патруль не явился за кавиалами раньше, чем Ник уберется подальше. Ему еще искать Люминистилл, блуждая в полных опасностей тоннелях, а из арсенала только нож, набедренная повязка и запас маны заклинания на три-четыре.
Не густо.
В ожидании рассвета мха, принц на всякий случай оттащил тела на поживу кавиалитам, пару раз пребольно ударившись по дороге; затем подкрепился из случайно обнаруженных запасов Дага и… позорнейше заснул, усевшись на мягкую постель дварфа.
Пробуждение же сильно отличалось от пределов мечтаний. Ни горничной возле кровати, ни услужливого лакея. Да даже, кфхан побери, богатырский храп Малема Ник воспринял бы с гораздо большей благосклонностью, чем чеканный шаг подкованных сапог и разговор на дварфхане, доносившиеся из заветного туннеля…
Глава 49
Выскочив из домика, Никаниэль сходу наткнулся а огромное кровавое пятно, обрамленное ореолом копоти — место ночного сражения. Может от тел Ник и избавился, но следы прибрать не догадался. Еще один просчет, способный привести к катастрофическим последствиям. Хотя вряд ли он мог что-либо сделать в кромешной тьме, но уж не проваливаться в сон точно был в состоянии.
Проклиная себя за беспечность, принц стремглав спустился вниз и спрятался среди хаотичного нагромождения булыжников.
Осторожно выглядывая, он увидел, как из туннеля появились пара бородачей в кольчугах. Потом еще и еще. Всего в пещеру вошло примерно пятнадцать вооруженных щитами и молотами дварфов. Их снаряжение выглядело потрепанным, но способным верно служить еще ни одно десятилетие.
Оставив двоих бойцов охранять проход, остальные стали спускаться и практически сразу наткнулись на следы недавнего побоища. Коротышки мгновенно сомкнули щиты и позвали лидера.
Командиром оказался угрюмого вида воин с металлической маской, плотно закрывавшей левую половину лица. Видимо когда-то он получил настолько страшное увечье, что вынужден был скрывать шрамы даже среди суровых солдат Дварфгона.
Офицер изучил место происшествия, отдал пару коротких приказов и в сопровождении еще двух подчиненных отправился в дом надсмотрщика. Снимать охрану с туннеля он не стал.
Вообще Никаниэль надеялся, что или дварфов окажется мало, и он сумеет с ними справится, или что удастся прошмыгнуть у них за спинами. К сожалению, похоже, ласковый взор Минэмы не проникал сквозь толщу камня, и Нику предстояло выкручиваться самостоятельно.
Что ж. Не хотелось этого делать, но, судя по всему, придется. Раз подгорные воины не жалеют его пропускать, нужно их как-то отвлечь, и в ход пойдут любые средства. Тем более, что кое-какая задумка у принца имелась.
Стараясь не попадаться бородачам на глаза, Никаниэль подобрался поближе к массивным воротам, которые, по словам Селентора, вели на нижние уровни подземелья. Окованные железом, они имели в высоту три эльфийских роста и, судя по расположению петель, открывались наружу. Этот факт вкупе с двумя массивными балками не позволял неким тварям вломиться на обитаемые территории.
Но что если им помочь?
Нику предстояло действовать издалека, чтобы не пасть первой жертвой ворвавшихся монстров, и он принялся разглядывать татуировки на левом предплечье, выбирая подходящее для данного случая заклинание.
Огненный шар — сразу в утиль. Глыба лучше, но потребуется слишком много маны, а ее нужно экономить. Воздушный таран терял эффективность на таком расстоянии. Что же тогда? А, вот!
Рассечение.
Колдовство, на несколько секунд материализующе огромную секиру, наносящую один единственный вертикальный удар. Если удастся хорошо прицелится, то заклинание разрубит балки и распахнет ворота, впуская чудищ. И маны, вроде, должно уйти не много.
