об этом говорить, простите.
— Запрет? — прищурилась Тен-Тен.
— Нет, нет… мне просто сложно. Не могу. Но вы сами вскоре всё узнаете, если я правильно понял вашу натуру. Только прошу вас… помните, что мой Хозяин на самом деле другой, и в нём говорит его сумасшествие.
Не совсем понимая, о чём Нурру говорит, Тен-Тен пообещала быть более снисходительной. Что такого мог делать Габриэль, чтобы бессмертный древний квами не был способен говорить об этом?
— У моего Хозяина, должен вас предупредить, больше нет сдерживающих факторов. В других временных линиях он останавливался, если мог навредить сыну или же детям… сейчас все люди вокруг него, я боюсь, не воспринимаются им живыми. Помните это.
Тен-Тен кивнула. Это была полезная информация. Она догадывалась о психопатии Бражника, она видела странное отношение Габриэля к сыну. Но вот о том, что для мужчины не существует границ или стопоров, она думать не хотела.
О, она ненавидела сражаться против существ, которых не за что зацепить. Такие кидались на противника, не щадя ни себя, ни других: им было плевать на собственные увечья и сопутствующий урон, главное — достичь цели. Фанатики.
Габриэль — фанатик. Но его мотив?..
— Он хочет вернуть супругу? — спросила Тен-Тен, вспомнив взгляд месье Агреста на статую мёртвой жены. — Это его желание?
— Это всегда было его желанием, — проворчал в ответ Плагг. — Сколько время ни мотай, что ни делай, а у него в голове только одна мысль, как у попугая.
Нурру на такое высказывание возмущённо затрепетал крылышками.
— Плагг! Прояви уважение к моему Хозяину!
Тен-Тен ощутила, как её волосы зашевелились — вероятно, Плагг выглянул из пучка.
— А ты прекрати орать, иначе разбудишь своего обожаемого мастера, — сказал кот с явно слышащимся презрением. — Убил бы его раньше, и бед бы не было. Но нет, как всегда, ты исповедуешь то же, что и Фу: бесконечные вторые шансы! Это попросту глупо!
— Я…
— Почему Ван Фу должен был умереть? — быстро спросила Тен-Тен, чтобы не дать ссоре вспыхнуть.
Несколько секунд Нурру молчал, продолжая хмуриться. Потом он пригрозил Плаггу крошечным кулаком и выдохнул в попытке успокоиться.
— Мастер был хорошим Хранителем, — сказал он. — Однако, в силу изменившихся обстоятельств, он начал мешать нам поддерживать мир, а не помогать, как раньше. К сожалению, мы не могли переубедить Ван Фу… он был против призыва иномирянина на помощь. Однако вы — наша пусть не последняя, но основная надежда на разрешение проблемы, так что мы просто не могли ему позволить навредить вам. Это перешло в попытки его устранения.
— Попытки! — цыкнул Плагг. — Попытки, девочка! Квами с их детскими мозгами только и делали, что пытались, вместо того, чтобы нормально его грохнуть! Меня никто не слушал, чтобы ты знала, а я уверен, что Ван Фу начал ехать с катушек вместе с Габр… с сама знаешь кем. Как Хранитель Талисманов, Фу был одним из столпов, держащих мир, пусть и не наравне с квами. Его сознание просто не выдержало силы возникшего парадокса и начало течь, как дырявая крыша осенью.
Нурру на это ничего не ответил. Мотылёк отвёл взгляд, словно квами было стыдно, и Тен-Тен не стала больше расспрашивать, Вероятно, малыши были привязаны к своему Хранителю, и его смерть тяжело им далась. Плагга в расчёт можно не брать: как Такахаши поняла, он всегда был слегка особенным. Особенно-озлобленным.
К тому же она не знала, что Хранитель Фу успел сделать квами разрушения. Вряд ли Плагг без причины реагировал настолько негативно.
Нурру сложил лапки в молитвенном жесте и снизу вверх посмотрел на Тен-Тен.
— Это уже не важно. Мастер мёртв, поскольку пошёл против мира и его благополучия… как бы мы, квами, к этому ни относились. Я чувствовал временные возмущения до его смерти, так что, возможно, носитель Талисмана змеи сыграл в ней большую роль. Это так?
— Да.
— Значит, он не умер просто так. Это хорошо, когда воин погибает в бою.
Тен-Тен была согласна с этим. Сколько она видела несчастных, потухших шиноби, которые не могли продолжать служить Конохе… и всегда это зрелище было печальным. Пожалуй, если она не смогла бы сражаться, то и в ней бы надломилось что-то — какой-то стержень, которого не видно ни при одном сканировании, но который поддерживает тебя сильнее и лучше, чем позвоночник.
Нурру молчал. Возможно, не знал, что ещё можно сказать. Или же слишком погрузился в собственные размышления. Ради приличия Тен-Тен подождала с минуту, прежде чем вернуть мотылька в себя тихим вопросом:
— Ты знаешь дальнейшие планы твоего хозяина?
Мотылёк моргнул влажными глазами, и Тен-Тен заметила, что у него нет ни бровей, ни ресниц. Чудное создание, совсем не похожее ни на что, виденное ей ранее.
— Убить вас, — сказал Нурру как само собой разумеющееся. — Любыми способами, потому что он считает вас опасной.
— И правильно делает, — пробурчал Плагг. — По его душу-то придёт.
— Потом он хочет отобрать Талисманы Ледибаг и Кота Нуара, но это вы знаете и сами. Его не устроят другие Талисманы. Он считает, что только два сильнейших Камня Чудес могут вернуть к жизни. В целом, он прав. Только вот…
Тон у Нурру стал задумчивым: мотылёк осмыслял то, что он медленно говорил.
— Только вот он связан с Талисманами парадоксом… я не уверен, к чему это может привести: за нашу историю подобное происходит впервые.
— А почему он…
Тен-Тен прервалась на полуслове. Дверь в каморку, где они с квами общались, тихонько открылась. Так что вопрос, почему Габриэль акуманизирует только подростков, — ну ладно, в основном подростков, а не исключительно их, — так и не прозвучал.
Она схватила Нурру и швырнула его вверх. Мотылёк успел сообразить, так что не шлёпнулся о полки шкафа, а свободно пролетел сквозь них.
Плагг замер в волосах, Тен-Тен тоже превратилась в статую. Человек, открывший дверь, медленно вошёл и остановился около шкафа. Прислушивался?
Нет, он точно знал, что кто-то есть в шкафу. Тен-Тен прикусила губу и зажмурилась, заставляя голову работать. Её сейчас обнаружат, она с кем-то разговаривала. Это не Адриан и не женщина — слишком тяжёлые, хотя и тихие шаги. Габриэль? Вполне вероятно, даже скорее всего. Проснулся выпить воды и не заметил рядом Нурру. Решил узнать, что происходит.
А тут Хлоя Буржуа в шкафу между вещей и химии. Учитывая, что Габриэль-Бражник имел насчёт неё какие-то подозрения и точные планы, ничего хорошего. Он мог бы ограничить её общение с Адрианом, к примеру. Нежелательно, ведь Тен-Тен недавно пообещала Агресту-младшему, что никуда не денется и вообще никогда его не бросит.
Так что, набрав
