взор коснулся голограммы Хранителя, который находился в первом ряду, — сверхсильными бойцами, которые были созданы для войны, — кивнули Войд, Молния, Пульсар и Лаки, главы Бродяг, — мутантами, которых постигла незавидная участь, но они не утратили веру в своих братьев и сестёр, — улыбнулась красноволосая девушка.
— Того, кто решил рискнуть всем, — снова говорил Андрей Первый, — кто понял, что только «Рассветная Стрела» сможет нанести поражение Греям. Маркус Майер! Прошу на подиум!
И «вышел» я. После той выходки — тарана космической станции нашим линкором на невероятно огромной скорости — многие внутри линкора сильно пострадали и некоторые погибли. Капсулы спасли жизни, но не все. Те, кто был у носа, — погибли от удара. Их просто смело ядерным взрывом невероятной мощи центрального реактора станции. Остальным повезло больше.
«Рассветная Стрела». Именно так назвали в итоге линкор, полностью восстановив его. Ведь только носовые блоки пришлось менять, восемьдесят процентов корабля хоть и пострадало, но было пригодно к применению. И не только корабль. Но и тот маневр, который положил начало конца тирании Греев. Короткой, но очень жестокой.
Норе повезло больше, чем мне. Её отбросило в сторону и зажало между блоками аппаратуры, из-за чего у неё было только сотрясение мозга. Меня же… меня сильно бросило вперёд, на что-то жёсткое, из-за чего я сломал позвоночник в области поясницы. Лечение было возможным, но проходило в несколько этапов, с которыми просто нельзя было спешить. Я мог умереть. Но ноги я уже чувствовал.
Но сейчас я «ехал» в своей умной коляске с гравитационным модулем, который позволял легко подниматься по ступенькам. Люди, увидев меня, начали аплодировать. Стоя. С ликованием и радостью на лицах. И я еле сдерживал эмоции, пытался сохранять каменное выражение лица. Но робкая улыбка появилась сама по себе.
Многих я видел впервые. Особенно первый ряд. И я был поражен тем, кто там находился. Для меня это до последнего было загадкой, ибо сюда я спешил из клиники, которая находилась внутри древнейшей крепости на возвышенности берегов двух великих рек.
В моих руках оказалась папка, буквально перед самым выездом на подиум мне её дал один их бойцов Завета Хранителя. Обычные люди, в которых чувствовалась огромная сила. Чувствовалась буквально.
— Прошу тишины! — спокойно, но усилив свой голос, обратился к публике Император.
— Император Андрей? — посмотрел я на мужчину, который с широкой улыбкой кивнул мне. — Императрица Фредерика? — мой взор коснулся девушки, которая слегка присела, сделав лёгкий реверанс. — Клянетесь ли вы оберегать человечество от любых невзгод?
— Клянёмся! — хором ответили оба.
— Клянётесь ли вы вести за собой все народы нашей цивилизации вперёд, чего бы вам двоим это ни стоило?
— Клянёмся!
— Клянётесь ли вы уважать все права и свободы всех представителей нашего государства?
— Клянёмся!
— Клянётесь ли вы защищать и оберегать суверенитет, права, свободы, целостность структуры нашего государства?
— Клянёмся!
— Клянётесь ли вы блюсти традиции всех народов, преумножая их, дополняя новыми?
— Клянёмся!
— Клянётесь ли вы верно служить своему народу?
— Клянемся!
— Тогда сядьте! — отдал я приказ двум самым могущественным персонам человечества.
И они сели. На одно колено каждый. И тут вышли двенадцать детей в одеждах, символизирующих каждый некогда существовавший клан. Символизирующих единство каждого народа. И они начали осыпать Императорскую семью лепестками цветов, которые так же имели все те же оттенки, что и одежды детей.
Дальше я покинул сцену, переместился к специально отведённому месту, а на подиум вышли представители всех официальных религий наших народов, которые по очереди дали благословление им обоим. Ведь это важно. Я не верил в богов, но многие верили. И если верховные служители сказали, что боги хотят их царствования, то это только усиливало притязания этой пары.
Да, они лишились семьи.
Да, они потеряли всех, кого знали.
Но не они шли по головам. Их лишили. И они с нашей поддержкой, наёмников, смогли отомстить.
А потом был праздник, на котором я решил не задерживаться. Не любил в последнее время. Устал от всего этого. Поэтому после награждения быстро покинул помещение, выкатившись на балкон огромного древнего дворца. По крайней мере стиль у него точно был древним, а как давно его возвели — уже другой вопрос.
— Скучаешь? — вышел ко мне крепко сложенный темноволосый мужчина, в глазах которого была Пустота, не эмоциональная, а…
Сложно это объяснить. Сразу становилось понятным, кто это такой, хоть с ним я ранее не виделся.
— Устал, — честно признался я. — Даже на больничной койке, как пришёл в сознание, пришлось руководить своими людьми.
— Такова судьба любого хорошего и бережного по отношению к своим подчинённым полководца, — усмехнулся Тиберий.
— Вам точно от меня что-то понадобилось? — отвернулся я в сторону заходящего Солнца.
— Тебе, — снисходительно ответил он. — Я уже давно не аристократ, а по статусу ты меня даже выше. Главнокомандующий сил человечества, как-никак. Герой войны.
— Как и ты, — усмехнулся я. — Только ты — Первой, а я — Второй.
— Мелочи.
— Но всё же тебе что-то нужно, — утвердительно на этот раз сказал я.
— В какой-то степени, — кивнул он. — Но, думаю, пока не место этому разговору. Я увидел то, что хотел. И доволен увиденным.
— Что именно?
— Готовность, — положил он мне руку на плечо, подержал её пару мгновений, потом пару раз хлопнул. — Огонь в тебе не угас и будет гореть ещё очень долго. Но тебе действительно надо отдохнуть. При этом твоя супруга к тебе идёт. А беременную женщину заставлять ждать — великое кощунство!
— Жаль, что её не было на Клятве из-за процедур…
— Удивительно, — начал, видимо, говорить вслух Войд. — А живота ещё нет.
— Ибо только-только, — тяжело вздохнул я. — Вот ничего ни от кого невозможно утаить… она поделилась этим с Молнией… и всё… всё её окружение уже знает об этом.
— Просто все за вас рады, — искренне произнёс он. — Особенно после твоей травмы. Но не буду вам мешать. Вы заслужили отдохнуть.
— Как и все мы, — с улыбкой ответил я, после чего пожал протянутую руку. — Хорошо отдохнуть.
— Отдых нам только снится, — улыбнулся Тиберий, после чего открыл двери на балкон для моей супруги, пропуская её внутрь.
Я улыбнулся, Фелиция наклонилась и поцеловала меня сначала в лоб,