Убедившись, что дварфы до сих пор стояли возле пятна крови, принц принялся читать намеченные магические слова. Он старался особо не повышать голос, но в тишине пещеры, каждый вздох разносился подобно реву мантикоры. Конечно же его заметили.
Однако, пока рядовые солдаты, позвали командира, пока тот отдал нужные распоряжения, пока бойцы отправились на поиски заклинателя, Никаниэль успел перевалить за половину, и перед воротами появилось дрожащее марево, постепенно формировавшееся в чудовищных размеров оружие.
Именно оно одновременно с последним словом рухнуло вниз, пройдя сквозь балки, словно они были сделаны из бумаги, после чего взрезало одну из створок, распахнув ту настежь, и исчезло, оставив на земле глубокую ровную трещину.
И тут же внутрь хлынули всевозможные чудовища: антрацитово-черные пауки размером с лошадь; какие-то костяные шары, испещренные множеством изогнутых когтей; белесые слизни на длинных тонких ножках.
Хрипя, свистя и клочка, монстры растеклись по пещере. Одни ломанулись к вольеру с кавиалитами, другие напали на дварфов, третье же и вовсе устремились к переходу в следующий туннель.
Бородачи достойно встретили противников. Они явно не первый раз сражались с различными тварями и обладали набором отработанных тактик. Объединившись по двое-трое, коренастые воины принялись медленно отступать, прикрывая друг-друга. Молоты размеренно опускались, одинаково успешно круша как хитин, так и кости.
Досталось и Нику. Пробираясь к ведущему наверх туннелю, он не успел вовремя отдернуть ногу и в нее вцепился мохнатый шар, состоявший практически из одной только пасти.
С трудом сдержав крик, принц ножом располосовал тварь и продолжил путь заметно прихрамывая.
Дварфы несли потери. Одного втянул в себя прозрачный, похожий на желе, куб и тут же принялся переваривать еще живого воина. Тот беззвучно развевал рот в немом крике, но спасать его было некому. Напарника укусил паук и, отогнав какую-то каракатицу, потащил добычу назад к воротам.
Наконец бородачи смогли объединиться.
Спрятавшись за надломленным сталагмитом, Никаниэль наблюдал как те, соединив щиты внахлест, образовали живую крепость, за спиной у которой стонали раненные, и скрывался провал вожделенного туннеля.
Кфхан. Похоже коротышки собирались защищать проход до последнего. Тем более, что монстров осталось уже всего несколько штук. Это вначале показалось, что их тьмы и тьмы. Но то лишь от неожиданности. На деле же чудищ было не так и много, и большая их часть уже устилала пол пещеры.
Что же делать?
Смести всех оставшихся одним огненным шаром?
Ник заглянул внутрь себя — он уже потратил практически половину маны, а ведь еще предстояло найти Люминистилл и пробиться к поверхности. И не факт, что удастся в ближайшее время снять негатор. В таком случае остатки магических сил нужно приберечь.
И что тогда? Выскочить, размахивая ножом, и крикнуть: «Сдавайтесь, сволочи! Я Герой Лаода, падите ниц!»? Можно, конечно, надеяться, что дварфы умрут со смеху, но особо рассчитывать на это не стоило.
Вариант с поднятием нежити принц тоже отмел. Даже если некромантия сработает сквозь негатор, остатки отряда с легкостью справятся с единственным зомби, а на большее накопленной некроэнергии и не хватит.
Значит оставалось только одно…
Последний паук улепетывал, подволакивая сразу три раздробленных ноги. Его не преследовали. Покрытые кровью, слизью и лимфой бойцы напряженно вглядывались в пространство. Искали ли они того кто открыл врата или ждали новых монстров, но ослаблять бдительность явно не планировали.
А жаль.
Скрепя сердце, Никаниэль наклонился и провел пальцами по оставленной мохнатой пастью ране. Он посмотрел на окрасившуюся в
