Однако Иоська терпеливо, как мама, успокоил тебя: прежде чем сесть за руль, каждый водитель обязан подписать документ о своей стопроцентной ответственности за машину…
А если он попадет в аварию и свернет себе шею? А если, – не приведи Бог, – его пристрелит грабитель? Ведь вдова затаскает по судам, обдерет, как липку!
Не обдерет. Иоська свое дело знает. Ни один водитель не сядет в твой кэб, пока не подпишет и другой документ о том, что ты его не нанимал и ответственности за него не несешь. Он – самостоятельный подрядчик. Перед лицом Закона вы два абсолютно равноправных партнера: он – поскольку работает, ты – поскольку отнимаешь у него деньги!..
8
Дни рождения бизнеса наполнены, впрочем, не только страхами и суетой. Они приносят и маленькие, неповторимые радости… Все эти дни жена будет поминутно обмирать со страху, а ты – рассеивать ее тревоги:
– А бензин? Ты подумал, во что обойдется только бензин? – выпалит вдруг жена, и ты разъяснишь, что бензин покупают водители…
– А страховку кто будет оплачивать?
– Неужели непонятно, – откликнешься ты утомленным голосом. – Страховку оплачивает хозяин медальона.
– А если водитель заболеет?
– Тогда, наверное, он пойдет к доктору..
– При чем здесь твои дурацкие шуточки?! – взовьется жена.
– Кто заплатит за потерянные дни?
И до чего же это приятно, когда жена предоставляет нам повод блеснуть юридическими познаниями! Водитель арендует кэб на тех же условиях, что жилец арендует квартиру. Уважительных причин, по которым можно пропустить очередной платеж – не бывает; задолженность водителя автоматически погашается за счет пяти сотен внесенного им залога…
– А если водитель уволится?
– Джозеф пришлет другого.
– Да кто он такой, твой Джозеф? С какой стати он будет искать для нас водителей и откуда он их берет?
Лучший способ успокоить и себя, и жену по данному поводу – это купить номер «Пост» или «Ньюз», раскрыть газету на разделе «Спрос труда» и отыскать в нем колонку, где мелькает призывное: «ТАКСИСТ – САМ СЕБЕ ХОЗЯИН!». Под одним из таких объявлений, где сулятся баснословные заработки и новые кэбы, непременно обнаружится уже знакомый номер телефона – Иоськин!..
Семьдесят долларов за каждое объявление платит Иоська. Но каждый водитель, который получает работу при посредничестве Иоськи, платит ему пятьдесят долларов, и каждый хозяин тоже дает пятьдесят – за каждого водителя… Вкусно? Тоже хочется? Не уйдет от нас и этот кусок!..
9
Наш поезд в будущее – уже тронулся! Так плавно, так естественно, что вроде бы и незаметно, когда же именно это произошло. Метафорическое движение его поначалу едва ощутимо; но где-то в глубине души наивного, только-только начавшего деловую жизнь бизнесмена, уже поселилось ласковое, как котенок, чувство тайной гордости за себя, сумевшего засадить троих шоферюг в старый кэб, купленный на их же, по сути, «бабки»; и теперь по улицам Нью-Йорка среди тысяч желтых машин колесит – и твоя!.. И пусть твоя новая жизнь по-прежнему скудна и убога, но теперь ты знаешь, что это – не навсегда! Там, впереди, за синими далями уже горит огонек надежды: в дождь и в метель, от зари до зари, двадцать четыре часа в сутки трое сосватанных Джозефом «боссов» крутят и крутят баранку твоего драндулета, и каждый час ты становишься на ОДИН ДОЛЛАР богаче… Всего лишь на один доллар, но зато – и когда трясешься в сабвее, и когда смотришь телевизор, и когда спишь – синхронно с ударами твоего сердца тикает безостановочный счетчик… Только во имя самого для тебя, молодой бизнесмен, святого, не прикасайся к отсчитанным им долларам! Нарушивших эту заповедь неминуемо ждет беда…
Чем чаще будет ломаться кэб, тем чаще придется бегать к Иоське за новыми водителями, и настанет день, когда станет ясно, что машину под арендуемым медальоном – пора менять. Это испытание придет с неотвратимостью захода солнца, и с расточителями первых долларов не станет связываться даже Джерри.
Но если быть благоразумным, то через полгода удачно инвестированный сабвейный жетон превратится тысчонок эдак в пять или даже шесть; так что, в случае чего, уже можно уплатить за новый старый кэб, который, хоть и под проклятия водил, но послужит, послужит, а когда загашничек опять нарастет, настанет время расширять бизнес…
Еще один медальон с покупкой драндулета будет взят в аренду, и уже шестеро «боссов» будут толкать поезд; и ты оглянуться не успеешь, как их – «боссов» – станет девять!..
