фабрик и производств. Первая, она же верхняя, плотина была занята мукомольной мельницей. Ниже по течению, на озере Долгом, находилась первая (старейшая) бумажная фабрика, а еще ниже по течению, на Безымянном озере, – вторая, новая. Также упоминаются «ленточный завод», кирпичный завод, фаянсовое производство. Существование такой своеобразной «промышленной зоны» придавало Селу своеобразие и развивало инфраструктуру. Не говоря о том, что к фабрикам была приписана часть жителей слобод, получавших за работу небольшую плату. Часть работников была также вольнонаемной. Наличие нескольких фабрик также свидетельствует в пользу предположения, что Красное Село по сути было городом намного раньше изменения статуса – еще в XIX в.
В Красном Селе здания проектировали достаточно известные петербургские архитекторы – Дильдин, а за ним Мейер.
Христиан Филиппович Мейер родился в 1789 г., с 1801 г. – воспитанник Петербургской Академии художеств, один из ее лучших учеников. В 1809 г. получил звание художника архитектуры и был оставлен при Академии для соревнования за первую золотую медаль, дающую право на длительную заграничную поездку. В 1810 г., не получив главной награды, все же отправился за границу, жил в Риме и других городах Италии. После заграничной поездки служил в Гвардейской казарменной комиссии, в 1810–1820 гг. участвовал в перестройке солдатских казарм Семеновского и Преображенского полков. Здесь его заметил будущий император Николай Павлович, тогда еще великий князь, благодаря чему Х. Ф. Мейер с 1817 г. и до последних лет жизни занимался составлением проектов и производством построек по всем имениям Удельного ведомства, в котором с 1819 г. служил архитектором, а позднее – старшим архитектором чертежной. В 1830 г. Мейер был удостоен звания академика архитектуры, в 1836 г. – профессора 2-й степени, в 1846 г. – профессора 1-й степени. С 1831 г. одновременно преподавал в Академии художеств.
Принятый императором план строительства постепенно осуществлялся: построены дворцы Николая I и Михаила Павловича, кухонный корпус, кордегардия. Все они, за исключением каменной кухни, были из дерева «на каменном фундаменте, крытые железом, с террасами и по оным с деревянными колоннами, решетками, ступенями и деревянными желузями, со стороны улицы на двор, и с одной стороны дворцов к саду, чугунной решеткой с четырьмя воротами»[92]. В 1829 г. архитектор Х. Ф. Мейер приступил к постройке конюшенных дворов для дворца государя императора и дворца великого князя Михаила Павловича, также располагавшихся на главной улице. Напротив уже построенной деревянной одноэтажной гауптвахты – места, где обычно проводили под арестом дни проштрафившиеся офицеры, – было возведено Красносельское удельное правление, дом «длиной 10 сажен, шириной 6 сажен, с мезонином, каланчею, с обшивкою стен досками, с конюшнями и сараями»[93]. «Стены с мезонином срублены в лапу из сосновых бревен… с фасада с треглифами и модульенами, а во дворе с одними модульенами, с постановкою пилястр, с базами и капителями. Стены оного дома снаружи окрашены светлосерою масляною краскою… Снаружи вокруг окон прибиты наличники, а под сими окнами с фасада цельные точеные балясы и окрашены с наличниками белою масляною краскою… Для входа в оный дом с двора крыльцо с деревянными ступенями и со стеклянною галдарею»[94]. Также Мейер построил Удельный госпиталь и два дома для приезжих особ. Госпиталь был сделан для окрестных жителей, дома предназначены для высокопоставленных гостей, приезжающих на маневры.
На Санкт-Петербургской улице, севернее Троицкой церкви, взамен прежнего обветшавшего Мейером был спроектирован и построен двухэтажный дом для посланников. Т. И. Николаева на основании разнообразных источников дает следующее описание Красного эпохи Николая I: «Генеральные планы Красного Села, датированные 1832 годом, дают наиболее полное представление о застройке к тому времени и свидетельствуют о ее расцвете.
Общественный центр сформировался в основном в Коломенской слободе и ограничивался улицами Александрийской и Ольгинской на севере и Михайловской на юге. Санкт-Петербургская улица упрочила свое значение главенствующей, она по-прежнему пересекала три слободы и объединяла сложившуюся застройку. Ядром центра стали дворцы императора и великого князя Михаила Павловича, а также построенный к тому времени на территории дворцового сада деревянный дворец наследника цесаревича, имевший в плане Г-образную форму. Между ними располагались деревянные кавалерские дома, гауптвахта и каменное здание кухни. Севернее дворца императора большой участок занимал военный госпиталь, а южнее дворца великого князя Михаила Павловича находился штаб гвардейского корпуса. На противоположной стороне Санкт-Петербургской улицы напротив военного госпиталя размещался удельный госпиталь.
Гауптвахта. Красное Село. Конец XIX в.
Напротив гауптвахты находилось деревянное здание удельной конторы, справа и слева от которой были конюшенные дворы с домами для конюшенных чиновников. Между этими строениями по красной линии Санкт-Петербургской улицы выступали кавалерские дома. За церковью Святой Троицы были возведены два дома для священника и между ними кавалерский дом. Севернее церкви стоял деревянный дом для посланников со службами, с большим садом между ними. На противоположной стороне в глубине участка располагались деревянные строения удельного училища. Южнее бывшего шведского редута, уникального земляного сооружения XVII века, на планах обозначены три корпуса и службы вновь построенного военного госпиталя. На восточном берегу Безымянного озера, как показывают исторические документы, возвышалось до сих пор существующее каменное здание дворца императора Александра I, прямоугольное в плане. К нему примыкал большой сад.
В расположении крестьянских домов в трех слободах в основном был заложен регулярный принцип, но с элементами свободной планировки. Геометрическая организация кварталов с учетом рельефа местности и сложившихся исторически дорог составила особенность формирования трех слобод. Несколько слов о крестьянских домах и дворах. Как и в других подобных „парадных“ поселениях под Петергофом и Гатчиной, постройка и планировка крестьянских дворов строго регламентировалась, были типовые, образцовые проекты, включавшие в себя одно– или двухэтажный дом со службами, огородом и садом. В составе служб были кузница, баня, молотильный сарай. Дома зачастую строились на несколько семей. Проходило время, семьи росли и делились и начинали страдать от перенаселения. До нас дошли подобные жалобы от жителей Егерской слободы в Гатчине. Что же до регулярного внешнего облика, то, видимо, жизнь все-таки вносила свои коррективы, и дома за пределами парадных улиц, где здания могли попасться на глаза высокому начальству, строились более свободно в размещении и планировке.
Постепенно складывалась сеть улиц, пересекавших главную Санкт-Петербургскую, а вслед за ней и параллельных ей улиц, прежде всего в западной части, там, где не было ни императорских дворцов и парков, ни построек Авангардного лагеря. Планировка эта отчасти сохраняется и по сей день.
Вид на Павловскую слободу
Появлялись новые улицы, и 30 марта 1840 года был утвержден новый генеральный план, по которому Братошинскую слободу предполагалось закончить Кирасирской улицей, Константиновская и Мариинская улицы отменялись, Никольская улица от Братошинской до Кирасирской не продолжалась, а
