Марлоу. Она заплела волосы в косу-гало и надела свой цветочный комбинезон с пастельной футболкой. Рядом с ней стоит мольберт, на котором висит холст с частично нарисованным цветком.
Боже, как же я по ней скучаю.
— Привет. — Вздыхает она с облегчением. — Я так рада, что застала тебя.
Это время суток — авантюра, зависящая от расписания встреч и от того, работаю ли я из дома или лечу в город и обратно. Сегодня Лола с моими родителями, так как мне пришлось задержаться на работе.
Я смотрю на часы и вижу, что в Париже уже 12:30 ночи.
— Что ты делаешь так поздно?
— Я отрабатывала новую технику, которую изучала сегодня на уроке, и потеряла счет времени. Решила позвонить тебе перед сном.
У нее на носу пятно красной краски, и я бы все отдал, чтобы лично присутствовать при этом, чтобы стереть его и воссоздать сцену из ее студии.
— Как проходят твои занятия?
— О, Дилан, они невероятны. — Восторгается Марлоу. — Прошла всего неделя, а я уже столькому научилась. Это просто воплощение мечты.
Она делает паузу, на ее лице появляется виноватое выражение.
Я поднимаю палец к камере.
— Ничего подобного. — Предупреждаю я. — Ты там, где должна быть, и я чертовски горжусь тобой. А теперь скажи мне, ты не забыла поужинать сегодня?
— Сегодня у меня был самый невероятный «Boeuf Bourguignon», благодаря тебе. — Говорит она.
После того как она рассказала мне, что на завтрак ела «Cheez-Its», я связался с клиентом «Stafford Holdings», который владеет несколькими ресторанами в Париже. Я договорился о регулярной доставке еды в квартиру Марлоу с рукописными липкими записками, которые я пересылал по ночам, чтобы они могли включить их в доставку.
Хотя я не могу лично ухаживать за Марлоу, хочу показать ей, что ее ценят и любят, даже когда я нахожусь за тысячи километров от нее.
— Для тебя все, что угодно, милая. — Я наблюдаю за тем, как она пожевывает нижнюю губу — знак того, что она обычно нервничает или хочет что-то обсудить. — О чем ты думаешь?
— О том, как сильно я по тебе скучаю.
— Почему бы тебе не показать мне? — Предлагаю я с ухмылкой.
С тех пор как она уехала, у нас не было ни одной личной минуты, и я думаю, что мы оба отчаянно нуждаемся друг в друге.
Ее щеки вспыхивают, и она спешит в другой конец комнаты, чтобы взять еще один мольберт. Ставит его у изножья кровати и кладет на него телефон, открывая мне прекрасный вид на то, как она расстегивает пуговицы своего комбинезона. Я наблюдаю, как она медленно стягивает его с бедер.
Он падает на пол, и она выходит из него.
Мой член дергается, когда Марлоу поднимает рубашку над головой и бросает ее на пол.
— Блядь, ты — чертово видение. — Простонал я, разглядывая ее кружевной голубой лифчик и зеленые трусики.
— Я бы хотела, чтобы ты был здесь лично. — Пробормотала она.
— Я тоже, солнышко, больше всего на свете. — Настолько, что это причиняет боль. — Почему бы тебе не показать мне, чего тебе не хватает? — Уговариваю я ее.
Она ухмыляется в камеру, расстегивая лифчик, обнажая передо мной свою пышную грудь. Как бы я хотел оказаться рядом, чтобы взять в рот один из ее сосков, потянуть и прикусить, пока она кричит от переизбытка ощущений.
— Ты получила свой подарок, который я для тебя упаковал?
— Угу. — Кивает она. — Он здесь.
Марлоу открывает мне непристойный вид на свою попку, когда наклоняется, чтобы достать розовый вибратор, который я положил в ее чемодан перед отъездом. Когда она поворачивается, то с улыбкой протягивает мне устройство.
— Ложись на кровать, чтобы я мог видеть твою красивую киску. — Приказываю я.
Марлоу заползает на матрас и ложится на спину. Берет подушку, подкладывает ее под бедра и раздвигает ноги, чтобы я мог видеть, что ее киска уже мокрая для меня.
— Черт, ты сексуальна. Поиграй со своими сосками.
Она берет каждой рукой по груди, крепко сжимая их. Марлоу натягивает и щиплет соски, как сделал бы я, если был там, только она не оказывает на них достаточного давления.
— Щипай сильнее. — Приказываю я.
Она крепче сжимает сосок между пальцами, и ее рот открывается в удивленном вздохе.
— О боже, это так приятно. — Кричит она.
Пока она играет со своей грудью, я открываю ящик стола и достаю трусики, которые сохранил с нашей ночи в отеле перед ее отъездом. Я расстегиваю пуговицы на брюках и с остервенением вынимаю член.
— Возьми вибратор и вставь его в свою мокрую киску.
Пока она проталкивает прибор внутрь себя, я обматываю трусики вокруг своего члена и поглаживаю его медленными, уверенными движениями. Издаю резкое шипение, когда кружево трется о мою кожу, посылая удар возбуждения по венам.
— Закрой глаза, милая. — Я делаю паузу, наблюдая за тем, как она доставляет себе удовольствие с помощью вибратора. — Представь, что я здесь, стою перед тобой на коленях, мои руки обхватывают твои бедра. — Темп ее дыхания учащается, когда она увеличивает скорость на устройстве. — Я вылизываю твою киску языком и играю с твоими маленькими красивыми сосками. — Сжимаю свой член сильнее, наблюдая за тем, как она равномерными движениями вводит и выводит вибратор из своей киски. — Когда ты извиваешься подо мной, умоляя меня позволить тебе кончить, я сжимаю твой клитор между пальцами, пока ты не упадешь за грань.
— О, Дилан. — Выдохнула она.
— Сильнее. Трахай себя сильнее.
Я завороженно наблюдаю, как она ускоряет темп, а другой рукой щиплет свой клитор точно так же, как я описал. Ее спина отрывается от кровати, и она кричит в экстазе, догоняя свою разрядку. Я издаю низкий стон и, положив руку на свой стол, дрочу, как возбужденный подросток. Моя собственная разрядка обрушивается на меня, как товарный поезд, и сперма вытекает на живот.
Марлоу вытаскивает из себя вибратор и отбрасывает его в сторону. Ее голова откидывается на подушку, и она бессвязно бормочет.
— Моя прекрасная, грязная девочка. — Бормочу я. — Я чертовски сильно люблю тебя, солнышко.
— Я тоже тебя люблю, Дилан. — Шепчет она.
До возвращения Марлоу домой осталось всего восемьдесят три дня, но кто считает?
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ
Я расправляю плечи и разминаю руки. Это был долгий день рисования, и я не делала перерыва несколько часов.
В большинстве случаев я на занятиях с 8 утра до 6 вечера по будням, а выходные провожу взаперти в своей маленькой квартире, отрабатывая