Чем больше, однако, денег будет протекать между пальцами, тем болезненней будет ощущаться очевидная несправедливость того, что тебе достаются крохи по сравнению с доходами хозяев медальонов, которые ведь загребают жар – твоими руками…
Ты начнешь принюхиваться к непомерным ценам, наведаешься к брокеру, справишься об условиях банковского займа… Но, заглядывая в брокерские офисы на Лексингтон и на Десятой авеню, ты раз за разом будешь наталкиваться на стену – чудовищных размеров первый взнос.
Даже при условии, что по Нью-Йорку колесят уже три укомплектованных тобой такси, собрать требуемую сумму практически невозможно.
Так значит, нужно запустить еще три «тачки», засадить еще девять «водил», пусть работают!..
Э, легко болтать языком… С желтыми машинами постоянно что-то случается: то поломка, то авария; да и «боссы» вынимают душу. Чего только стоят ночные, часика в три, звоночки:
– В машине не крутится руль, на ней нельзя работать!
Этот идиот не знает, что, если не крутится руль, нужно нажать на газ – тогда руль повернется…
– Я застрял на Фар Рокавей…
«Застрял»? Он захлопнул в машине ключи и теперь среди ночи поднимает хозяина. Возьми, остолоп, каменюку, трахни по стеклу, открой замок, а утром – вставь новое стекло! Раз заплатишь, – впредь не застрянешь… Но так говорить нельзя. Нужно встать, одеться и – отвезти запасные ключи.
И все-таки, если не опускать руки: искать пути перестройки бизнеса, тыкаться, спрашивать-переспрашивать, то в конце концов прояснится некая своеобычная закономерность: когда на площади Колумба для первого взноса требуют 50 тысяч, на Лексингтои берут 40, а в черном Бруклине – 23.
Ты предусмотрительно снял с шеи цепочку, спустился в метро и вынырнул из-под земли в районе заброшенных складов… Знакомые груды шасси и трансмиссий, снятых с краденых кэбов… Разверни колченогий стул и усядься на него верхом.
– Джерри, сколько нужно, чтобы «выехать» на своем медальоне?
– Смотря какую машину ты хочешь – новую или старую?
– Машина у меня есть…
– Двенадцать «штук».
Когда Мухаммед требует 23, Джерри удовлетворяется двенадцатью…
– А какие займы, проценты?..
Пока Джерри будет выписывать в столбик 18 % – по первому займу, 26 % – по второму, возьмись обеими руками, да покрепче, за спинку оседланного стула, чтобы не свалиться ненароком, когда ты увидишь, что по третьей ссуде, которую Джерри предоставит тебе как доброму старому клиенту – из своих личных средств, платить придется всего лишь 4,5 процента!..
– В месяц, – объяснит Джерри. – Четыре с половиной процента – в месяц…
Могильной жутью повеет на тебя от маленькой да удаленькой этой цифры, но одновременно в твоем сознании возникнет и здравая мысль, что горбатить за эти проценты будешь – не ты…
10
Отдав все, что удалось накопить, ты опять заключаешь сделку на кабальных условиях, но зато в твоем бизнесе произошла революция: теперь ты выращиваешь два колоса там, где вчера выращивал один… За кэб, который сдается водителям, ты попрежнему получаешь доллар в час, но сверх того, став хозяином медальона, одновременно наживаешь и второй, мистический доллар-призрак. Доллар, который тебе дают, но который тотчас же исчезает: в кармане ростовщика или в окошечке банка… На этот доллар не купишь сосиску. Этот доллар нельзя разменять на четыре квотера. Его вроде бы нету, но в то же время – он есть!..
Полновесная ценность этого доллара ощутится лишь года через три, когда недоступный для тебя прежде брокер с площади Колумба встретит тебя на пороге своего кабинета, пригласит в кресло и, мельком просмотрев твои бумаги, объявит, что, мол, стоит тебе подписать вот этот документик и еще вот этот, да поставить свою подпись на обороте, как ты станешь хозяином корпорации, то есть еще ДВУХ медальонов!..
С трудом шевельнется приросший к гортани язык:
– Елки-палки, за корпорацию ведь нужно кучу денег положить в виде первого взноса…
И тут сын великого Энди Гринбаума – Ноэль Гринбаум доверительно коснется твоей руки:
– От вас, сэр, мне не нужно ни единого цента!
Доллары, которые ты не разменивал на квотеры, доллары-призраки, которые исчезали в окошечках банков, выпали кристаллами на дно оплаченной части займов… Не дрейфь – подписывай!.. Здесь и здесь… Не забудь – на обороте…
