есть еще один вариант. Кстати, вино гранатовое здесь отличное, рекомендую.
- А вы?
- За рулем. Вам куда?
- На Некрасова.
- По пути, подвезу.
Он ловко перешел на другую тему: о Питере и о машинах можно было говорить бесконечно. Удочку забросил насчет еще одного варианта и теперь ждал, когда клюну. Очень любопытно. Я-то никакого другого варианта в упор не видел.
Наконец принесли закуски, вино мне, минералку ему. Когда выпили, Кирилл посмотрел на меня, чуть прищурившись.
- Насколько вы заинтересованы в сохранении филиала, Вадим?
Я хотел уже ответить, что вообще не заинтересован, но тормознул фразу на пути к языку.
- Заинтересован. По личным причинам. Но не вижу возможностей.
- Если честно, я тоже. Но есть человек, который хорошо в этом разбирается. И может вытащить из полной задницы, если имеется хотя бы один шанс. Разумеется, это стоит очень дорого. Я знаю, о чем говорю. Два года назад мой компаньон кинул меня не хуже ваших. Но с помощью этого бизнес-консультанта замел следы так, что я ничего не заметил и выкупил его долю.
- Интересно, - хмыкнул я. – Может, этот консультант и моих консультировал? Уж больно грамотно все провернули. Я бы тоже ничего не заметил, но подозрительно гладко все шло.
- Не думаю, - Кирилл покачал головой. – Она такими вещами больше не занимается, у нее сейчас совсем другой уровень.
- Даже она?
- Да. Подруга моей жены. И она же помогла мне из этой дыры выбраться. Могу замолвить словечко. Если, конечно, это вам нужно.
- Собственно, я ничего не теряю, - подумав, ответил я. – Хотя бы узнать, возможно или нет.
Кирилл достал телефон и набрал номер.
- Ирчик? Привет. Как оно? Дело у меня к тебе. Не посмотришь одну задницу?.. Нет, не банкротство. Филиал московской компании под самостоятельного юрика и продажу. Можно ли спасти… Да, я заинтересован… Сейчас дам.
Он протянул мне телефон.
- Вечер добрый, - услышал я низкий женский голос. – Можете мне прямо сейчас скинуть все, что есть по вашей компании? Аудиты, акты, отчеты. Чтобы оценить масштаб катаклизма. Кирилл даст адрес.
- Да, могу, - ответил я. – Внутренний и внешний аудит, технические акты. У нас там СК работает.
- Фигово, - вздохнула Ирина. – Ну ладно, посмотрим. И такое вытягивали.
- Сколько буду должен?
- За первичную консультацию нисколько. Если возьмусь, тогда поговорим о расценках и составим договор. Но сразу предупреждаю – дорого**.
* фраза из австралийского мультфильма "Вокруг света за восемьдесят дней"
**Кирилл и Ирина - герои книги "Любовь по ошибке"
31
Яна
Насте хотелось непременно посмотреть на Чупина.
- Ян, я только одним глазком гляну и сразу же уйду. Ну интересно же!
- Погугли, сорока любопытная. Понятия не имею, когда он придет и в каком виде. Может, на пяти ногах, считая костыль. Знаешь ведь, что такое деловые встречи.
Порывшись в интернете, Настя нашла фотки чемпионских времен, сказала «вау», но забраковала: старье, мол. В результате мы просидели почти до десяти, пока Сашка не пустил по ее следу полицейских доберманов. Она уже надевала в прихожей туфли, когда запищал домофон.
Убедившись, что Вадим хоть и вполсвиста, но все же не за той гранью, за которой выпивший начинает активно раздражать трезвых, я познакомила их. Они перекинулись парой фраз, построили глазки, и Настя ушла. А мы принялись лапать друг друга прямо там, у двери. Как озабоченные школьники.
- Ну елки! – захныкала я, пытаясь вывернуться, поскольку Вадим добрался до безумно щекотного и возбудительного места, где начинает раздваиваться попа. Прямо искры из глаз.
- Еще скажи, что тебе не нравится.
- Нра-а-авится!
- А так?
Трудно сказать, до чего бы дошло, если б в ноги не бросился Борис, попытавшийся притвориться некормленым – а вдруг прокатит? Вадим отвлекся на него, а я сбежала на кухню.
Ну да, как же! Далеко удрала.
- Ну что, в догонялочки поиграем? Пользуешься, что дедушка с костыликом?
- Дедушка! Да ты любую молодуху ушатаешь.
- Я стараюсь. Чтобы у тебя даже мыслей не возникло о ком-то еще. Когда уеду.
Вот спасибочки, напомнил!
- Тогда на ход коня очень сильно придется постараться, - ну как тут было не подколоть? - Про запас. Чтобы не возникло.
- На ход коня, говоришь? – Вадим зажал меня в угол, сгреб за задницу и укусил за ухо. – Сильно? Ладно, я запомню. Если до пяти считать не разучился, в субботу ты уже будешь годна к употреблению. Будет тебе... на ход коня. Походка «тридцать лет в кавалерии». Сможешь табуретку между ног носить. Устала – присела.
- Чупин, а у тебя ничего не сотрется? – я с рычанием впилась когтями ему в пузо. - Этот самый, как его? Графитовый стержень? Мы писали, мы писали, наши пальчики устали. Хоба – а там уже ма-а-аленький карандашик. Совсем-совсем маленький. Провалился внутрь и потерялся. Ищи потом с фонарем.
- Ты хоть знаешь, для чего графитовый стержень используют, каракатица? Для электросварки. А еще в ядреном реакторе. Чтобы управлять размножением быстрых нейтронов. Не сотрется. Все сварим как надо. И размножим.
Вообще-то меня всегда коробило от грязных и грубых словечек в постели и ее окрестностях. Не говоря уже о явных пошлостях. Но с ним было в кайф. Чем глупее, тем лучше. И слушать, и говорить. Вот уж точно, важно не что и как, а кто говорит. И кому.
Мы хохотали, как два идиота, и целовались – тоже по-идиотски. То по-собачьи вылизывали друг другу физиономии, то пытались откусить языки. Возились, щипались, толкались, хотя тут, конечно, приходилось быть поосторожнее. А кончилось все ожидаемо: всякими разнузданными орально-мануальными безобразиями на первой попавшейся твердой поверхности. И на второй, и на третьей.
И только уже ночью, обвившись вокруг него и почти засыпая, я спохватилась:
- Ой, забыла спросить. Встреча-то твоя нормально прошла? Все в порядке?
- Ну… - не сразу ответил Вадим. – Вроде да. Пока еще не знаю. Столько гемору с этой продажей.
Утром, когда мы ехали в академию, я насторожилась, услышав, как Вадим ответил на звонок:
- Да, Ирина, доброе утро.
Так, стоп, Яна. Никакой ревности. Сразу – прекрати это в зародыше. Он может общаться с миллионом баб. Как, кстати, и
