзарядки, а затем уже нарезать круги по окрестностям.

Глава 31

Долгожданная встреча с дроу

Засыпанная опавшими листьями звериная тропа мягко ложилась под ноги, и бежать удавалось практически бесшумно. Вторые сутки похода по лесам уже подходили к концу, и мне уже было пора возвращаться в лагерь, но, сканируя местность с верхушки высокого дерева, я обнаружил слабую засветку от аур, принадлежащих разумным существам. Разобрать с такого расстояния, люди это или эльфы, было невозможно, поэтому я решил подобраться поближе. Через час я понял, что владельцами восьми аур являются эльфы. Мы отправили в разведку как раз восемь дроу, но разделив их на два отряда — три и пять человек. Чтобы выяснить, кто эти эльфы, их необходимо было опознать визуально, что я и собирался сделать, подкрадываясь к ним на расстояние прямой видимости.

Тропа вывела меня на обрывистый берег небольшой речки, через которую было не так просто перебраться. Если двигаться по прямой, то до эльфов мне оставалось всего метров пятьсот, но неожиданное препятствие заставляло идти в обход.

Меня настораживало странное поведение дроу. Лес для эльфов — дом родной, и они передвигаются даже по бурелому словно по тротуару, а этот отряд плёлся еле-еле и то и дело останавливался на короткие привалы. Похоже, у эльфов что-то случилось и среди них есть раненые, которые тормозят их передвижение.

Мне пришлось бежать вверх по течению реки около километра, прежде чем удалось перебраться на другой берег по сломанному дереву. Ауры дроу скрылись за холмом, и теперь, чтобы разглядеть магические огоньки, я начал обходить очередное препятствие по берегу реки. Когда мне снова удалось обнаружить эльфов, я понял, что они ведут бой с двумя десятками имперцев, окруживших позицию дроу полукольцом, и прижимают их к реке. Долго раздумывать у меня возможности не было, поэтому я быстро залез на дерево и вступил в бой, выщёлкивая из лука ближайших врагов, ориентируясь только по аурам. Стрелять в дремучем лесу, целясь в ауру противника, — задача довольно сложная, только каждая вторая или третья стрела находила свою цель, а остальные застревали по дороге. Однако через несколько минут у меня на счету было уже восемь покойников, но стрелы закончились. Просто сидеть на дереве и смотреть, как убивают дроу, я не мог, совесть не позволяла. Поэтому, достав меч из ножен и включив защиту кольчуги, я начал обходить имперцев с тыла. Мне удалось по-тихому прирезать ещё четверых имперцев, пока «Зелёные призраки» не поняли, что сами из охотников превратились в добычу, но спохватились они слишком поздно. Дроу за время боя тоже сумели подстрелить четверых противников, а двоих бросившихся наутёк я быстро догнал и оглушил с помощью слабого ментального удара. Окинув поле боя магическим взглядом и убедившись, что опасность миновала, я связал пленных и заорал во всю глотку:

— Не стреляйте, я князь Ингар! Все имперцы мертвы. Отзовитесь, кто вы такие?

Через минуту из кустов крикнули в ответ:

— Покажись, чтобы тебя было видно, стрелять не будем.

Я встал на ноги и выглянул из-за ствола дерева, за которым прятался, но готов был мгновенно юркнуть обратно. Через некоторое время кусты зашевелились, и из них выбрался один из воинов, которых мы с Милорном отправили на разведку. Напряжение сразу спало, и я, махнув рукой, подозвал его к себе.

— Сиятельный, это вы? Слава богам, а то я уже решил, что нам конец, — обрадованно заявил эльф.

— Как тебя зовут, воин? — спросил я.

— Тамилор, сиятельный.

— Почему с тобой ещё семеро бойцов? В твоей группе было только трое.

— Это дроу из лагеря на болоте, которых отправилась искать вторая группа. Мы нарвались на засаду «Зелёных призраков», и двоих из нас ранили. Поначалу нам удалось оторваться от погони, но раненые потеряли много крови, и имперцы снова нас догнали. «Призраки» отрезали нам пути отхода и начали выдавливать нашу группу из леса в сторону Латра. Когда дела стали совсем плохи, нам повезло — мы наткнулись на отряд Алдара, который искал следы Эланриль, убежавшей из лагеря. Они ненадолго отогнали имперцев и помогли нам вынести раненых. Я хотел привести воинов Алдара в наш лагерь, однако нам не удалось сбить «призраков» со следа, и нас прижали к реке. Во время боя имперцы ранили ещё троих наших бойцов, а стрелы у нас практически кончились. Если бы имперцы подобрались поближе и пошли врукопашную, то шансов у нас не осталось бы совсем, но тут вы подоспели и вытащили нас буквально с того света.

