Полет до поместья занял от силы минуту. Еще десяток ушел на то, чтобы пробиться через оказавшуюся неожиданно плотной охрану — проблемой, с учетом сил небольшого отряда, она не стала, но время отняла. И, тем не менее, они опоздали. Вбежав вслед за рвущимся словно слепой носорог Юнусовым, застали печальную картину: над лежащим рядом с креслом стариком застыл считавшийся мертвым Юрий собственной персоной. С отдающим безумием выражением лица он оббежал взглядом их компанию и остановился на Премьере.
-Господин Премьер-министр? Надо же, не ожидал вас сегодня в гости. Не потрудитесь объяснить, что вы здесь делаете, и по какому, собственно, праву, уничтожаете мою охрану? — явно взяв себя в руки, изогнул он бровь.
Том мысленно поаплодировал: выдать настолько хорошую игру в подобной ситуации — умение, дарованное далеко не каждому.
-Юрий Михайлович, вы обвиняетесь…
-Обвиняюсь? Ну что ж, продолжайте, в чем же я обвиняюсь?
-Как минимум, в смерти Юнусова Вагиза Тагировича, — прогудел Михаил, отряхивая с рукава каменную крошку и с тревогой следя за потерянным Камилем.
-Михаил Станиславович, и вы здесь? Так понимаю, вы прибыли при помощи Томаса… Мистер Абель, друг мой, будьте добры: перенесите Вагиза Тагировича к целителям, возможно, мы успеем его спасти. Он так обрадовался факту моего пребывания в мире живых, что перенервничал и вот… Похоже сердце не выдержало, — сокрушенно покачал головой Юрий, сочувствующе касаясь плеча опустившегося перед телом отца Юнусова-младшего.
Том не ответил, краем глаза уловив, как нахмурился Премьер-министр. В целом, понять его настроение можно: если рассматривать ситуацию беспристрастно, то на деле что-либо предъявить Романову прямо сейчас практически невозможно. Ну да, он чудесным образом пережил взрыв, но это не преступление. Доказательств его связи со стрельбой в ресторане пока тоже нет, по Юнусову-старшему без участия судмедэкспертов тоже не разобраться. Так спешили, чтобы оказаться в патовой ситуации... В итоге и Юнусова-старшего догнать не успели, и по проблемам Орловых продвижения не предвидится…
-Вам придется пройти со мной до выяснения обстоятельств, — тяжело обронил Премьер, сверля Юрия взглядом.
Что ж, судя по всему, сейчас это единственное доступное решение. Михаил обрисовал сложившуюся ситуацию очень кратко, но вроде как у них в рукаве есть какой-то козырь в виде сидящего за решеткой секретаря Юрия и переданной на него гильдией наемников информации. Кстати, последнее само по себе немало говорит о крутости заварившейся каши — обычно для наемников выдать данные заказчика означает мгновенную репутационную смерть.
-Боюсь, у вас нет оснований для моего задержания. Если понадоблюсь, не стесняйтесь, обращайтесь к моим адвокатам. Вы же Премьер, гарант законности, так что сами всё понимаете, — не скрывая издевку в голосе, развел руками Юрий. Том поморщился: в прошлую их встречу Романов вел себя гораздо менее экспрессивно, и оставил о себе лучшее впечатление.
-Юрий Михайлович, вы… — пустым голосом проговорил Юнусов-младший, вставая и зажигая рунные круги. Присутствующие напряглись: неслабый маг, потерявший контроль над эмоциями, может стать серьезной проблемой…
Момент разрядил звук пришедшего сообщения. Камиль на автомате сунул руку в карман и проверил экран, не опуская при этом вторую ладонь с готовым сорваться плетением. Том заметил, как поползли вверх его брови, а потом в общей тишине зазвучал надтреснутый голос:
-…Не удивляйся этому сообщению, сын — я знаю, на что иду, отправляясь на поиски принца.
Ты не представляешь, как многое мне хотелось бы сказать, но время меня ограничивает, так что придется покороче. Ты никогда не принимал моих идеалов и веры. Наверное, раньше меня это обижало, но теперь я наконец осознал. Если тебя не затруднит, сделай так, чтобы Юрий Михайлович услышал это сообщение. Так сказать, окажи старику последнюю услугу.
Мой принц, увы, моя вера оказалась слаба и я не готов принять той судьбы, которую вы уготовили моему клану и близким ради своих идеалов и потому знайте: вместе с этим сообщением я высылаю некоторые документы, содержание которых вам вряд ли понравится. Его отправка выставлена на определенное время, и отменить ее я смогу только пребывая в живых и сохраняя веру, так что надеюсь, наш разговор пройдет плодотворно. В противном случае я вверяю эту информацию и, пожалуй, вашу судьбу, в руки своего наследника. Надеюсь, вы поймете — клан превыше всего.
К сожалению или счастью, даже к старости я остался самим собой, так что во втором сообщении содержится моя небольшую исповедь, если это можно так назвать. Немного о нам плане, некоторые документы ну и так, разные мелочи.
А теперь о личном. Сын. Я горд тем, насколько умным, рассудительным и компетентным ты стал. Прошу, позаботься о клане и семье, и прости меня за то, что вот так взваливаю на тебя эту ношу. Ты талантливый мальчик, и я уверен, сможешь со всем разобраться. Прости за всё — видят боги, я был не лучшим отцом для тебя и клана, раз позволил дойти до такого. Груз тех бед, которые я натворил, будет преследовать меня где бы я ни оказался. Я это заслужил, так что не печалься и… постарайся не держать на меня зла. Помни, я всегда тобой гордился, и, чего уж греха таить, побаивался остроты твоего ума, хех.
Что ж, пожалуй, на этом всё. Будь сильным, новый глава Великого клана Юнусовых, и не поминай лихом.
Том не знал говорившего, но даже он почувствовал подкативший к горлу ком. Про Юнусова-младшего и говорить нечего — взрослый мужчина, маг и теперь уже глава клана слепо уставился в экран, не замечая мокрых дорожек на щеках.
Единственным, кого запись не растрогала, очевидно оказался Романов. Мужчина менялся на глазах: с его лица, словно отслужившее своё маска, слезал весь шарм и аристократизм, сменяясь смесью страха, злобы и какой-то загнанности, наверное. Опять же, понять его несложно: если то, что говорилось на записи — правда, и Юнусов-старший и правда сохранил доказывающие вину Юрия документы, его положение только что резко ухудшилось.
Именно потому Том успел среагировать, когда Юрий нанес
