Она украдкой посмотрела на него, чтобы понять, как он воспринял плохие новости.
К ее удивлению, он даже не изменился в лице.
— Хадсон хочет получить браслет по причинам, ничего не имеющим с научными интересами, — возразил он. — Возможно, Пеллинг тоже одержим Голубой Медузой — только вот почему?
Лавиния нахмурилась.
— Мэгги сказала, что Пеллинг буквально взбесился, когда пришел к ней в ночь после убийства. Если он действительно сошел с ума, кто может понять резоны безумца?
— К сожалению, у нас нет улик, — заметил Тобиас. — Сомневаюсь, что мы сможем притянуть к суду Хадсона, но Пеллинг — преступник, которого нужно остановить. Если вы согласны, Вейл, мы можем попытаться заманить его в ловушку. Заставить признаться в присутствии двух свидетелей, чьи показания не подвергаются сомнению.
— Предполагаю, что один из свидетелей — это я, — хмыкнул Вейл. — Кто второй?
— Крекенберн.
Вейл задумчиво покачал головой.
— Что же, может, и выйдет. Как вы намереваетесь обставить сцену?
Тобиас раздвинул губы в улыбке.
— С помощью мистера Найтингейла.
Вейл, немного подумав, кивнул.
— Если повезет и у нас хватит времени, мы можем поставить капкан сегодня, — добавил Тобиас.
Даже в полумраке веранды Лавиния смогла различить холодное удовлетворение в глазах обоих мужчин. Предвкушение охоты.
Но надежды Тобиаса не оправдались. Яростная энергия охотника, идущего по следу, пропала зря. Удача приняла сторону врага. Когда тщательно составленная записка с извещением о закрытом аукционе прибыла в гостиницу, где жил Пеллинг, оказалось, что он упаковал вещи и еще до полуночи покинул свою комнату. Никто не знал, куда он отправился.
— Одна из самых неприятных сторон этого дела, — объявила Лавиния за стаканом хереса, — заключается в том, что мистер Найтингейл требует вознаграждение за участие в нашем замысле, несмотря на то что этот самый замысел потерпел сокрушительную неудачу. И, похоже, скоро у нас совсем не останется клиентов, чтобы оплачивать наши расходы.
Глава 28
Наутро Тобиас прибыл к позднему завтраку в настроении, сулившем беду всякому, кто осмеливался подойти ближе чем на три шага. За ним с несчастной физиономией следовал Энтони. Радость Эмелин при виде Энтони сменилась глубочайшей тревогой.
— О Господи, что-то случилось?
Лавиния поставила чашку на блюдце.
— Что-то неладно? — осведомилась она.
Тобиас плюхнулся на свой привычный стул и потянулся к кофейнику.
— Оба исчезли.
— Оба? — недоуменно переспросила Лавиния и обратила взор к Энтони.
— Не один Пеллинг пропал. Мы навестили доктора Хадсона. Его тоже нет.
Энтони положил руку на спинку стула.
— Кстати, миссис Лейк, могу я сесть? — вежливо спросил он.
— Да, конечно, — поспешно ответила Эмелин.
— Простите за неучтивость, — извинилась Лавиния. — Просто мы привыкли к очаровательной манере Тобиаса всюду чувствовать себя как дома. Сами видите, он никогда не ждет приглашения.
Тобиас проигнорировал ехидную реплику, налил кофе себе и протянул кофейник Энтони.
— Я считаю, что те головорезы, с которыми мы сцепились прошлой ночью, скорее всего были наняты Пеллингом. Узнав об их неудаче, он понял, что если мы добрались до Мэгги, значит, подошли слишком близко к истине. Прежде чем убраться, он, должно быть, предупредил Хадсона. Или же чертов гипнотизер сам сообразил, что пришло время скрыться.
— И куда же они могли уехать? — выдохнула Эмелин.
— Трудно сказать, — буркнул Тобиас, обозревая блюда с видом раздраженного Минотавра, рассматривающего жертвенные приношения. Удовлетворившись яичницей, он продолжал:
— Сомневаюсь, чтобы кто-то из них посмел вернуться в прежние жилища, и не удивлюсь, если окажется, что они уже переправляются через Ла-Манш. Возможно, Хадсон решит плыть в Америку.
— Вряд ли они в ближайшем будущем покажутся в Лондоне, — вторил Энтони.
— Тот факт, что они одновременно скрылись, доказывает раз и навсегда их соучастие в этом деле, — добавил Энтони.
— Вовсе не обязательно, — возразила Лавиния, с аппетитом поедая яйцо. — Возможно, Говард уехал потому, что вы его запугали своим визитом. Признайтесь, чте более-менее угрожали ему!
— Скорее более, чем менее, — пожал плечами Тобиас.
— Ты не упоминал о разговоре с Хадсоном, — удивился Энтони. — Что ты ему сказал?
— Это была чисто личная беседа. Тебе незачем забивать этим голову, — проворчал Тобиас, накладывая на тарелку яичницу.
— Смотрю, здесь становится людно по утрам, — хмыкнула миссис Чилтон, ворвавшись в комнату с новой порцией яичницы. — Придется поговорить с молочницей насчет увеличения заказа.
Лавиния сухо откашлялась.
— Постоянный лишний расход молока и яиц дорого обходится.
— Уверена, что мы можем себе это позволить, — торопливо вмешалась Эмелин.
— Только сегодня утром Уитби упоминал, что у него остается слишком много яиц, — немедленно вставил Тобиас. — Я велю ему прислать их вам, миссис Чилтон.
— Вот и хорошо, сэр, — кивнула миссис Чилтон, поворачиваясь к двери. — Пойду принесу тосты.
— И джем, — попросил Тобиас. — Он опять кончился.
— Да, сэр. Еще джема.
— Кстати, о вашем превосходном джеме, — заметил Тобиас. — Как с запасами смородины?
Нет, это уж слишком!
Лавиния буквально кипела от злости. Теперь он уже и на кухне командует! Еще немного, и он станет считать простыни и указывать, какие травы посадить в огороде!
— Не думаю, что вам стоит утруждать себя такими вещами, сэр, — сухо заметила она. — По-моему, у нас достаточно смородины.
— А что, если ягода все же кончится и мы останемся без джема? Уверены, что не собираетесь сегодня отправиться к зеленщику, миссис Чилтон? День, по-моему, обещает быть солнечным.
Миссис Чилтон тяжело вздохнула.
— Думаю, не помешает купить еще пару фунтов, — кивнула она, уходя.
Эмелин и Энтони переглянулись. Лавиния могла бы поклясться, что они силятся скрыть улыбки.
Тобиас допил кофе с куда более довольным видом, чем всего несколько минут назад. Интересно, всегда ли разговор о смородине производит столь магическое действие? Пожалуй, не помешает на всякий случай иметь солидный запас.
В начале третьего Эмелин заглянула в кабинет, помахивая висевшей на пальце шляпкой.
— Только сейчас в карете своей матушки приехала Присцилла. Мы с Энтони и его другом едем на выставку картин в маленькой галерее на Бонд-стрит.
— Поезжай, — рассеянно бросила Лавиния, не поднимая головы от своего отчета по делу Голубой Медузы. — Желаю хорошо провести время.
