Тесей вежливо поклонился отцу. Отцовских и сыновних чувств, так обильно расписанных в мифологической литературе, они друг к другу пока не испытывали. Пожалуй, Тесей скорее ощущал неловкость, как человек, желающий потребовать то, что ему вовсе не принадлежит, а царь Эгей был в привычной для себя роли государя на малой аудиенции, когда надо по возможности разузнать, чего хотят от тебя потенциальные просители. Беда любого царя заключается в том, что, встретив человека, он вынужден подозревать в нем просителя. А это утомляет и ведет к разочарованию в людях.
– Я шел из Трезена, – сообщил Тесей, – по дороге, которая ведет вдоль берега моря. И по пути уничтожал тех разбойников, которые за последние годы заняли всю эту дорогу и совершенно сорвали местную торговлю.
– Постой, постой! – воскликнул царь. – Ты не тот ли Тесей, внук Питфея, о котором говорят, что он сын Посейдона? Не ты ли решил совершать подвиги подобно твоему двоюродному дяде Гераклу?
– Простите, родному дяде Гераклу! – с достоинством поправил царя юный герой.
Царь Эгей улыбнулся. Молодой человек пришелся ему по душе.
– И ты один пошел по берегу?
– Совсем один.
– И как видел разбойников, нападал на них, забыв, что все они дети хороших семей, с большими родственными связями, и именно из-за этого ни жители Коринфа, ни жители Мегары, ни даже мы, афиняне, не осмеливались их тронуть? Или тень Посейдона все время охраняла тебя?
– Нет, царь, – отвечал Тесей с достоинством, которое редко можно встретить у простого студента университета, – я никогда не причиняю людям боль ради боли. Я делал с этими разбойниками только то, что они делали с другими людьми.
– Что? – Эгей был поражен. Видно, слух о подвигах Тесея еще не добрался до Афин. – Это значит, что ты сбросил со скалы Скирона?
– И еще отрезал ноги Прокрусту, – сообщил молодой человек, – а главное, раскроил дубиной череп Перифету!
«Ах, какой ты еще молодой и наивный!» – подумала Кора.
Как бы в ответ на слова Тесея, занавесы и занавески, которыми были украшены стены зала, закачались, и оттуда донеслись голоса и суета.
– А ну, пошли отсюда! – закричал Эгей и затопал ногами. – В собственном кабинете покоя нет!
– Кто это? – спросил Тесей, хватаясь за пояс, на котором не было меча.
– Это мои племянники, – пояснил Эгей. – Паллантиды, сыновья моего неразумного, тщеславного и жадного брата Палланта, который все ждет не дождется, пока я помру, чтобы захватить власть.
– Но у вас же есть наследники, – осторожно заметила Кора.
– Мед – замечательный мальчишка, – признал царь, – но он еще мал. Я надеюсь, что Медея достаточно умна и осторожна, чтобы оградить мальчика от кровавых лап Паллантидов. Пока что она их запугала, пригрозив страшными волшебными бедами всему роду, если что-нибудь случится с Медом. Так что они предпочитают охранять его и беречь… до поры до времени.
И царь сокрушенно вздохнул.
– А другие наследники? Мне приходилось слышать, что у вас был сын в Трезене?
– Я надеялся на это, – искренне ответил царь Эгей. – Но, наверное, ничего из нашей случайной связи не вышло. А то бы я давно уж об этом узнал.
«Вот сейчас бы показать ему меч и сандалии! – подумала Кора. – Но сандалии наверняка сожжены Медеей, а меч слишком далеко, чтобы бежать за ним. Ну ладно, еще не все потеряно».
– Господин царь, – произнес между тем отважный юноша. – Если вам нужна помощь, то моя железная палица уступает лишь палице самого Геракла. Если надо кого сокрушить, уничтожить, в пыль стереть – я к вашим услугам.
Царь с благодарностью положил руку на плечо Тесею и произнес роковые для своего старшего сына слова:
– Хотел бы я иметь такого сына, как ты, Тесей.
Снова шевельнулась шелковая занавеска за спиной царя, и на этот раз Кора явственно увидела черную прядь, блеск бриллиантовой диадемы и услышала легкую поступь грузинской царицы. Судьба Тесея была решена. И спасти его могла только Кора Орват.
* * *
Аудиенция у царя была закончена. Он пригласил их вечером на праздничный ужин в честь двадцатой годовщины со дня восьмилетия его посещения источника Семи нимф.
Кора посмела поинтересоваться, почему такое незначительное на вид событие послужило причиной для пира во дворце, на что царь ответил, что пиры во дворце бывают каждый вечер и, к сожалению, знаменательных дат и событий для причин не хватает.
После этого Эгей вызвал слуг, чтобы они проводили гостей отдыхать.
– Осторожнее, – попросила Кора Тесея, прощаясь с ним до вечера. – Особенно бойся опасности сверху. Здесь враги постараются расколотить тебе голову.
– Я буду смотреть в небо, чтобы на меня не упала черепаха, – засмеялся Тесей и направился направо, на мужскую половину дома. Коре туда вход был возбранен, так что пришлось идти налево, на женскую половину, где служанка провела ее в небольшую комнату без окна, только с дверью, затянутой полосатой занавеской.
Коре было приготовлено ложе, девица в коротком хитоне и обнаженной грудью предложила помочь раздеться и себя в качестве грелки, но Кора отказалась, спросив только, когда же будет обед. Обед, как сообщила служанка, только сейчас готовится, так что у гостьи есть время отдохнуть. И ушла.
Кора вытянулась на низком ложе, устланном козлиными и бараньими шкурами. Хоть это был царский дворец, шкуры были выделаны кое-как, и от них несло козлятиной. Занавеска не отделяла комнату от деловитых звуков дворца. Надо было бы попроситься на экскурсию, подумала Кора. А то она даже не представляет устройства дворца, и если придется отсюда срочно убегать, то неизвестно, насколько это удастся. Где-то она читала, что в Древней Греции дворцы строились как лабиринты, отсюда и пошло название дворца на Крите, где жил Минотавр. Ну что ж, если сегодня у нас все обойдется благополучно и нам удастся сохранить жизнь принца Густава, то вскоре мы окажемся именно на Крите, чтобы драться с Минотавром, – до таких пределов знания Коры по древней истории вполне распространялись.
Как жаль, что этот перестраховщик Милодар не разрешил взять с собой никаких приборов и приспособлений, которые так нужны агенту ИнтерГпола! Ей достаточно было бы надеть один рабочий пояс со взрывчаткой, отмычками, оптикой и средствами подслушивания. Тем более что раз ее здесь подозревают в принадлежности к классу богинь, то никого не удивили бы ее сверхъестественные способности. А то как будешь голыми руками работать телохранительницей древнего героя по имени Тесей? Курам на смех!
И все же Кора поднялась и осторожно обошла помещение. Комната была невелика, стены, сложенные из аккуратно обтесанных блоков песчаника, оштукатурены, а на них довольно грубо нарисованы полоски орнамента, и повыше, под потолком изображены птицы и бабочки, как их учат рисовать в старшей группе детского сада. Великим греческим искусством в этой части дворца пока и не пахло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
