Билетик оказался с именем Чжамбал-чжялцаня, и тогда амбань, обращаясь к отцу мальчика, присутствовавшему здесь же, сказал: «Так как из золотой урны вышел твой сын, Чжамбал-чжялцань, кандидат в драгоценные далай-ламы, то молись милости великого императора!»
Так произошло избрание в десятые далай-ламы кандидата, выставленного большинством тибетцев, но мы не беремся сейчас сказать, было ли это случайное совпадение или какой-нибудь подлог амбаней. Как бы то ни было, оно удовлетворило ту и другую стороны. Избранный таким образом новый далай-лама был посвящен в духовный сан и стал учиться духовным книгам. Главным учителем его был престарелый Агван-нянь-даг, отставной 66-й Галданский наместник и бывший учитель VIII далай-ламы; после смерти его эту должность занял 70-й наместник Агван-чойн-пэл. Но и этот далай-лама умер также в ранней молодости, в седьмой луне 1837 г.
Одиннадцатый перерожденец, Хайдуб-чжямцо[76], родился на самой границе с Китаем, в Восточном Каме, в 9-й луне года земляного пса, т. е. 1838 г. Отца его звали Цэван-дондуб, а мать Юндун-бутид. По разным рассказам родителей и гаданию лам, в нем наметили перерожденца далай-ламы, но официальное избрание его произошло в 1841 г. посредством известной уже золотой урны. При этом случился какой-то подозрительный инцидент, про который биограф его рассказывает, что его имя не сразу вышло из урны, а появилось оно после многих молитв. Затем 16-го числа 4-й луны года водяного тигра (1842 г.) обычным порядком был прочтен рескрипт императора и новоопределенный далай-лама возведен на свой трон.
Он умер также в ранней молодости (17 лет), 24-го числа 10-й луны года деревянного зайца, т. е. 1855 г.
Двенадцатый перерожденец носил имя Приньлай-чжямцо (скорее Тинлай-чжямцо)[77] и родился в восточной части провинции Уй, в уезде Ол-ха, в 1856 г. от отца Пунцок-цэван и матери Цэрин-юдонь. В начале 1858 г. он с двумя другими мальчиками баллотировался посредством золотой урны, и жребий быть далай-ламой пал на его долю. Но и этот далай-лама едва достиг 20 лет и умер в 20-х числах 3-й луны года деревянной свиньи (1875 г.) По рассказам современников, этот далай-лама умер уже явной насильственной смертью (отрава), о чем слышал и Н. М. Пржевальский.
Тринадцатый, ныне здравствующий, перерожденец далай-ламы носит полное имя Агван-Ловсан-Тубдань-чжямцо-чжиг-брал-ванчук-Чоглой-намчжял, или проще Тубдань-чжямцо[78]. Он родился в юго-восточной части провинции Уй в 1876 г., и, следовательно, ему в настоящее время (1903 г.) 27 лет от роду. Лет 7 тому назад он кончил курс богословских наук и получил высшую ученую степень лхарамба. Прохождение наук происходило под руководством его старшего учителя, или так называемого иондзинь-риньбоче, что значит «драгоценный учитель», по имени Ловсан-цултим Чжямба-чжямцо, известного более под именем «пурбу-чжогского перерожденца Чжямба-риньбочэ», который умер в августе 1901 г., достигнув глубокой старости.
Для упражнения далай-ламы в цаннидских диспутах к нему были приставлены от семи богословских академий монастырей Брайбуна, Сэра и Галдана по одному цань-шаб-хамбо, в число коих от гоманского дацана Брайбуна попал наш забайкальский бурят Агван Доржиев, которому сильно покровительствовал вышеназванный пурбу-чжогский перерожденец. Годов 6 тому назад произошла борьба между партиями далай-ламы и так называемого правителя его казначейства (тибетского хана) дэмо-хутухты. В этой борьбе победа осталась на стороне далай-ламы, вследствие чего дэмо-хутухта с приверженцами были обвинены в совершении заклинаний против жизни далай-ламы, имущество их было конфисковано, а сам хутухта посажен в заключение. Он умер затем насильственной смертью (задушен) осенью 1900 г.
Взявший верх в этой борьбе нынешний далай-лама, без сомнения, избавился от участи многих своих предшественников, умиравших в самом раннем возрасте. ХIII далай-лама по наружности довольно красивый молодой человек и, по-видимому, с твердым характером, так как он проявляет в настоящее время много самостоятельности и энергии в светских и духовных делах Тибета. Он отменил, по крайней мере на первые годы своего правления, смертную казнь, отменил и открытую продажу должностей – мера громадной важности. Что касается влияния далай-ламы как духовного лица, то должно сказать, что он почитается лишь жителями ближайших местностей, а дальние, в особенности жители других провинций, знают его лишь как верховного правителя Тибета.
Являясь верховным правителем страны и в то же время будучи верховным ламой, далай-лама, понятно, мало доступен народу в обыкновенное время, и доступ к нему сравнительно легок лишь для поклонений. Всякий имеющий какой бы то ни было хадак может подойти к нему и получить благословение, состоящее в прикладывании непосредственно правой руки далай-ламы на голову поклонника и пожаловании шнурка с благословенным узлом. Этот шнурок называется по-тибетски с(р)ун-дуд, а по-монгольски – цзангя.
Более сложные обряды поклонений требуют уже внесения известной суммы денег, самое меньшее 5 ланов местных монет, тогда поклоняющийся подносит далай-ламе мандал, статую Будды, книгу и субурган, которые как бы берутся напрокат за вышеназванную сумму. Если же поклонник желает поднести далай-ламе чай (по-тибетски – сой-чжя) и рис (ши-брай), то должен внести еще три лана (4 руб.). Тогда его сажают у подножия трона и дают отведать чаю и вареного риса.
Выше этой суммы подношения могут быть различные, в зависимости от усмотрения самого поклонника, но наивысшим подношением считается так называемый цог-бул, т. е. поднесение собранию духовенства во время лхасского монлама. Это подношение требует не менее 20–25 тысяч рублей на наши деньги, которые раздаются всем духовным (20 000 чел.) и также подносятся самому далай-ламе вместе с приближенными, как духовными, так и светскими. Так как такие громадные деньги способен подносить не всякий, то «цог-бул» бывает сравнительно редко. В год нашего пребывания в Лхасе его не было.
Внешними знаками далай-ламского достоинства, помимо золотой печати, жалуемой императором, служат еще при шествиях: 1) желтые носилки – чжоэ-цзы (слово китайское, по-тибетски – чжяд-чжог), 2) желтый зонт (по-тибетски – ву-дуг – «зонт над головой») и 3) опахало из перьев хвоста павлина (по-тибетски – сил-ябма-бжяй до-дуг). Эти знаки употребляются при парадных шествиях, а при второстепенных, по крайней мере нынешний, далай-лама больше любит ездить верхом только с желтым зонтом, символизирующим солнечный круг (по-тибетски – ньимай чжил-хор).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
