связи непонятно было, как отнесутся к американским оговоркам другие члены Лиги. После выступления Грея большинство европейских политиков отказывались публично делать на сей счет какие-нибудь заявления, не желая оказывать влияние на ход дебатов в США. Принято считать, что для европейцев желательность участия Америки в Лиге Наций перевешивала возможные негативные последствия сенатских оговорок 162. Но говорить об этом с полной уверенностью, конечно же, нельзя. В самих Соединенных Штатах часть сенаторов опасалась, что принятие Устава без оговорок приведет к неизбежному перераспределению власти в пользу исполнительной. Компромисс между традиционалистами и интернационалистами в Америке был возможен, но для этого кто-то должен был уступить. Или традиционалистам надо было воспринять веление времени и допустить некоторую модификацию старых представлений, или интернационалистам следовало понять озабоченность своих оппонентов и принять их оговорки, с тем чтобы в дальнейшем они были устранены или сглажены уже в процессе деятельности Лиги Наций. Позиции интернационалистов, конечно, были серьезно ослаблены болезнью президента, плохо владевшего ситуацией. При таком раскладе сенаторы не были настроены идти на уступки и выдержали свою позицию до конца.
Надо помнить и то, что в ноябре 1920 года в Америке ожидались президентские выборы. Обе стороны понимали, что мирный договор и еще больше Устав Лиги Наций станут главными предвыборными темами. Вильсон, как ни странно, продолжал верить, что избиратели поддержат его подход к международным проблемам, а республиканцы рассчитывали, что стремительно терявший популярность недееспособный президент позволит их кандидату вернуться к власти после восьми лет пребывания демократов в Белом доме. Расчет республиканцев оказался верным. Их кандидат Уоррен Гардинг обошел демократа Джеймса Кокса более чем на семь миллионов голосов. Свои выборы проиграли и многие из поддерживавших Вильсона губернаторов, сенаторов и конгрессменов. Идея Лиги Наций в Америке была окончательно похоронена. После этого Соединенным Штатам оставалось сделать то, что Вильсон называл «немыслимой задачей» 163, — заключить свой, отдельный мирный договор с Германией. США сделали это в августе 1921 года, подписав сепаратный мирный договор. Из него были изъяты все статьи, касавшиеся Устава Лиги Наций, а в остальном текст договора мало отличался от Версальского.
Между тем 10 января 1920 года Лига Наций была официально объявлена созданной. Это случилось в тот день, когда вступил в силу Версальский мирный договор после ратификации его Германией (9 июля) и четырьмя главными союзниками — Великобританией (25 июля), Италией (7 октября), Францией (12 октября) и Японией (27 октября). 10 января итальянский и японский протоколы ратификации были переданы стране-депозитарию — Франции 164. Подписание протокола ратификации прошло в отдельной комнате, в скрытой от посторонних наблюдателей обстановке. После подписания Клемансо пришлось пожать руку германскому представителю. «Я плюнул на это место, чтобы отметить его», — признался французский премьер Ллойд Джорджу 165. Как и предусматривалось Уставом (статья 5, пункт 3), президент Вильсон в тот же день объявил о созыве первого заседания Совета Лиги. Это заседание состоялось спустя шесть дней, 16 января в Париже, в Часовом зале министерства иностранных дел Франции на Кэ д’Орсе (изначально великие державы договаривались, что первое заседание Совета пройдет осенью 1919 года в Белом доме). Открывал первое заседание Леон Буржуа. Он представлял в Совете Францию и председательствовал на этом историческом собрании. В качестве почетных гостей на нем присутствовали глава Форин Офис лорд Керзон, оказавшийся в те дни в Париже, и бывший глава Форин Офис Эдуард Грей, специально приехавший на открытие организации, для создания которой он так много сделал. Среди почетных гостей были министр иностранных дел Бельгии Поль Иманс и премьер-министр Греции Элефтериос Венизелос. Англию в Совете представлял Артур Бальфур, Италию (с мая) — бывший премьер-министр Томмазо Титтони, а Японию (с октября) — бывший министр иностранных дел Исии Кикудзиро. Остальные страны были представлены на уровне послов во Франции. На этом заседании случился один прецедент, оказавший большое влияние на дальнейшую работу Совета Лиги. Генеральный секретарь Лиги англичанин Эрик Драммонд до тех пор рассматривался всеми как технический руководитель новой организации. Поэтому он сам сел среди экспертов и секретарей. Но Буржуа пригласил Драммонда занять место среди членов Совета. Многие восприняли это с удивлением и решили, что так будет только на первом заседании. Однако Драммонд сумел быстро завоевать всеобщее доверие и в дальнейшем стал одной из ключевых фигур Лиги Наций, оказывавшей значительное влияние на работу ее Совета и Ассамблеи. На первом заседании в Париже звучали торжественные речи и добрые пожелания, но в целом мероприятие прошло гораздо скромнее, чем можно было ожидать. Отказ США ратифицировать Устав Лиги снизил интерес к ее официальному открытию. В газетах стали появляться статьи, что без Америки из идеи Лиги Наций может ничего не выйти. Все, конечно, надеялись на успех, но связывали его с непременным американским участием.
Первая сессия Ассамблеи Лига Наций состоялась в ноябре 1920 года в Женеве, куда Секретариат во главе с Драммондом перебрался после покупки отеля «Националь», ставшего штаб-квартирой Лиги. До этого времени Совет Лиги вел кочевой образ жизни, собираясь раз в месяц в различных городах. Четыре заседания состоялись в Париже, три — в Лондоне и по одному — в Риме, испанском Сан-Себастьяне и Брюсселе. За первые годы своего существования Лига Наций успела рассмотреть много второстепенных вопросов, связанных с нормализацией послевоенной жизни, главным образом, в Европе. Она взяла под свое управление жизнь в Данциге и Сааре, провела референдум в Верхней Силезии, решила шведско-финский конфликт вокруг Аландских островов и пыталась решить польско-литовский конфликт вокруг принадлежности Вильно. Совет Лиги рассматривал жалобу Ирана на советскую бомбардировку иранского побережья Каспийского моря и пытался отстоять независимость Армении от посягательств Турции и Советской России. Сложность решения многих из этих вопросов усугублялась тем, что их рассмотрение шло параллельно с формированием органов самой Лиги Наций и отсутствием на первых порах четкой системы финансирования. Пожалуй, лишь Аландский конфликт удалось закрыть полностью и эффективно. Швеция и Финляндия приняли решение Лиги Наций, по которому Аландские острова оставались в составе Финляндии, хотя их население составляли шведы. Быстро выяснилось, что в каких-то вопросах (Армения, Иран) Лига Наций не могла проводить эффективную политику, поскольку эти территории находились вне сферы контроля ее членов. В случае с Арменией вначале Совет, а затем и Ассамблея даже попросили не вошедшую в Лигу Наций Америку взять на себя защиту независимости этого нового государства 166. Президент Вильсон дал согласие, но Сенат, как и следовало ожидать, в июне 1920 года отклонил эту просьбу. Только 12 сенаторов-демократов поддержали Вильсона 167. Пока Лига Наций решала,
