тот привел помощь. Однако внезапно обнаружил, что его горло издает лишь тихое хрипение, на которое Колбаса не обращал никакого внимания.
Зорт Фердинанд еще больше затрясся, то ли от яда, то ли от страха, но даже к собственному удивлению, свесился из окна, а тяжесть тела и, вечный враг всех пьяниц, сила притяжения, сделали все остальное.
Оливерио за короткий миг рассудил, что его решение предельно единственно возможное – лучше покалечиться, свалившись в телегу, чем умереть здесь.
Громкий скрип дерева, недовольно ржание кобылы и плесневелый запах прошлогодней, слежавшейся соломы, свидетельствовали о том, что Зорт Фердинанд все сделал правильно. По крайней мере, так подумал Оливерио сначала.
Потому что не успел подняться на локтях, как Гримальд, ничуть не испугавшись падения в свою телегу грузного господина, проворно повернулся, с необыкновенной силой открыл рот миели и засунул туда какой-то крохотный кислый камень. А Оливерио, который к тому моменту потерял почти все силы, с тоской подумал, что никакой это не Колбаса. А лишь пацан, очень на него похожий.
Глава 24
От автора: Следующие три главы будут заключительными. Писались они чуть быстрее, чем обычно, чтобы быть выложенными во вторник. Потому могут содержать чуть больше опечаток, чем обычно. Скоро все будет вычитано. Спасибо за понимание.
Будоражащий крик боли возвестил о том, что пленник пришел в себя и обнаружил небольшую потерю. Или почувствовал, а уже потом обнаружил. Юти поежилась – даже на склоне дремучего леса было не сказать, чтобы тепло. Ветер сегодня нахально забирался под плащ, трепал его, словно пьяный хулиган, а небо роняло скупые и холодные слезы. Ранняя весна у самого края Западных земель оказалась так же обманчива, как многочисленные обещания командиров перед битвой.
Вглубь леса, ближе к той самой заброшенной хижине, которую изредка использовали охотники для ночевок, было и того прохладнее. Порой в глубоких оврагах встречался снег, хотя еще несколько дней назад Юти видела редкую поросль зеленой травы, проплывая по тихой и смиренной Тиире.
Между тем настроение у Одаренной, несмотря на угрюмость природы, было отличным. Впервые за все время скитаний ей хотелось сделать нечто глупое, неразумное, например, станцевать. Наверное, так бы девочка и поступила, сейчас ей не нужен был зал с ровным полом или музыка, оставалось одно «но» – Юти не умела танцевать. Те дикиепляски в Весерине, полные вина и странного наркотика, не в счет.
Но крик Оливерио вернул ее на грешную землю, заставляя вспомнить, что выполнена лишь половина дела. И самое сложное еще впереди. Надо выбить из пленника все сведения, прежде стараясь его не убить. Как бы сильно не хотелось.
Встревоженной ланью, с глухим треском ломая мокрые сучья и принимая собой хлесткие удары ветвей, Юти стремглав пронеслась по лесу. У самой хижины, уже наполовину утопленной в землю от времени, разглядеть которую можно было лишь в двух случаях: если ты знал о ее существовании или обладал редкой способностью Одаренного, она остановилась. Несколько раз глубоко вдохнула, унимая тревожно стучащее сердце, а после, пригнувшись, вошла внутрь.
За время ее отсутствия здесь ничего не изменилось. Трещал в очаге огонь из заранее заготовленных охотниками дров, горела на столе лучина, скудно освещая крошечную землянку, сидел на полу, со связанными перед собой руками, необъятных размеров Оливерио Зорт Фердинанд.
Юти пришлось попотеть, чтобы впихнуть сюда этого борова. Ерикан, как и всегда, отказался помогать Одаренной, ведь он не собирался участвовать в неблаговидном для каждого воина деле – мести. Еще утром учитель сказал, что пойдет осмотреть земли к северу и до сих пор не вернулся. Юти подумывала, что он объявится, когда все будет закончено. Как делал не раз.
– Ууууу! – завывал подобно ветру снаружи толстый Одаренный. Точнее, не так давно бывший Одаренным.
Его взгляд застыл на идеально ровно отсеченной левой ступне, лежащей у входа. Теперь уже самой обычной, без намека на обруч и кольца.
– Не переживай, – склонилась над ним Юти. – Я сделала все по науке. Отсекла быстрым ударом меча, прежде накалив его. Если тебя интересует, то ты не умрешь от заражения крови. Твоя культя перетянута, там тоже все в порядке. Когда-то один элементи в Сотрете рассказал мне, как устроено тело. Поэтому ты будешь жить. Пока я этого хочу.
Оливерио, на время притихший, после заключительных слов завыл снова. Теперь подобно внезапно налетевшему урагану.
– Хватит голосить, – начинала сердиться Юти. – В твоей крови сейчас достаточно макового молока, чтобы притупить боль. Меньше всего мне хотелось, чтобы ты не дожил до нашего разговора.
– Я не убивал твоего отца, – часто дыша, чуть не закричал Оливерио.
– Лжешь. Там вас было шестеро. И каждый из вас ударил его мечом.
– К тому моменту он умер. И нас было пятеро.
– Рассказывай, – приказала Юти, примеряя кольцо управления человеком. И еле сдержалась, чтобы не отвесить пощечину и не сказать, что отец умер у нее на руках.
Неожиданно Оливерио скривился. Не от боли, а скорее от злой усмешки. Будто являлся искусным плотником и увидел, как подмастерье при нем портит инструмент и заготовку.
– Ты, наверное, думаешь, что непобедима. Уникальная Одаренная, сочетающая в себе направления кехо и миели, так?
Впервые на их разговор на лице Зорт Фердинанда не было страха, скорее пренебрежение. Или точнее презрение оказалось столь велико, что пересилило трепет перед возможной смертью.
– Я тебе открою один секрет, девочка, – пухлые губы Оливерио едва шевелились, потому приходилось вслушиваться, – не обязательно иметь кольцо силы, чтобы противостоять миели. Достаточно должного уровня осознания и концентрации. К тому же, ты совершенно не знаешь меня.
– Ты прав, – легко согласилась Юти. – Я не знаю тебя. Но знаю таких, как ты. Вы многоопытные и умные лисы, которые рыщут в поисках своей добычи. А я же обычный заяц, чья участь всю жизнь убегать от лис. Однако ответь на вопрос, почему за сотни лет, пока существует мир, лисы никак не могут истребить зайцев?
На обезображенном ожирением лице Зорт Фердинанда впервые за весь разговор мелькнуло нечто вроде удивления. Против своей воли Оливерио поддался на уловку Юти, заинтересовался заданной загадкой. Однако, не успев придумать хороший вариант ответа, промолчал. Тогда как Юти продолжила говорить.
– Не секрет, что лисы в разы умнее зайцев. К примеру, только лисы бы придумали посадить наживку в центре города, в самом высоком здании, хотя, признаться, до Хера Нударута Верхнему Горлу далеко. И как
