два дня ничего не случится, просто помиримся при всех, и я тебя даже поцелую :))) при всех
— Звучит заманчиво :))) А после школы как?
— Топай до второй станции метро пешком. Я тебя догоню, заодно проверю кое-что.
Глава 32
На следующий день в школе на удивление тихо. Переведенный на математическое следом за мной Сэй Нагано сегодня вроде как находится на больничном, потому в школе его нет.
Физкультурники после вчерашнего не появились даже в столовой, причём не только парни. На спортивном отделении учится ровно половина девчонок, вот и их на обеде было не видать. Странно.
С утра, как и планировал, заскочил к главному преподавателю, озвучить вариант, разработанный вчера с Рюсэем.
Вместо конструктива, поначалу попал на выяснение отношений.
Выяснили.
Честно говоря, в итоге ушёл от руководства школы с некоторым чувством вины. Кавасима деликатно не стал спрашивать, а я, в свою очередь, не стал муссировать тему: не говорить же было ему, что, вместе с деньгами малышни, я в воспитательных целях вытряхнул из ботаников и их собственные. Случайно.
Там говорили: если до человека не доходит словами, то через руки или через карман дойдёт намного быстрее.
Мелкие показали оранжерею, где находились их обидчики. Зашёл, поговорил. Ботаники, они же химики, почти сразу вытряхнули из карманов наличность.
Малышня в это время сгорала от любопытства и переживаний на этаж ниже, честно обозначив: с тобой идти боимся. Заступишься за нас — почёт тебе и хвала, и наше уважение. Но стоять с тобой рядом во время разборок опасаемся: а ну как навешают химики тебе, Асада? А нам, маленьким, это вообще погибель, если рядом случимся. Если даже ты — уважительный кивок — вдруг не справишься.
Логично, что сказать. В общем, когда пошёл отдавать их деньги уже им, на этаж ниже, пятиклассники удивились и честно высыпали в пустой пакет большую половину итоговой суммы: не их банкноты. Свои они честно забрали, но эти не имеют к ним никакого отношения.
Кто ещё мог быть пострадавшим кроме них за утро, они не знали — с другими отделениями именно их класс общался не особо.
Ну не догонять же было ботаников, возвращая часть: держите, я не нашёл, у кого вы это отобрали, потому возьмите обратно…
На всякий случай, точную сумму излишка записал в специальное приложение в смарте: если что-то выяснится насчёт хозяев, надо иметь ввиду. Хотя, понятно, что владелец не объявится с вероятностью в девяносто пять процентов.
Не горжусь случившимся, но событие просто совпало по времени с необходимостью платить за сестру и Мао в кабаке вечером. Так что…
Цубаса догнала меня за вторым поворотом, когда я топал из школы:
— Эй, стой! Ну ты и разогнался! — Поравнявшись вприпрыжку со мной, она с усилием выдыхает и, дёргая меня за руку, говорит. — Сбавляй шаг! Несёшься, как… в туфлях за тобой бежать неудобно. На! — она сбрасывает свой рюкзак и навьючивает его не меня. — Из-за этой демонстрации, пришлось два квартала всю ботву школьную самой тащить.
— К хорошему быстро привыкаешь, да. Буквально за пару раз, — покладисто вешая на себя и её вещи, намекаю на то, что до знакомства со мной она как-то таскала всё это самостоятельно. — Ты что-то выяснила?
— Не-а. То, что я думала, пока по нолям.
— Хочешь посмеяться? А мне целых два предложения пришло. Причём, достаточно непристойных. Сразу после того, как ты меня прилюдно в столовой отоварила.
Цубаса тут же загорается любопытством и тычет мне кулаком в бок:
— Колись!
— Ну да, щ-щас!‥ Ты же понимаешь, что это непорядочно.
— Я же не прошу сказать, кто! Аса-а-ада, ну скажи-и-и, а что вообще предложили?
— Одна девица позвала в гости в субботу. У неё собираются подруги: родители богатые, дом большой, у неё свой этаж. Звала на этот сабантуй. Девчонки все из её района, из нашей школы никого. Просит держать в тайне. Иконку лифчик прислала вместо «до свидания» — видимо, намёк…
В силу имеющихся с Цубасой договорённостей, принципиальных тайн на такие темы сейчас быть не может. Она настаивает, что это, помимо прочего, вопрос ещё и моей безопасности.
— А вторая? — Кимишима, не заморачиваясь особо правилами приличия, подхватывает меня под руку и шагает рядом.
Для чего ей приходится делать более длинные шаги, чем обычно. Выглядит потешно.
— Вторая предложила одну платную услугу, — стесняясь, всё же сознаюсь. — На первый взгляд, достаточно недорого. По моим личным меркам.
— Пф-ф-ф, я даже знаю, кто! — презрительно фыркает красноволосая.
И называет имя с фамилией, потом отделение и класс.
— Откуда знаешь? — оторопеваю в первый момент, рефлекторно проверяя наличие смартфона во внутреннем кармане собственного пиджака.
— Хы-хы… Не буду тебе затевать по кругу песни о наивном суслике. Это только ты можешь, учась в школе не первый год, не знать скорой помощи…
— Что за скорая помощь? Я сейчас опять торможу, да? — судя по её выражению лица, последний вопрос актуален.
— Да. Скорая помощь вам, мужикам. От гормонального передоза… Слушай, а что ты решил насчёт субботнего вечера?
— Странно. Я думал, ты в первую очередь спросишь по второму пункту, — я правда так думал. — Удивила.
— А чего тут думать? — пренебрежительно отмахивается она. — Во-первых, ты даже от моих услуг отказался. Бесплатных! — она веско поднимает палец, не отпуская моё предплечье, оттого прижимается ко мне слишком близко.
Ч-чёрт.
— При том, что я внешне, пожалуй, посимпатичнее буду…
— Это бесспорно, — тороплюсь вставить главное, чтоб не попасть во враги.
— Во-вторых, на тебя вчера эта баба, что с твоей сестрой, таращилась, как котяра на рыбу.
— Что, правда? — настроение резко падает.
— Оу, только не говори, что… — глаза Цубасы загораются нездоровым огнём заинтересованности. — Так, Асада. Мы люди свои, потому обойдёмся без предисловий.
Красноволосая без затей выдёргивает мой смарт из моего же кармана и активирует программу-индикатор:
— Можешь ничего не говорить. Только подумай в ответ: у тебя с этой бабой что-то было сегодня?
Долбаный виджет, или как там оно называется, загорается предательским красным цветом.
— Уа-а-аха-ха-ха-ха… — Цубаса засовывает мой смарт на место. — Я буду звать тебя сусликом, ы-ы-ы… Потому что так надо уметь! Нет, ну кому скажи… И ведь никому не расскажешь! — выдаёт она через секунду. — Бля, а
