я думала у меня жизнь не сахар… Я просто Бастард, который пол жизни притворялся Аристократкой и который недавно повстречал на своем пути неадекватного Хас…
Пока рассказывала рассматривала стены салатовые и потолок. Пригляделась повнимательнее.
Волчица тоже обратила внимание, куда и я.
— А я-то думаю, что он такой вежливый!!! — взорвалась я и от переизбытка чувств хлопнула по коленям, обтянутым черными штанами. — Здесь камеры натыканы!
Указала гневно на потолок, где засекла одну из видеокамер, встала на пол и оглядела помещение на предмет слежки. Девочки посмотрели по сторонам вслед за мной.
— Вон еще одна! — Маша пальцем ткнула в сторону стеклянной стены.
— Вот же… — бранную речь я проглотила. — Вот ведь наследник! Решил опять ошейник надеть и поводок прицепить. Просчитался!
Может конфигурация из среднего пальца показать на камеру, правда это слишком по-детски.
А дальше мы полчаса провели в дебатах по поводу шизофреника Хаски. Я не знаю, фиксируют камеры звук или нет, это не столь важно.
Этот «человек» — очень странный. Он не извинился за поведение, он не осознает, не понимает или не считает нужным извиниться за прошлые поступки. Понимаете… как бы.
Ну изнасиловал, ну взял, раз ты не давала. Хотел и взял. Это мое право. Я хотел — а ты должна была раздвинуть ноги. Ну продал тебя на развлечение, ну бывает. Прошло — забыли.
Да он издевается! Я понимаю, что от него не дождешься никогда извинений, его не исправить, но… Бастард подери… я в шоке.
Хаски больше не злится на тот факт, что я Вильмонт. А теперь что? Я даже подумать боюсь и его загадочная фраза про «моя Аристократка»? Он реально не понимает, что я его ненавижу и быстрее с Пуделем начну встречаться или с Трески назло ему, но только не с ним. С кем угодно, хоть с официантом, которому на голову поднос свалила.
Но Хаски для меня не существует, как мужчина. Он зверь.
* * *
Долго я обмывала мысленно ему косточки, пока не расслышали слабо слышный голос солиста группы ЖИЖИ сквозь стенки помещения. Тогда мы оживились, решили, что достаточно насиделись и пора поплясать.
Как только вышла в густую толпу извивающейся, как под ударами тока, молодежи, несмотря на темноту и лучи прожекторов, которые преследовали по пятам, лазеры глаз почувствовала сразу. Спина сама распрямилась, тело напряглось от исследовательского интереса.
Как он меня вычисляет среди сотни народа, ну ладно, кофта белая с оголенными плечами, ну кудрявая темная голова. Как меня можно вычислить с такой легкостью, я через одного человека не вижу, кто здесь в зале.
В меня кто-то врезался, приготовилась гаркнуть на слона и неловко остановилась, разглядев знакомые черты лица.
— Миша? — удивилась и попыталась повторно озвучить имя, потому что музыка орала громко на уши и с трудом понятны слова человека. — Это ты?
Ангельский не узнаваем, вместо привычного аккуратного стиля, на голове бедлам, в ухе сережка заметно мерцала и покачивалась, черная футболка с логотипом группы ЖИЖА и темные штаны с цепями. Это Миша? А где брюки и пиджак, или пальто строгое?
— Сто лет не виделись! — Ангельский присмотрелся ко мне и, распахнув руки, заключил в объятия. От силы обхвата в спине что-то хрустнуло.
— Почему сто лет? Месяц назад? — удивленно пробубнила в футболку мужскую. Ангельский рисковал сплющить мой нос об свою грудь!
Когда объятия исчезли, я смогла дышать спокойнее, правда ненадолго. Холодный порыв ветра небольшим лучом пролетел перед носом, всколыхнул мои волосы спереди, которые от дуновения в глаза налезли. Змея ветра продолжила путь по мне: ощутила на затылке прохладу, по спине, по лопаткам. Медленное колыхание воздуха больше смахивало на обыкновенные прикосновения пальцев или ладони руки.
— А точно… — Миша слезка перевозбужденный (может не трезв?), честно говоря не представляла его таким. — Я здесь по работе. Кстати, не хочешь поработать в Управленческом центре? Ты в Вышке учишься, специальность подойдет, как раз управленческие функции у вас в почете.
Что ответить, когда порыв ледяного ветра по пояснице пролетел, и очень я его остро ощутила на попе. Будто ладонь положил и готова поклясться еще и погладил нахально. Испытывала огромное желание рукой провести по бедрам и снять это ощущение, но боялась примут за душевнобольную. Девушка лапает себя за задницу!?
— Миш, я только на первом курсе, успею еще поработать, — ответила на предложение.
А на губах, когда сомкнула их, почувствовала ледяное прикосновение от второй видимо руки, потому что с ягодиц ощущение не пропадало.
Лед по губам, по подбородку, ниже-ниже, холодная волна прикоснулась к шее, к тому месту, где кадык у мужчин выпирал. Почувствовала давление на эту точку, словно предупреждение — не глупить, иначе моя шея в его руках.
С гулким шумом в голове от музыки стояла не шелохнувшись. Его ледяные прикосновения похожи на сталь, на острое лезвие ножа, также аккуратно он водил по частям тела, заставляя сердце боязливо сжиматься. Кожу не резал до крови, а только запугивал.
Внезапно — сильное давление на груди заставило задохнуться, и испуганно задержать воздух в легких, будто кистью руки надавил на ребра, не давая дышать. Чуть ослабил.
Всевышние силы, я проклята! Холод с груди и бедер не пропадал. Он меня держал, как на привязи, стиснув в объятиях. А Миша безотрывно поглядывал на живописный страх перед собой.
Спас от разъяснений голос солиста, раздавшегося на весь Рай. Молодежь заголосила во всё горло. Миша обернулся в сторону музыкальной установки и захлопал громко в ладоши, повезло, не пришлось отвечать.
Как раз вернулась Волчица, протиснувшись сквозь огромную толпу. А я слушала вступление музыкальной группы, но вот противно-холодные прикосновения не спешили покидать. Жутко любопытно, а он чувствовал прям мое тело, как настоящие прикосновения или нет? Или это у меня странное ощущение его присутствия рядом.
Пока Миша и Волчица отвернулись, я двумя ладонями провела с шеи вниз по груди и вновь вверх. Грудь от прикосновений подпрыгнула туда-сюда, а наглое чужое давление не пропало.
Скосила взгляд направо, неподалеку парень светловолосый наблюдал, может мой ровесник, за процессом, как я поддерживала грудь. Жесть! Быстро опустила руки по швам и обратила внимание на сцену с артистами, которые начали концерт.
Ничего песенки у ЖИЖЫ. Мне нравятся. Особенно, если вслушиваться.
«Очень жаль, что ты тогда мне поверить не смогла,
В то, что новый твой приятель не такой, как все.»
Ну это точно, откуда я знала в Белесье, что Хаски больной на голову и я, как наивный кузнечик, нырнула в сочок с
