слов этой девушки будут зависеть десятки жизней!
- Ладно,… хорошо – судя по интонации, говоривший нехотя шел на уступку. – Но недолго!
Весь этот диалог доносился до Сабрины, словно сквозь подушку. Поморщившись, девушка открыла глаза.
Белый потолок, белые стены, большое окно, за которым виднелись кроны деревьев, жесткая кровать… все атрибуты, характерные для больницы, были налицо. «Валькирия» мигом вспомнила все: взрыв, потерю сознания, поездку на «скорой», укол…
Продолжить рассуждения ей помешала открывшаяся дверь палаты и уверенные шаги. На пороге стоял высокий подтянутый молодой человек в строгом синем костюме, характерном для госслужащих, поверх которого был накинут белый больничный халат. Взяв стоявшую у двери табуретку, визитер подошел и присел рядом с кроватью.
- Здравствуйте – доброжелательно поздоровался он. – Майор Нечаев, прокуратура. Вот мое удостоверение. Мне нужно задать вам несколько вопросов.
Сабрина напряглась. Внимание со стороны органов правопорядка было нужно ей меньше всего. «Валькирия» быстро прикинула, сможет ли она «вырубить» нежелательного посетителя и сбежать? Нет, не выйдет… в голове все еще подозрительно шумело, да и лекарства, похоже, еще не закончили действовать. Сейчас она не боец, а значит придется подчиниться.
- Хорошо… задавайте.
Прокурор кивнул.
- Что связывало вас и Касьянова Виталия Александровича…
- А это кто? – тут же изобразила недоумение «валькирия», хотя на языке у нее уже вертелась пара нелицеприятных высказываний. Ну, кто спрашивается, задает приличной девушке такие провокационные вопросы?!
- Потерпевший, в квартире которого сегодня произошел взрыв – произнес молодой человек. – Вас же нашли без сознания совсем рядом с его окном.
- У нас была деловая встреча – не моргнув глазом, соврала девушка.
- Хорошо,… допустим – кивнул прокурор. – К моменту вашего прихода потерпевший был уже мертв?
- Да.
- Что произошло потом?
- Был взрыв. Я не успела ничего понять…
- Но, тем не менее, остались живы и отделались минимальными травмами.
- Не знаю,… наверное, повезло…
- Повезло, значит? – взгляд прокурора вдруг стал колючим. – Хватит уже валять дурака, гражданочка! Лучше говорите сразу, кто вы такая на самом деле?
- Не понимаю, о чем вы – Сабрина медленно сжала под одеялом кулак.
- Не понимаете? Хорошо, я объясню! – уже жестче бросил собеседник. – Вы что-то не поделили с Касьяновым и прикончили его, а затем, чтобы скрыть следы, устроили взрыв, но что-то напутали в механизме и сами едва остались живы! Ну?! Будете еще отпираться?
«Валькирия» устало вздохнула.
- Вы это сами только что выдумали? – ровно поинтересовалась она.
На щеках прокурора выступили пятна.
- Упорствуете, значит? – процедил он. – Хорошо, сообщу вам куда более убедительные аргументы! Перед тем как прийти сюда, я расспросил дежурный экипаж, который доставил вас в больницу, и узнал одну интересную деталь: находясь без сознания, вы говорили по-английски… чисто, безо всякого акцента! А в беспамятстве человек говорит исключительно на родном языке, и не нужно быть профессором, чтобы это понять! Кроме того, на месте происшествия был обнаружен пистолет «Браунинг Хай-Пауэр»… оружие весьма нехарактерное для России, и я более чем уверен, что он ваш! Ну, что? Будете сотрудничать со следствием?
Сабрина занервничала. Улики были довольно неудобные. Конечно, можно было и дальше все отрицать, но если у нее снимут отпечатки пальцев, тогда дело могло сильно осложниться, ведь пистолет «валькирия» чистила и перебирала не в перчатках. Тюремного заключения девушка не боялась – в самом крайнем случае можно было связаться с посольством Британии, и ее бы немедленно взяли под защиту… вот только дадут ли ей возможность позвонить?
Прокурор же тем временем решил, что нужный эффект достигнут, и уже куда более доброжелательно произнес:
- Вижу, вы все поняли – девушка машинально кивнула. – Вот и хорошо. Теперь расскажите, с какой именно целью вы прибыли в Россию, кто ваши сообщники и где они скрываются. Содействие будет учтено и думаю, все ограничится лишь вашей депортацией…
В это время в коридоре послышались тяжелые шаги, затем дверь в палату распахнулась, и внутрь вошел уже немолодой, но подтянутый мужчина с густыми усами, облаченный в полевой армейский камуфляж, на рукаве которого был яркий шеврон, один в один повторяющий герб Российской столицы. Едва увидев знак, Сабрина напряглась, как натянутая струна – знак «гробовщиков» она помнила на «отлично» и сразу поняла, что теперь проблем стало намного больше. Прокурор же раздраженно обернулся и произнес:
- Майор Кривозуб? Тоже кого-то навещаете? Тогда боюсь, вы ошиблись палатой…
Пожилой оперативник смерил его тяжелым взглядом и ответил:
- Да, навещаю. И нет, я не ошибся.
- Тогда прошу вас подождать, пока я не закончу допрос подозреваемой!
«Валькирия» вновь стиснула кулаки. Вот значит как?! Сначала «свидетельница», а теперь уже «подозреваемая»?! Интересно же тут делаются дела!
Однако, «гробовщик» не спешил уходить. Он лишь хмыкнул и произнес:
- Я не могу уйти. У меня тоже есть вопросы к этой девушке.
- Можете допросить ее после того, как я закончу! – поведение оппонента, похоже, начинало раздражать прокурора. – Это дело прокуратуры и, вполне возможно, ФСБ и бывшему начальнику районного УВД в него вмешиваться не следует! Займитесь тем, что больше подходит пенсионеру.
Шеврона собеседника Нечаев, похоже, не видел. Или же попросту не знал, принадлежность к какому