— Тамилор, радоваться будем, когда вернёмся живыми в лагерь. Лучше помоги мне дотащить пленных, они должны знать, сколько ещё имперцев по лесу бродит, и пойдём к раненым.

Эльф кивнул и схватил за шкирку связанного имперца, а я пинком поднял на ноги второго очухавшегося пленника. Мы подошли к кустам, за которыми прятались ещё двое лучников, и сдали пленных им под охрану. Затем Тамилор отвёл меня к раненым, которые лежали за поваленным деревом. К счастью, раны у эльфов оказались не смертельными, троим стрелы попали в ноги, а у одного бойца была пробита рука. Единственным, кому сильно не повезло, оказался Алдар, им-то я и занялся в первую очередь. Если в прошлый раз мне пришлось вытаскивать брата Эланриль практически с того света, то на этот раз ранение было не таким тяжёлым — бронебойная стрела пробила кольчугу и застряла в животе Алдара. Сканирование показало, что жизненно важные органы не задеты, но зазубренный наконечник нужно было вырезать из тела, потому что протолкнуть его наружу, не повредив почки, было невозможно. Алдара ранили всего несколько минут назад, и он находился в сознании, скрипя зубами от боли. Эльф понимал, что для извлечения стрелы требуется срочная операция, но он также знал, что сделать её никто из воинов не может и его смерть будет долгой и мучительной. Моё неожиданное появление давало Алдару надежду, и смертельная тоска ушла с лица эльфа, сменившись кривой улыбкой.

— Привет, Алдар, — поздоровался я с братом Эланриль. — Опять тебя угораздило подставиться под стрелу. Вернёмся в лагерь, отправлю тебя к Милорну на дрессировку, чтобы он научил ещё одного раздолбая ценить свою шкуру, а то Эланриль поседеет из-за дурости своего брата.

— Ингар, ты, как всегда, вовремя, если тебе удастся спасти меня от смерти и в этот раз, то я должен буду тебе уже две жизни.

— С долгами потом разберёмся, а сейчас будем тебе делать больно. Ты сам виноват, не будешь в следующий раз рот разевать, — ответил я Алдару и погрузил его в гипнотический сон.

Сама по себе операция была несложной, но требовала максимальной концентрации и аккуратности. Обрезав древко стрелы у самой кольчуги, я осторожно оголил живот раненого и промыл кожу вокруг раны из своей фляги. Конечно, подобная дезинфекция не выдерживала никакой критики, и мне оставалось только надеяться на свои магические способности в заживлении ран. Остатками воды я смыл грязь со своих рук и погрузился в транс. Скальпелем мне служил тоненький луч Силы, которым я, как лазером, разрезал кожу и мышцы на животе раненого, одновременно прижигая им мелкие сосуды. Через несколько минут мне удалось вытащить наконечник стрелы из раны и приступить к её заживлению. У меня уже имелся довольно большой опыт лечения боевых повреждений, и магические методики были отработаны до автоматизма, причём на себе, любимом, поэтому через полчаса рана на животе Алдара начала затягиваться и его жизни уже ничего не угрожало.

Лечение других раненых заняло ещё около часа, и если имперцы до завтрашнего утра снова не выйдут на наш след, то мы сможем не спеша двигаться в сторону лагеря. Закончив заниматься медициной, я приказал Тамилору прочесать окрестности и собрать трофеи, а сам решил приступить к допросу пленных. Имперские «Зелёные призраки» оказались крепкими ребятами, и отвечать на вопросы отказались наотрез, но «против лома нет приёма», и ментальная обработка легко сломила сопротивление воинов. Времени на тонкую работу с подсознанием пленников у меня не было, поэтому я грубо выпотрошил их память в поисках необходимых сведений, но, похоже, перестарался. Поспешный допрос дал необходимые сведения, но к ним прилагались два живых трупа с выжженными мозгами и дикая головная боль. Воспалённый мозг буквально рвал череп на части, и я не знал, как избавиться от мучений.