отступает. Тоннель искусственного происхождения завершается метров через пятнадцать наглухо закрытой огромной круглой дверью во весь проём. Замечаю пунктирные линии, выдолбленные в стене, которые тлеют фиолетовым огнём по кругу. Тусклым, едва заметным.
Перед дверью круг отчерчен небольшим углублением. Металл или камень вокруг, непонятно. Всё чуждое, всё кажется нереальным.
— Ты должен встать в круг, — подсказывает Небесная.
И я делаю это, пересекая металлическими ногами границу. Даже не сомневаюсь, что подобные инструкции дал Мастер. Потому что он был на этом корабле.
Секунд пять ничего не происходит. А затем нечто незримое касается меня. Начинает холодеть тело от пят до самой головы промораживает.
Всё проходит быстро, и тело начинает гореть, как при лихорадке. Перед глазами снова облака и звёздочки фиолетовые. В голову что–то настойчиво пытается влезть. Моргаю часто и дышу глубоко, несмотря на боль, чтобы стряхнуть наваждение и удержаться на ногах.
— Язык сознания расшифрован. Распознавание синхронизировано, — раздаётся над головой приглушённый мужской голос!! Будто из рупора, но не так громко.
И это бодрит! Очень бодрит.
— Доспех… сбор информации… анализ… — продолжает бормотать, будто себе под нос.
От незнакомого голоса в шоке, похоже, все. Да и я сам не рад, что со мной что–то разговаривает!!
— Кто ты⁉ — Кричу в ответ.
— Тише ты, — прошипела Небесная с опаской. — Это корабль.
— Понимание высшего лорда — приоритет, — продолжает говорить Нечто. — Я искусственный разум «Экспансиона один один девять восемь». Грузовой блок полностью восстановлен и готов к использованию. Десантный шлюз готов.
Искусственный разум? То есть не настоящий? Спрашивать такое боязно. Вдруг обидится.
— Попроси открыть, — шепчет очень тихо Небесная.
Интересно, а они сами понимают, что собираются открыть? Вдруг это «Ящик Пандоры»⁇
— Откройте, сударь! — Попросил я громко. И покривился от боли в рёбрах.
Несколько секунд ничего не происходит. А затем щелчки вокруг, пшиканье! И дверь разделяется на две половины, стряхивая пыль, да разъезжается в разные стороны, пропуская дальше!
Новое помещение чуть побольше, но такая же дверь. Светлеет внутри, белый свет окутывает всё пространство.
Вхожу первым! За мной спешит Олег, обгоняя Небесную.
— Нас не пускает, — раздаётся от Зотова позади, когда гвардейцы на мехарах прошли.
Он и четверо десантников, будто в незримую стену упёрлись.
— Кость, без мехара корабль сюда не пустит, как маэстро и предсказал, — отвечает принцесса. — Побудьте снаружи.
И дверь позади нас закрывается наглухо, оставляя бойцов за бортом!!
Как только это происходит, на уши перестаёт давить. Ибо та странная мелодия, к которой я уже попривык, внезапно прекратилась. И стало значительно легче.
— Разгерметизация доспехов Гибрид один, Прототип три, предкритические повреждения основной два, основной два, — зазвучал голос над головой. — Дезактивация и дегазация невозможны. Ждите.
Прямо на глазах, да ещё и не за счёт моих сил, как мог бы почувствовать, Медведь стал восстанавливаться сам! И этому поспособствовал корабль! И не только мой мехар, но и машины всех остальных вскоре заблестели, как новенькие.
Как только на панели повреждений засияла белая фигура меха, в помещение ворвался дым, заполоняющий собою всё. Сквозь него заскользили по броне розовые лучи прямо веерами.
Через десять–пятнадцать секунд дым схлынул, как не бывало. И дверь в новое помещение разъехалась с пшиком. Белый мягкий свет из нового помещения окутал мехаров.
Затаив дыхание я двинулся первым!
И успел заметить, что на мехаре принцессы от герба золотого не осталось и следа. Вместе с тем, боевая машина Агнессы осталась чёрной.
Следующее помещение было значительно больше. В форме прямоугольника. И стены белые и такие же гладкие. Дальше в стене дверь уже с человеческий рост.
Как только все вошли, ноги Медведя перестали слушаться, они примагнитились! И у троих произошло то же самое.
Лестницы выехали прямо из пола одновременно с самопроизвольным раскрытием кабин.
— Предлагают выйти, — прокомментировал Олег с настороженностью.
Очутившись сознанием в кабине меха, я уже посмотрел на помещение по–другому. Стены, пол, потолок, всё будто из однородного камня без всяких изъянов. А свет исходит не весть откуда. Он заполоняет всё без теней, будто живёт в воздухе. Насыщенном кислородом, очень бодрящем воздухе.
Спускаюсь по предложенным ступеням одним из первых. Удивительное ощущение, они словно магнитят подошвы сапог, чтобы не свалился. Сами ступени вроде хрупкие на вид, как листы бумаги, но по ощущениям, как нерушимый монолит.
Вступил на поверхность. Вот те раз, вокруг ни соринки, с меня тоже ничего не сыплется. Подождите! Лохмотьев нет! Только бардовая броня теперь облепляет моё тело и по ощущениям напоминает сплошное трико. Вполне комфортно, но совершенно неловко!
На меня принцесса оценивающе посмотрела, но ничего не ответив, перевела внимание на Агнессу, которая стала спускаться с заметной неловкостью и завешенным светлыми волосами лицом.
Подмывало на него посмотреть. Но я сдержался. Форма британского офицера на ней, и не простая, а парадная. Красный мундир с белыми полосами, в нём она смотрится, как предательница Родины. Принцесса британская.
Олег, чуть помедлив, вылез последним. И с ухмылкой посмотрел на моё новое одеяние, воздержавшись от комментариев.
Когда все спустились, принцесса скомандовала:
— Андрей, дверь.
Двинулся без промедлений. Ведь снаружи остались товарищи. А мы вроде как идём к источнику всех наших бед, чтобы их прекратить.
Стоило пересечь незримую черту всем четверым, как стены по бокам разверзлись, превращаясь в некие краны! Те ухватили наших мехов, как пушинок и утянули в чёрную пустому, где я успел уловить силуэт неких механизмов и других мехаров, подвешенных на чём–то! Не успел и глазом моргнуть, краны вернулись, складываясь назад, и снова превратились в гладкие стены!
— Вот же засада, — выругался я тихо.
— Эй! — Возмутился и Олег, спохватившись.
Принцесса вытаращенными глазами продолжила прожигать стену. Вероятно, борясь с ужасом.
Замечаю, что Агнесса аж задрожала, когда её мехар пропал.
Ещё бы, связь между пилотом и машиной прервалась. Сам почувствовал это болезненное, но мимолётное чувство боли.
У двери встали полукругом, как дураки. Ничего не происходит.
— Открой, — бурчит мне в ухо Небесная, скукожилась вся, будто ждёт теперь со всех сторон атаки.
— Как? — Развожу руками, не видя ручки.
— Спроси…
— Как открыть, сударь? — Спрашиваю интеллект.
— В связи с аварией и утечкой средств введены дополнительные меры безопасности, — раздалось сверху. — Для повторной идентификации требуется физический контакт.
— Простите, сударь? — Недоумеваю.
— Тронь дверь, — подсказал Олег деловито.
А этот откуда знает⁈ По роже хитрой вижу, что
