— Вот и прекрасно, — удовлетворенно кивнул отец Тобольг, подавая руку. — А теперь вставай. Нам есть, что обсудить.
Советник снова встал на ноги, выпрямился, как солдат перед генералом. На душе стало спокойно и тепло. Он был честен с отцом Тобольгом, и ему это воздалось вдвойне. Мало того, что глава Ордена не наказал его, так еще чуть ли не похвалил. Очевидно, его голова была напрочь забита другими более насущными проблемами.
— Сейчас, брат Лоренсо, мы должны бросить все силы на разжигание переворота в стране. Пока наш план работает успешно. Люди гибнут почем зря по неизвестным им причинам, народ лютует. Все пути ведут к императору, во всяком случае, они так это видят. Да еще нашего брата, Прогериуса Адалиона, имперцы посади в темницу. А это, сам понимаешь, играет нам только на руку. Орден здесь впервые выступает в роли страдальца. Мы — жертва. Понимаешь, брат мой, жертва безрассудных поступков императора и его сподвижников. Мы и, конечно же, простой народ, что совершенно не желает оставаться в тени.
— Не знаю, ваше святейшество, — засомневался брат Лоренсо. — Далеко не весь народ на стороне Ордена. Вы же прекрасно понимаете, что многим по-прежнему не нравятся наши устои.
— А нам и не нужны все. Главное для нас — открыть глаза черни на злодеяния императора, на его связь с кощунственными колдунами. Когда народ узрит во Влайдеке слугу Бездны, тогда он сам попросит нас расправиться с ним. А для этого с нашей стороны нужны жертвы. И если имперцы брата Прогериуса казнят, то нам тем самым развяжут руки.
— Неужели мы позволим им отдать нашего брата на растерзание? — удивился брат Лоренсо.
— Увы, но мы должны так поступить. И даже больше: будет лучше, если брат Прогериус будет не последней жертвой.
— Это не совсем в чести Ордена, — заметил советник.
— Возможно, — не стал спорить отец Тобольг. — Но этого желает сам Создатель. И не в наших силах перечить ему. Мы лишь орудие в его руках, безжалостно карающее неверных. Император и весь его род — неверны Создателю, посему он желает, чтобы мы, его верные слуги, взяли управление столь могущественной державы как Мирания в свои руки.
— Я полностью поддерживаю вас, ваше святейшество. И не сомневаюсь, что весь наш Орден пойдет за вами хоть в саму Бездну, — решительно изрек брат Лоренсо.
— И я не сомневаюсь ни в тебе, брат мой, ни в остальных, — с едва скрываемым довольством кивнул отец Тобольг. — Сейчас же нам остается только выждать подходящий момент. А он настанет очень скоро.
Глава 20
Утро выдалось на редкость холодным. От трескучего мороза щипало щеки и слезились глаза даже у привыкшего к зимним походам Клоина. Едва начавшее светлеть небо заволокло одеялом туч, еще наползших со вчерашнего вечера.
Кое-где уже начали работать первые мастерские. Сонные работяги, пошатываясь то ли от недосыпа, то ли от не успевшего выветриться за ночь хмеля, уныло брели на рабочие места. То тут, то там вскрикивали поздние петухи, недовольно ржали лошади.
В таверне «Пьяная кобыла» было тихо и уныло. Отшумели вечерне-ночные посиделки завсегдатаев, отгремели пьяные песни и танцы. Остался лишь мусор да грязь. В огромном жерле камина лениво подергивалось пламя. Несколько пьяньчуг спали в дальнем углу кабака, сидя за столами и уткнувшись чумазыми рожами прямо в разлитое и уже засохшее пиво. Воздух был наполнен кислой палитрой ароматов, от которой голова шла кругом, а в желудке что-то начинало беспричинно бурлить, требуя выхода наружу.
Трактирщик усталым взглядом окинул трех ранних посетителей, буркнув что-то невнятное под нос.
— Дай мне самого лучшего пива, — обратил на него измученный взгляд Клоин.
— Пива нет, — пробурчал трактирщик. — Все вчера выжрали.
— Тогда вина, — обреченно вздохнул парень. — Хотя меня от него уже тошнит.
Бутылка тяжело стукнулась о грязную поверхность барной стойки. Вор, бросив серебряник, схватил булькающую емкость и поплелся к ближайшему столу.
Сели. Выпили. Есть не хотелось. Всех троих воротило и от еды и от вина, да и от всей жизни в целом. Как следует отметив приезд в «Былых временах», Наргх, Клоин и Артий на этом не остановились. Слегка поддатые они отправились к канцлеру, где встретили его помощника Ролдина, оказавшегося недурным выпивохой. Прежде, чем позвать своего наставника, он хорошенько принял на грудь вместе с новыми приятелями. Потом появился сам Мартин Гошкоте, скупо (хотя и не без радости) поприветствовал своих бывших провожатых, прогнал Ролдина, обещав за столь необдуманный и лихой поступок урезать ему жалование, и со всеми почестями принял гостей. Выслушал их просьбу, долго думал и наказал явиться всем троим на следующий день в таверну «Пьяная кобыла». Путники поблагодарили канцлера и, решив, что день еще не закончен, вернулись в «Былые времена», где и продолжили скромный пир.
— Ну и дыра! — заметил маг, придирчиво озираясь по сторонам. — Удивительно, что такой человек как Мартин Гошкоте выбрал именно это место.
— Дыра, — согласился демон. — Но мы бывали в местах и похуже.
— Как же я ненавижу утро! — негодующе возопил вор и, сморщившись, сделал несколько глотков прямо из бутылки.
— Утро само по себе время неплохое. Разум чист, помыслы светлы, тело наполнено силой. Все сложные дела лучше совершать по утрам, — не согласился Артий. Он, в отличие от парня, выглядел куда лучше. Все-таки сказывался многолетний опыт.
— Может быть, и лучше, но не сегодня и не для нас, — скривился Клоин. — Эх, сейчас бы сюда Ролуса. Он быстро бы похмелье снял.
— Или Наринну. Она тоже подобное могла проворачивать, — печально протянул демон.
— Ох, Наргх, не дави на больное, — взмолился Клоин. — Башка болит, вино в глотку не лезет, вокруг убогость какая-то, да еще ты покойных вспоминаешь.
— Да, ты прав, — закивал демон. — Не стоит.
Дверь противно скрипнула и резко распахнулась, впустив холодный воздух. В таверну зашел невысокий субъект в потрепанном одеянии — скорее всего, рабочий одной из местных мастерских. Без особого интереса оглядел присутствующих, подошел к трактирщику и долго с ним о чем-то разговаривал, видать, делал заказ. Получив требуемое, плюхнулся за дальний стол и без особого аппетита начал хлебать из тарелки.
Ни Артий, ни Клоин на него внимания не обратили — ну зашел человек в таверну поесть, и что с того? Но Наргха что-то зацепило в ауре нового посетителя. Было в нем что-то особенное, отличное от других людей.
Минуло еще около четверти часа, и в питейном заведении, наконец-таки, появился тот, кого уже давно ждали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
