в современных, и обсуждение советского динозавра явно его заинтересовало.
— Не... — авторитетно подвигал пузом Леонид. — С немецких бэх копировали на московском заводе, а Днепр хохлы шлёпали, уже позже, после войны, в самом Киеве вроде...
— Ха. Скажешь тоже, — запротестовал Анатолий, — мне батя говорил что Днепр изначально назывался эм семьдесят два, который и скопировали — деталь в деталь с немецкого военного мотоцикла. Вот так!
— Ну может быть. — не стал спорить Леонид, и зачем-то добавил, — Жрет только твой Днепр много, как машина почти...
— Ладно, хорош трендеть, — поднялся с травы Олег, — давайте уже делом займёмся, так и будем тут ждать, или другое место поищем?
В принципе можно было бы никуда не дёргаться, на склоне холма нас не видно, а с его вершины просматривается приличная территория, но весьма вероятно что караван пройдет по низине, тогда есть шанс просто его не заметить.
— Можно и поискать, времени у нас достаточно. Сейчас прикинем... -Леонид прямо на траве развернул пошарпанную карту с недавно нанесёнными метками — это для молодежи жизнь без навигатора не жизнь, а люди постарше и поопытней прекрасно обходятся без современных технологий.
— Вот эти две точки... — бегло просмотрев нарисованную местность, через минуту заговорил Леонид, — здесь, и здесь — самые подходящие для наблюдения, но есть шанс что нас обнаружат, близко очень...
— Думаешь собаки у них имеются?
— Уверен. Надо с подветренной стороны место искать.
Ну да, присутствие четвероногих друзей очень вероятно, я бы уж точно не стал ставить на их отсутствие.
Олег облизал палец и подняв вверх руку, сообщил. — Оттуда дует.
— Юго-западный... Главное чтобы не переменился... — уточнил направление Леонид аккуратно сворачивая карту.
И особенно не рассуждая — вариантов всё равно не густо, мы двинулись на новое место.
Быстро не гнали, недавний азарт куда-то делся, да и останавливались часто, советуясь в выборе пути, но до цели доехали вовремя — забравшийся на вершину холма Аркадий громко оповестил всех о появлении каравана в прямой видимости.
— Нормально ты устроился... — укладываясь рядышком, сыронизировал я, — соорудивший из разбросанных повсюду камней что-то вроде небольшого бруствера,Аркадий решил что хорошо замаскировался. — Думаешь так не засекут? Караванщики наверняка посматривают по сторонам, и попадаться им на глаза всяко не стоит, но выстраивать из камней хорошо заметную кучу?..
— А я не выстраивал. — передавая бинокль, удивил Аркадий, — так всё и было.
Ну да. Пригляделся я к вросшим в землю булыжникам, — явно не «новоделу».
— Понятно.
Чуть подкрутив окуляры я навелся на голову колонны. Ладно повозки на конной тяге, но у них и машины тянули лошади.
— Бензин экономят? — предположил Аркадий.
— Наверное...
Ехать со скоростью повозки это утопия, уаз и так горючку жрёт как бык помои, а уж на первой передаче вообще капут. Да и жара стоит — стопроцентный перегрев. Так что подобный вариант передвижения единственный выход совместной поездки.
Впереди верховые, трое...нет четверо... Следом запряженная двумя лошадками буханка с облезлыми бортами, за ней нива или что-то подобное, потом несколько похожих на фургоны, крытых брезентом телег, следом три подряд легковушки и цельнометаллическая газель — её тянут аж шесть лошадок, видимо сильно гружённая... Дальше не видать, ракурс пока не тот.
— Аркаш... Или я чего-то не понимаю... Или машины эти, — никакой не конвой...
— А я о чём... Ты ещё к верховым получше приглядись... — посоветовал он.
Вернув «прицел» в начало, я навёлся на ближнего всадника.
Смуглый, черт лица не разглядеть, но точно не негр, скорее индеец, собранные в хвост длинные волосы, одежда однотонная, тёмная, за спиной какое-то оружие, но не огнестрел, скорее короткое копье или нечто подобное. У седла тоже болтается что-то из той же оперы, но что именно, пока не понятно, угол не тот.
Второй почти точная копия первого, разве что лошадь с пятнами, да из-за спины ничего не торчит, третьего не видно, он чуть поотстал, зато четвёртый развернулся и пару секунд был как на ладони: Тоже чернявый, волосы покороче и без хвоста, одет броско; бордовая куртка или накидка, — непонятно, темно-синие штаны и высокие лакированные сапоги. И как только ему не жарко?
— Насмотрелся? — хмыкнул Аркадий, — и что думаешь?
— А что тут думать? Хрень какая-то...
— Вот-вот, я тоже решил что это странный, неправильный караван...
Рассчитывая увидеть кучу головорезов верхом на машинах апокалипсиса, я находился сейчас в некотором недоумении. Вооруженные копьями дикари не совсем укладывались в разработанный и утвержденный план.
— Интересно было бы поглядеть что у них в повозках, да и машины не пустые... — вернувший бинокль Аркаша снова внимательно вглядывался в медленно приближающуюся колонну.
— Потерпи. Через полчаса они повернут, вот тогда и посмотришь, а пока сбегай к мужикам, расскажи что видел. — На вершину холма мы пошли с ним вдвоем, остальные же остались внизу, мало ли...
Аркадий спорить не стал, буркнул, правда, что-то себе под нос, но передал мне бинокль и по пластунски вжимаясь в землю, ужом уполз обратно.
Я вновь прильнул к окулярам.
Первая четверка всё так же во главе колонны, и похоже меняет курс, причем резко — теперь они едут прямо к реке, открывая нам прекрасный сектор обзора.
Ну точно, в легковушках такие же аборигены, причем лошадьми правят прямо из салонов — передних стекол нет ни у одной машины.
Необычного вида упряжь — связывающая автомобиль с конями сцепная конструкция, используется явно не в первый раз, на коленке такую не сварганить, очень добротное исполнение. Значит не с кондачка собирались индейцы...
Оп-па... А вот и нежданчик...
Позади медленно ползущих автомобилей длинной вереницей двигались люди, связанные верёвками женщины и дети под конвоем всё тех же темнокожих аборигенов.
Мда... Теперь всё встало на свои места. Скорее всего пленники и весь скарб — включая автомобили, добыча местных туземцев из вновь появившегося посёлка или города. Отсюда и необычный, хоть и оправданный, способ передвижения, и характерная внешность охраны, и отсутствие огнестрельного оружия. Ну а в телегах добро значит.
— Что тут у тебя? — удивительно бесшумно — особенно для своих габаритов, появился Леонид.
Ничего не объясняя — а зачем? — Сам всё увидит.
