— Я догадывалась, что что-то подобное может произойти, — призналась тетушка. Это… иногда встречается. Хотя надеялась, что Мартину удастся избежать моих ошибок.
— Вы… — нахмурилась я недоверчиво.
— Да, я тоже нарушала правила, — вздохнула фрау Ратцингер. — Закон суров к менталистам, но некоторые манипуляции отследить сложно, и поэтому соблазн преступить черту велик. Особенно когда дело касается близкого человека. Человека, которого любишь. Для нас, ментальных магов, отношения очень важны. Гораздо больше, чем ты можешь себе представить.
— Никогда не читала о подобном, — удивилась я.
— Так об этом не пишут, стараются даже не говорить, не желая открывать слабость. Ты же знаешь, какими нас считают — холодными черствыми сухарями. Это один из способов защиты. Но мы очень уязвимы, когда находим своего человека. И поэтому бываем ужасно жестоки в своем желании его присвоить. Вот я, например, убила своего мужа, — спокойно сказала тетушка Адель.
Чай пролился мне на юбку, но я едва ли это заметила.
— И чем он такое заслужил? — смогла выдавить из себя спустя какое-то время. Надо же знать, за что меня захочет убить Шефнер, если что пойдет не так.
— Я задаю себе этот вопрос на протяжении тридцати лет, — ответила фрау Ратцингер. — И так и не нашла ответ. Лейн был хорошим человеком. Он не заслуживал смерти, но умер, потому что я слишком его любила и до безумия боялась потерять. Поэтому практически задушила своей любовью.
Адель было почти двадцать пять, когда она встретила молодого офицера Лейна Ратцингера, года на три младше нее. Девушка из хорошей семьи обладала симпатичной внешностью и вполне могла выйти замуж раньше, но большинство ухажеров отпугивали ее ментальный дар и характер, вспыльчивый и упрямый. Тех же женихов, кто был готов смириться с недостатками невесты, Адель прогоняла сама.
— Не то чтобы я была такой уж романтичной и мечтала о браке по любви. В наше время это было не особо-то принято. Но мысль, что мне придется всю жизнь прожить с человеком, к которому я равнодушна, вызывала у меня почти физическое отвращение. К счастью, родители не торопили меня с выбором, моя наставница в магии сумела объяснить им, сколько страданий и несчастий принесет такой брак. Для ментального мага его партнер является якорем, внешней точкой опоры. Найти ее — большая удача, потому что, не имея того, кто мог бы ею стать… Нет, не умрешь, конечно. Просто потеряешь интерес к жизни и к людям. Я уже становилась такой — мир казался совсем тусклым, а все вокруг неинтересными и скучными. Одинаковыми в своих страхах, желаниях и сомнениях. Но Лейна я чувствовала и понимала лучше, чем кого-либо, и в то же время никогда не могла предвидеть, что он скажет или сделает в следующий момент… — Тетушка улыбнулась, что-то вспоминая. — Он был реальным, настоящим и очень ярким. Я полюбила его, а он меня, иначе и быть не могло. Менталистам и так трудно найти себе пару, а если бы еще мы влюблялись невзаимно…
Я нахмурилась.
— Это какая-то магия? Принуждение?
Адель удивленно и несколько расстроенно на меня посмотрела.
— Нет, что ты. Мы и без всякой магии способны ощущать, как к нам относятся. Если бы Лейну я не нравилась, то дальше моей симпатии к нему дело бы не зашло. Вижу, я огорошила тебя?
Я отвела взгляд, стиснув фарфоровую чашку в руках. Значит, все это время, возможно, с самого начала меня тянуло к Шефнеру? И он это чувствовал.
— Ваш племянник знает об этом? — спросила, наверное, излишне резко.
— Об особенностях поиска партнера? Конечно. Менталистам рассказывают о таких вещах довольно рано. Хотя, вероятно, этому упрямцу потребовалось время, чтобы понять, что стоит за его интересом к тебе. Слишком долго он был один. Если честно, мне уже казалось, что Мартин никогда не женится. И я была счастлива, что он нашел тебя. Ты сильная, поэтому ты не сломаешься рядом с ним. А мой муж был слаб.
— Что произошло? Неудачное внушение?
— Не совсем… и да.
Лейн и Адель поженились через полгода после встречи и вскоре переехали в свой дом. Избранник тетушки был не знатен, но благодаря связям жены и своим военным успехам в прошлом сумел устроиться в императорскую гвардию.
— Проблемы начались почти сразу. Он был красив, галантен, обаятелен и нравился женщинам. И они нравились ему, до встречи со мной он влюблялся едва ли не каждый месяц, — Адель рассмеялась сухим дребезжащим смехом, от которого мне хотелось поежиться, — а потом встретил меня, бедолага. И ведь на самом деле любил, ценил и уважал. Но перестать смотреть на других женщин не мог. Я сдерживала себя, твердила, что это не имеет значения. Ведь он только смотрел, только флиртовал. Ничего больше. А потом я узнала, что он изменил мне с одной из фрейлейн при дворе — с девушкой лет на пять меня младше. Мне тогда было всего двадцать шесть, но я внезапно почувствовала себя такой старухой! Устроила ему скандал, перестала пускать к себе в спальню.
Лейну понадобилось несколько месяцев, чтобы заслужить прощение. Но даже после того как они помирились, червячок сомнения поселился в сердце Адель.
— Тогда я сделала первую ошибку. Я начала читать его память. Пока он спал, проникала в его разум, пытаясь узнать, с кем он проводил время без меня, и иногда натыкалась на его воспоминания о других женщинах. Тех, кто были до брака, и тех, с кем он общался сейчас. Просто общался, ведь Лейн хотел сохранить наш брак. Но мне хватало и этого, чтобы страдать от ревности. И я решила… — Женщина замолчала, стиснув воротник платья, будто он душил ее. — Я решила немного укрепить чувства мужа ко мне и вызвать отвращение к женщинам, соблазняющим его своими похотливыми взглядами. Когда сделала это впервые, мучилась виной и сомнениями. Но Лейн не выглядел несчастным, и все казалось нормальным. Вот только ребенка у нас не было, и меня это беспокоило, начали терзать страхи, что он разведется со мной, так как я была бесплодна. И когда заклинание стало спадать, а Лейн, как мне казалось, начал терять интерес ко мне… повторила все снова. Потом еще и еще, с каждым разом используя все более сильные заклинания. О том, что причиняю ему вред, поняла спустя несколько лет. Он начал пить — много, страшно. Стал холоден и безразличен ко мне в постели. Наверняка Лейну еще можно было помочь, но я боялась признаться в том, что натворила. Пыталась помочь ему сама. И не справилась.
— Как ваш муж умер?
— Пьяным упал с моста и утонул. Если бы не я, он был бы жив. Сейчас думаю, что даже отсутствие у нас детей — моя вина. Какой ребенок захочет появляться в мир, имея такую мать?
— Мне жаль, — тихо сказала я.
— Я напугала тебя?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
