чиновник получал тогда 768 рублей в месяц, учитель 739, а врач 509. На М-20 не хватило бы даже зарплат председателей Президиума Верховного Совета СССР и председателя Совета министров СССР (официальные оклады – 10 тысяч рублей). И тем не менее число победовладельцев росло быстро и было достаточно пестрым по социальному составу. Так, согласно отчету ОБХСС в первом квартале 1954-го в Москве «Победами» обзавелись 329 военных, 203 служащих, 138 инженеров, 103 домохозяйки, 69 шоферов, 68 рабочих, 64 научных работника, 58 преподавателей и медработников, 29 инвалидов и пенсионеров, 27 художников, 23 артиста, 22 студента, 15 депутатов Верховного Совета СССР, 9 писателей и 2 священнослужителя. Конечно, некоторые из перечисленных категорий вызывают вопросы: хотелось бы видеть того студента или шофера, которые могли позволить себе личный автомобиль!.. Но, так или иначе, всем этим немногим счастливчикам здорово повезло: в мае того же года в очереди на «Победу» в московском автомагазине томилось 13 тысяч (!) человек, при том, что в месяц в среднем продавалось по 625 машин. Всего же по стране в январе 1955 года своей «Победы» ожидало 58 500 человек. Более дешевый «Москвич», кстати, желало приобрести заметно меньше народу – всего 31 тысяча.
Принципиально новому явлению в жизни страны, автолюбителям завидовали и, конечно, шутили над ними: так, московский номер МИ, который вручали частникам, расшифровывали как «Могу искалечить» (а таксистская серия номеров ЭЖ трактовалась как «Это жулик»). К хозяевам машин всячески набивались в друзья, что отразилось даже в тексте песни Леонида Утёсова «Автоболельщик» (1955). Ее герой сначала был владельцем «Москвича», но желающих прокатиться было чересчур много, и тогда он пересел на «Победу», что, однако, не избавило его от нежеланного извоза:
Я купил себе просторную «Победу»,
Из конца в конец по городу я еду –
Целый день своих знакомых развози!
Превратился я в бесплатное такси!
Помимо автолюбителей, в большом количестве начали появляться и автолюбительницы. Первой женщиной за рулем М-20 стала популярная певица Нина Дорда: «У меня появилась «Победа», и я первой из москвичек села за руль, чем потрясла воображение комсомольских и партийных активистов». К 1956–1957 годам дама за рулем «Победы» уже не вызывала такой реакции и стала популярным персонажем советского кино («К Черному морю», «Дело № 306»), а то и его главным героем («Заноза»).
Покупка собственной машины стала одним из самых серьезных событий в жизни советского человека и запоминалась надолго. Кинорежиссер Эльдар Рязанов так вспоминал обстоятельства приобретения М-20: «В начале 1956 года я купил свою первую машину “Победа”. В очереди на автомобиль нужно было отстоять не менее трех лет. ‹…› Когда до сдачи картины (имеется в виду первый фильм Рязанова, музыкальная короткометражка «Весенние голоса». – В. Б.) оставался месяц, выяснилось – очередь на “Победу” подошла, надо срочно вносить деньги. Я пошел к Ивану Александровичу Пырьеву – директору “Мосфильма” – и, объяснив ситуацию, попросил заплатить мне мою долю постановочных (так в кино называется гонорар режиссера) немедленно. Вопрос был решен сразу же. ‹…› Я побежал в бухгалтерию “Мосфильма”, получил причитавшиеся мне 20 тысяч рублей (ровно столько, копейка в копейку, стоила “Победа”) и перенес эти деньги из одной кассы, мосфильмовской, в другую кассу, автомагазина. Так, совершенно неожиданно для себя, я оказался автовладельцем».
Огромный ажиотаж среди потенциальных автолюбителей побудил разработать и принять особое «Положение о правах очередников на приобретение автомашин “Победа”». Отныне в автомагазинах каждое воскресенье с 9 до 12 часов производилась запись в очередь, а с 8 до 11 часов также еженедельно происходила сверка номеров очереди. Один раз можно было переписать номер в очереди на члена семьи (при наличии нотариальной доверенности и паспорта), но не ниже 150-го номера. Неотмечавшихся безжалостно отсеивали. В очереди, кроме «новичков», стояли и те, у кого уже были машины, хотя иметь одновременно два автомобиля не разрешалось. Такие записывались «на вырост» – все равно пройдет несколько лет, пока подойдет очередь на новую модель…
Однако полностью победить спекуляцию автомобилями такая мера не помогла. За взятку очередность легко «двигалась», и только в пяти районах Москвы в 1953-м выявили 115 человек, которые за два года купили и перепродали по пять «Побед». Приобрести подержанную «Победу» с рук можно было и на рынке, обычно за них просили 20–25 тысяч рублей. Причем даже в конце 1950-х, когда выпуск машины был уже прекращен, современник свидетельствовал: «Старые “Победы” в большой цене, и желающих приобрести их много». Конец этому положило постановление от 23 марта 1961-го «О дополнительных мерах борьбы со спекуляцией легковыми автомобилями», после которого продажа подержанных машин стала прерогативой государственных комиссионных магазинов.
Сейчас уже трудно представить себе те трудности, с которыми сталкивался гордый владелец «Победы» – ведь купить машину мало, ее нужно содержать и обслуживать. А это зачастую было очень сложно – даже элементарная заправка машины превращалась в мучительное приключение. Например, в огромном Ленинграде в 1963-м работали четыре (!) АЗС, продававшие бензин по норме пять литров на бак. Притом частник мог купить его лишь по талонам, которыми торговали керосиновые лавки, причем чаще всего такая лавка и заправка вовсе не были соседями. Не лучше дело обстояло и с ремонтом – в Москве на 1960 год насчитывалось всего семь СТО. Неудивительно, что именно в эти годы в СССР возникла и закрепилась надолго «гаражная культура», зародилось, а потом и зацвело буйным цветом отношение к автомастерам как к «нужным людям», знакомством с которыми гордились и всячески «подкармливали» его. И тем не менее хлопоты, связанные с машиной, расценивались как приятные и престижные, и трудности будущих автовладельцев не пугали.
…В истории разных стран были разные автомобили, к которым применимо одно выражение: «Посадил Америку (Германию, Италию – нужно вставить) на колеса». Для США это «Форд-Т», для Великобритании – «Остин-7», для Италии довоенной – «Фиат-500», послевоенной – «Фиат-600», для Франции – «Ситроен-2CV», для Югославии – «Застава-750» и т. п. Подразумевается, что именно с этой простой и доступной для всех модели началась массовая автомобилизация страны. Относится ли это к «Победе»? Увы, нет. Да и были ли в истории СССР такие машины?.. Даже пресловутая «копейка», ВАЗ-2101, и та не стала общедоступной, не стоила дешево, за ней тоже нужно было выстаивать очередь, а потом гоняться за запчастями и мастерами. Автомобиль перестал быть у нас роскошью лишь после развала СССР, и «посадила Россию на колеса» в 1990-х, увы, безымянная и безликая подержанная иномарка. Но все-таки, несмотря на все сложности, связанные с приобретением машины, именно частная «Победа» стала символом начала эры более или менее массового автомобилевладения. Впервые за всю историю страны собственную легковую машину мог
