рабочего дня, невыход на работу, порчу имущества – всё указывалось в монетах. Особняком стояло разглашение секретов производства. По всему выходило, что разгласившему коммерческую тайну проще было самому утопиться.
Однако, к моему удивлению, рабочие с пониманием и даже гордостью восприняли эту петицию. Мол, вот каким важным делом занимаемся! А я ещё долго отводила взгляд от приписки внизу документа, которая была сделана почерком уже не Берни, а самого деда: «Если надумаете проболтаться, то за ваши жизни никто молить не станет. Спаси Великий от ярости леди Полины»!
Новые ковры были готовы чётко по графику, после чего и отправлены покупателям. Дед не успокаивался, так что наша маленькая фабрика работала в две смены, стараясь полностью удовлетворить растущий спрос.
- Надо же! – равнодушно говорила Кейтлин – Вот уж никогда бы не подумала, что ваша дурацкая затея способна принести вам деньги! А то, что мой сын позволяет тебе работать, словно простолюдинке, вообще, выше моего понимания.
Якоб пропускал слова своей матери мимо ушей, да и меня они нисколько не задевали. Один только Даниэль говорил, что ничего зазорного в том не видит. И на том спасибо!
Послания от одного из солдат, которые отправились вместе с Ричардом, приходили крайне нерегулярно, но общую картину его жизни мы представляли. Вот и сейчас Якоб тихо шепнул мне, что Ричард с ребятами поселились где-то на Севере Энландии, в небольшом поместье, которое досталось одной леди по наследству. Там же они и работают охранниками. Мол, работа простая, непыльная, а самое главное – привычная.
Я кивнула: конечно, хорошо, что ребята нашли то, что им по душе. Только вот долго ли выдержит деятельная натура Ричарда размеренной и сытой жизни в маленьком поместье где-то на задворках страны? Я мысленно представила себе хозяйку поместья – маленькую милую старушку, размеренный деревенский быт и прочую пастораль, и немного позавидовала даже… да, пусть немного тоскливо и муторно, зато никто не голосит под ухом: «Усё! Усё пропало! Я тут только на минуточку и отвернулась, а тут такое! Нити в красильном чане вместо нежно-розовых стали багрово-красными! Видать, купорос был лишним!» или ещё хуже: «Сколько мыть эту шерсть можно? Я уж и так её мыл, и этак, а она всё равно грязная! Воду, что ли, менять нужно было? Женская это работа, вот что я вам скажу! Не деньги бы, так ни за что бы не пошел работать!».
***
Марк
Возвращение домой происходило спокойно и размеренно. Марк впервые за долгое время ровным счётом никуда не спешил, да и вообще, чувствовал себя на удивление прекрасно. И виной тому было ожидание того, как Якоб будет умолять его не выдавать этот маленький секрет. То есть, что его жёнушка – самая обыкновенная самозванка, воспользовавшаяся удачным для неё стечением обстоятельств. Конечно же, Марк не полагал, будто Якоб – святой причт, и поэтому безоговорочно поверит словам этой сомнительной девушки, но зерно сомнения будут занесены. А потом, когда настоящая Полина расскажет о кое-каких мелочах, которые она запомнила о родном доме до того, как её забрали дедушка с бабушкой, то эти зёрна могут дать вполне хорошие всходы.
Тогда-то этим противным людям, которые вот так, запросто, походя, унизили его семью, придётся попотеть, прежде чем он милостиво согласится на то, чтобы не сообщать деду Маркасу и лорду Маккармейг об этом досадном открытии.
Марк покосился на сидящую рядом «Полину» и усмехнулся краешком губ. Пожалуй, с папашей он немного перегнул – Ангайду Гиллану будет невыгодно видеть в этой девице свою дочь. Тем более что она у него удачно пристроена, и там всё хорошо. Да и потом… Вряд ли «Рыжий топор» Эйб Гиллан хорошо отнесётся к этой идее. Насколько Марк понимал, то у него были весьма невысокие шансы покинуть территорию Гор живым, вздумай он только заикнуться о том, что их Полина – «не та, что надо»!
А вот идея с шантажом Якоба и Ричарда по-прежнему казалась ему весьма перспективной. Во всяком случае, больше шансов на то, что Ричард согласится жениться на Эйлис и сообщить всем о своём счастье. Марк мысленно усмехнулся: конечно, он был человеком чести, и после того, как все его требования будут удовлетворены, он непременно избавится от его нынешней попутчицы, как от дырявого сапога. Или же скажет братьям Лейтонам о том, что те могут сделать это сами… что тоже недурно!
Его попутчица была хмура и неразговорчива, мало напоминая виденных ранее девушек. Возможно, что причиной для этого было ограничение в выпивке или же то, что Марк не реагировал на женские чары, столь щедро потраченные на его скромную персону. В любом случае, пока молодого человека всё устраивало.
- Леди! – откашлявшись, начал он – Вскорости мы прибудем в мой дом. Я поселю вас в старые покои моей покойной матушки. Там давно никто не появлялся, так что вы легко сможете оставаться незамеченной. Видите ли, я не был дома уже около полугода, а то и больше, и мне хотелось бы сначала подготовить наших соседей к тому, что они столь неосмотрительно впустили в свою жизнь опасную незнакомку. Ну, а после того, как вы займёте своё место в доме Гленарван, то ваша репутация не пострадает от столь близкого знакомства со мной.
«Леди» кивнула, но во взгляде её читалось сомнение – и к чему такой огород городить? Если можно сразу же по приезде отправиться к соседям и сказать им, кто есть кто. И потребовать, чтобы эту девку выгнали из дома. Однако решила держать своё мнение при себе. Что уже неплохо…
За окном кареты потянулись поля, луга и редкие леса Дейтона, заставляя Марка улыбаться шире и даже словно дышать глубже. Стоило узнать последние новости, поэтому они решили остановиться в ближайшей харчевне на тракте – перекусить, отдохнуть, ну и выяснить, есть ли заслуживающие внимания вести.
- Шерстью не торгуете? – ринулся к ним шустрый молодой человек, едва завидев тяжёлую дорожную карету, которая заезжала во двор харчевни.
Марк кинул презрительный взгляд на мужчину, и того словно ветром сдуло.
- Что это у вас, милейший, твориться? – недовольно проворчал Марк, когда его встречал хозяин у дверей – Откуда здесь скупщики шерсти?
- А как же без них – вздохнул крупный мужик за пятьдесят – я их уже внутрь не пускаю, так они снаружи суетятся, посетителей моих в смущение вводят. А всё лорды Гленарван, будь они неладны! Вот уж кто вовремя подсуетился,
