Тобиас с трудом поднялся по ступенькам, почти повиснув на дверце экипажа, и с облегченным вздохом устроился на мягком сиденье. Как было бы хорошо иметь собственный экипаж и лошадей! Он мог бы брать Лавинию на долгие прогулки по сельской местности, задергивать окошки занавесками и часами любить ее на удобных подушках.
— Иногда Крекенберн оказывает мне неоценимую помощь, — признался он.
Экипаж растворился в тумане.
Вейл откинулся на обтянутую коричневым бархатом спинку.
— Что ни говори, а он прав. Многое можно сказать в защиту интересных дам.
— Согласен. Но по моему опыту, «интересная» чаще всего означает «упрямая, своевольная и непредсказуемая».
Вейл дружелюбно кивнул.
— Но и эти качества иногда бывают не так уж плохи. Тобиас сосредоточенно прищурился.
— Не сочтите за оскорбление, сэр, я в самом деле крайне благодарен вам за то, что согласились меня подвезти. Но любопытство все же побуждает спросить, что именно убедило вас отправиться на бал: Голубая Медуза или миссис Дав?
— Я человек терпеливый, Марч, — обронил Вейл, глядя в окно, за которым желтел туман. — И ждал целый год.
Думаю, этого вполне достаточно для любого мужчины, не так ли?
— Зависит от того, чего вы ждете, — ответил Тобиас.
Вскоре они уже стояли на верхней площадке парадной лестницы. Глядя вниз, на собрание элегантно одетых гостей, Тобиас невольно искал взглядом огненно-рыжую головку Лавинии. Непросто найти ее в такой толпе! Но где бы она сейчас ни была, вне всякого сомнения, наслаждается каждой минутой. Одержана очередная победа на нелегком пути, и она вращается в самых высших кругах общества!
Бальная зала Джоан сверкала россыпью огней. На дамах переливались драгоценности. Музыканты, сидевшие на позолоченной галерее, обрушивали на головы гостей потоки музыки.
Он заметил Эмелин, танцующую в объятиях незнакомого молодого человека. Вряд ли это порадует Энтони! Кстати, а где же Энтони?! Должно быть, побежал за лимонадом.
— Хозяйка ждет нас, — пробормотал лорд Вейл, кивком показывая на миссис Дав, стоявшую у подножия позолоченной лестницы. — Пожалуй, самое время спуститься.
Тобиас посмотрел на Джоан и с удивлением заметил, что сегодня она кажется какой-то иной. Но прежде чем он смог определить, в чем дело и какова причина такой перемены, сзади кто-то тихо окликнул его:
— Тобиас!
Обернувшись, он увидел спешившего навстречу Энтони.
— Тобиас, погоди, мне нужно с тобой поговорить.
Вейл вопросительно поднял брови.
— Идите, — кивнул Тобиас. — Джоан наверняка хочет вас видеть. Я приду позже.
Вейл кивнул и, не оглядываясь, стал медленно спускаться по лестнице.
Энтони почти подбежал к Тобиасу, и, хотя был одет в вечерний костюм, вид у него был самый всполошенный. Волосы все еще влажны от тумана. Глаза возбужденно горят.
— Ты только сейчас приехал? — нахмурился Тобиас. — А мне казалось, ты собирался явиться пораньше, чтобы отпугнуть как можно больше поклонников Эмелин.
— Я нашел ее! — гордо объявил молодой человек.
— Я только что видел ее. Танцует с очередным кавалером. Тони, не можешь сказать, что сегодня такого странного в миссис Дав?
— Как это? — растерялся Энтони. — Каким образом?
— Сам не пойму. Но сегодня она кажется совершенно другой.
Энтони подошел к краю ступеньки и присмотрелся:
— На ней голубое платье.
— Вижу. Ну и что тут такого?
Энтони широко улыбнулся:
— Она впервые сняла траур!
— Ах да! Вот почему Вейл кажется таким довольным! Кстати, о чем это ты?
— Потаскушка. Я ее отыскал. Та самая, с которой забавлялся Пеллинг.
— Почему не сказал сразу? — взорвался Тобиас, настораживаясь. — Ты с ней говорил?
— Нет. Как раз когда собирался покинуть клуб и ехать сюда, ко мне подбежал мальчишка с поручением от одной из проституток, с которыми я беседовал. Я и опоздал потому, что едва ее нашел.
— В такую ночь женщины не любят выходить на улицы, разве что нужда заставит.
— Мы встретились в кабачке. Она сказала, что женщину, которая нам нужна, зовут Мэгги, и дала мне адрес. За деньги, разумеется.
— И где эта Мэгги живет?
— Снимает угол на Катт-лейн. Знаешь, где это?
— Знаю.
Прежнее, давно не испытываемое чувство полной уверенности в том, что нужный след взят, затопило Тобиаса. Откуда-то взявшаяся энергия забила фонтаном. Теперь вперед!
Он похлопал Энтони по плечу:
— Молодец! А теперь беги поскорее к мисс Эмелин. Я уехал.
Энтузиазм Энтони заметно померк.
— Ты собираешься потолковать с ней прямо сейчас?
— Да.
— Неужели так не терпится? — Молодой человек смущенно опустил глаза. — Миссис Лейк ожидает тебя на балу. Значит, стоит мне попасться ей на глаза, пиши пропало. Обязательно спросит, где ты. И что, по-твоему, мне ответить?
— Скажи, что меня задержали в клубе.
— Но…
— Не волнуйся, — отмахнулся Тобиас. — Она не станет допытываться. Видишь ли, этот универсальный предлог годится на все случаи. Джентльмены вечно задерживаются в клубе, так что и меня не в чем будет упрекнуть.
— Не уверен, что миссис Лейк с этим согласится.
— Ты зря тревожишься.
И прежде чем Энтони успел возразить, Тобиас уже был у двери, Выйдя на улицу, он обнаружил, что туман сгустился еще больше. Тяжелые облака, казалось, всасывали льющийся из дома свет и отражали в виде непроницаемой стены мерцающего тумана. В трех шагах ничего не было видно. Теперь Тобиас не мог даже различить маленького парка на площади.
В конце длинной очереди дорогих карет смиренно ожидали наемные экипажи: очевидно, кучера надеялись, что им повезет подхватить седока. Тобиас уселся в один и велел как можно скорее доставить его на Катт-лейн.
Нога разболелась не на шутку: очевидно, сырость возымела свое обычное действие. Он захлопнул дверцу и принялся растирать ноющее бедро. Лошади почему-то не двигались. Раздраженный этим обстоятельством, он постучал тростью в крышу кеба. Но тут дверца вновь хлопнула. Он посмотрел вниз и увидел Лавинию в сильно декольтированном фиолетовом платье, похожую на разгневанную богиню. Его личную Немезиду.
— Помогите мне подняться, Марч. Куда бы вы ни ехали, будьте уверены, одного я вас не отпущу. Похоже, у вас вошло в привычку забывать, что мы партнеры.
Глава 26
Она с первого взгляда поняла, что он недоволен, но не собиралась обращать внимания на подобные пустяки, тем более что и сама была не в лучшем настроении.
Тобиас захлопнул дверцу, и колеса экипажа покатились. Он швырнул ей одеяло, лежавшее на сиденье.
— Закутайся, иначе замерзнешь, — пробормотал он. — Это платье вряд ли предназначено для улицы.
