действие артефакта, но не до конца. И находиться рядом с главой Ордена было неприятно. Поэтому я отодвинулась подальше, почти в угол комнаты. В открытую дверь начали входить серые балахоны.
Благодушно улыбаясь, Приор шагнул к ближайшему, а Ρжавчина шумно втянул воздух.
— Я тебя знаю, — произнес он. — Служитель из Храма Всех Святых. Ты разговаривал со мной, много раз. Я узнаю твой запах.
— Удивительная проницательность, Ваше Ржавое Величество, — прошелестел сухой голос из-под капюшона. — Рад видеть вас в добром здравии. Простите, но мой лик останется скрыт от взора живых.
Приор улыбнулся и широко развел руки.
— Но не твой Дар, Эрус. Святые помогли Эрусу принять обет священнослужителя и надоумили скрыть Дар от февров. А ведь он поистине уникален. Эрус видит в пламени огня множество вариаций будущего. Видит и умеет их толковать.
— Не всегда, — тихо возразил служитель.
— Но мы здесь, не так ли? — Приор уставился в туманную муть под капюшоном своего подельника. — Мы все же здесь, Эрус. Значит, все было верным. Правильным.
Священнослужитель застыл серым изваянием, а потом медленно наклонил голову.
— Да, мой Приор. Все верно.
А я вспомнила ритуальные чаши в Храмах Всех Святых. В них принято поддерживать огонь и разжигать благовония. Как много увидел Эрус в пламени? И как давно они с Приором придумали этот план?
— A вот и мои верные глаза и уши в Двериндариуме, — воскликнул главный ренегат, открывая ладони навстречу вошедшим балахонам. В отличие от служителя, эти не стали скрывать своих лиц и по очереди скинули капюшоны.
Первым я увидела владельца овощной лавки, у которого закупался весь остров. Вторым был двери-ас причесочник. Еще трое оказались молчаливыми прислужниками из Вестхольда. Я увидела румяную женщину, которая на Снеговье создавала для всех желающих ледяные полозья и продавала сладости. Угловатого и хмурого старика-садовника. И ремонтника мехомобилей.
Янту, отводящую от меня взгляд.
С краю стола усадили Айрона, Киара и Рейну. Первый хмуро вертел в руках стакан с водой. Близнецы застыли, гордо выпрямившись. Руки у обоих были скованы кандалами, рты закрывали кляпы. Я на миг встретила алый взгляд лорда Аскелана. И беспомощно сжала кулаки.
Ρжавчина помрачнел, когда увидел близнецов. И кажется, изрядно удивился их присутствию.
С десяток серых ряс так и не открыли своих лиц — это те, кто пришел по Мосту-Во-Везде. Среди них был целитель Фархон и мой надсмотрщик Энгар. Этих отступников Приор скупо обозначил советниками, а какими Дарами обладал каждый — не сообщил.
Впрочем, неудивительно.
Я не обольщалась улыбками главного ренегата. Доверия ко мне или Ржавчине у него не было ни на грош.
A самый последний серый балахон…
— О, а это мой особенный гость, — широко улыбнулся приор. — Очень особенный. Благодаря ей многое стало возможным. Милая, милая, моя… Ардена!
Ткань сползла с волос, и я увидела столь знакомое лицо. Золотые волосы, насмешливые глаза, дерзкая улыбка. Ρодинка на щеке — близнец той, что украшала теперь и мое лицо. Маска, которая скрывала меня в Двериндариуме.
Иви-Ардена Левингстон.
Девушка, из-за которой Лаверн был готов убить лучшего друга.
Я безотчетно сжала кулаки, в голове зашумело. И я потянулась к кинжалу.
— Но-но! Без глупостей, милое дитя! — крыльями взметнув мантию, Приор развернулся и «Взгляд Бездны» вдруг с силой придавил меня к земле, почти поставив на колени.
Я сопротивлялась изо всех сил, но сила давила каменной глыбой, сокрушала! Заставляла подчиниться.
Из глаз потекли слезы, а Ржавчина зарычал:
— Прекрати! Не трогай ее!
Сила артефакта ослабла, позволяя мне сделать вдох. Ардена наблюдала с насмешкой. И я снова сжала рукоять из кости.
— Хватит, Вивьен! — строго погрозил пальцем Приор. — Ты не обидишь нашу гостью и союзницу. Вам надо забыть прошлые распри и улыбнуться друг другу. Ведь вы так похожи, только посмотрите! Два отражения, темная и светлая! Удивительно. Девочки, рожденные от разных родителей, но для единой судьбы. Разве вы не видите в этом руку мироздания? Сами святые создали вас похожими, чтобы помочь Ордену! Ну же, обнимитесь!
— Отступница, — прошипела я.
— Нищая оборванка, — фыркнула Ардена. — Да ты должна целовать мои ноги за то, что я тебя отмыла и научила хоть чему-то полезному!
— Убийца, — почти спокойно сказала я, и Ардена прикусила язык. Глянула возмущенно на улыбающегося Приора. Но того, кажется, развлекала наша милая беседа.
— Интересно, за что ты продалась ренегатам, Ардена? Не думаю, что тебя волнует некая абстрактная справедливость. За богатства? Будущие почести? Кем ты собираешься стать? Может, императрицей?
— Может, и так! Не тебе меня судить, замарашка! — красивое лицо девушки исказилось. Ардена задрала нос и перевела взгляд на Ρжавчину. Тот выглядел ошарашенным, раз за разом осматривая то меня — в простом платье, штанах и сапогах со сбитыми носами, то наследницу Левингстонов, разодетую в парчу и бархат. В Двериндариум Ардена явилась, словно на бал.
Взгляд красавицы потеплел и стал тягучим, как патока, облизывающим тело Ржавого короля.
А когда Ржавчина без церемоний обошел девушку по кругу, чтобы разглядеть получше, Ардена довольно рассмеялась.
— Фу, мелкая, — сказал эфрим, возвращаясь ко мне. — И кто сказал, что вы похожи? Ты красивая. Она — нет.
Ардена поперхнулась смехом, зато Приор захлопал в ладоши.
— Дэйв, где твои манеры?
— Чего?
— Милая Ардена, не злись. Дэйв захватил остров, он истинный король Двериндариума. Тебе стоит проявить уважение. А тебе, Дэйв…
Ржавчина презрительно фыркнул, не дослушав, и отошел к столу, чтобы налить себе ледяного вина. Приор сокрушено покачал головой.
— Пожалуй, наш король прав, и всем нам стоит перекусить. Пустой живот наполняет сердце и ум злобой. К столу!
Зашуршали рясы и платья, стукнули придерживаемые рукояти мечей и кинжалов. Мы с Ржавчиной переглянулись. Все в этом зале оказались вооружены. Кроме Ардены, ну и самого Приора. Хотя со «Взглядом Бездны» к нему все равно не подобраться.
Я села на край бархатного стула, окинула взглядом стол. Похоже, на него собрали яства со всего Двериндариума! Или рестораны в Морской Гавани тоже принадлежат ренегатам?
Завтрак больше
