своих нравах, а потому, дабы предотвратить возможные недоразумения… — тут он многозначительно замолчал. Хм, удивительно длинная фраза для неразговорчивого папочки.
— Долго же оно до вас добиралось, — хмыкнула я, заставив отца вскинуться. Но прочитать мне мораль о наглости я не дала, выступив с неожиданной претензией, от которой уже готовая во всем поддержать папулю мачеха подавилась воздухом и резко затихла: — И почему-то добралась только половина. Мне напомнить, что ваша старшая дочь, которую вы, между прочим, удочерили и дали ей свою фамилию, тоже не замужем? Это несправедливо и, главное, плохо влияет на имидж семьи. Что скажут люди? Что у господина Яна нет денег на то, чтобы обеспечить старшей дочери приличного мужа?
Отец слегка покосился на мачеху, но все же сказал:
— Эрика, конечно, тоже часть нашей семьи. Но в отличие от тебя ее воспитанием я никогда не занимался лично. И кровь в ней тоже чужая, — на эти слова мачеха нахмурилась, но не произнесла ни слова против.
— Вам ли не знать, отец, что для сплетен неважны подробности. И тем более никого не интересует правда, — сладко напомнила я, без зазрения совести намекнув на тот скандал, который организовали перед дебютом Риты. — Люди скажут, что вы пожадничали.
— Не переживай за сестру. Ее тоже ждет скорая помолвка. Просто согласно традициям старшую дочь всегда выдают первой. Было бы неуважением к главной ветви, если бы ее помолвка прошла раньше твоей.
— Но она старше по возрасту, пусть всего на неполный год. И она тоже Ян. А еще бедная сестра осталась одна за границей. Я не уверена, что Эрика в там безопасности. Вдвоем мы справлялись и могли друг за другом присматривать. А теперь что?
Вот тут уже мачеха вытаращилась на меня из-за плеча отца такими круглыми глазами, что я заподозрила у нее в предках сову, а вовсе не толпу азиатов.
— Хм… — Как ни странно, отец задумался. — Хорошо. Эрику я верну домой. Но тем не менее твоя свадьба, как моей родной дочери, должна пройти раньше.
— Но она к этому моменту должна быть уже помолвлена с хорошим человеком, — уперлась я, глядя мимо отца прямо на мачеху. — И вы с уважаемой мамой должны проверить и одобрить кандидата. Иначе слухов и сплетен будет больше, чем в прошлый раз.
— Это приемлемо. Хм… — Отец посмотрел на меня так, словно в первый раз увидел. — Ты повзрослела. Твоя мать говорила мне, но я не придал этому значения.
— Я всегда верила в Риту, дорогой, — тут же подлизалась мачеха. — Просто она, как и все дети, пережила свой подростковый бунт.
Да-да, мамочка, давай, обрабатывай своего крокодила. Ты у нас не зря ночная кукушка. Я тоже не дура и не просто так затеяла этот разговор. Мне вовсе не нужно, чтобы ты коршуном кружила у меня над головой, пока я тут отбиваюсь от кандидатов в мужья. Силой тебя, понятное дело, не прогнать. Зато можно отвлечь.
Займешься собственной дочерью, обеспечишь ей лучшего мужа в этом поколении и перестанешь прыгать у меня на мозгах. Самому отцу этим заниматься просто некогда, он на тебя свалит.
Ну и вторая выгода во всем этом есть: мне ни в одно место не уперлось содержать сестрицу-шантажистку за границей. Когда она приедет, исчезнут последние следы сговора трех тихушниц, и дальше будет гораздо легче отбояриться от любых обвинений.
— Вы были сегодня в агентстве, — между тем продолжил беседу отец. — Уже посмотрели кандидатов?
— Да. Завтра встреча со старшим сыном семьи Чжу. Послезавтра — с племянником главы семьи Гао, а на выходных встреча с У.
— С У? С каким из сыновей У? — тут же отчего-то оживился отец.
— С младшим, У Вейшенгом, — почему-то нехотя ответила мачеха.
— Хм, действительно, старший у них уже обручен. Но все равно хорошая партия. Семья из высшего круга, и рождаются у них в основном сыновья, — кивнул папочка, уже глядя в свой планшет. — Рита, я надеюсь, ты будешь вести себя так, как положено в твоем возрасте и в твоем положении. Все трое по результатам знакомства будут приглашены на прием в честь твоего дня рождения через месяц.
И, больше не сказав ни слова, отец встал из-за стола. Его телефон уже минут пять вибрировал без звука, так что мужчина ответил на вызов и быстро удалился куда-то в сторону своего кабинета.
Мачеха еще какое-то время смотрела ему вслед, а затем резко повернулась ко мне:
— Что ты затеяла?! Не смей впутывать мою дочь!
— Мама, успокойтесь. — Я повела чуть затекшими плечами и откинулась на мягкую спинку дорогого венского стула. — Все просто. Я хочу, чтобы вы занялись своими делами и не мешали мне.
— Что ты имеешь в виду? — оторопела «ночная кукушка».
— Только то, что сказала. — Решив, что в нашей ситуации честность — лучшая политика, я шла по этому пути до конца. Чем немало шокировала собеседницу. — Вы же всегда говорили, что главное для девушки — удачно выйти замуж. Я с моим приданым точно не пропаду. А вот Эрика… хотя отец и дал ей нашу фамилию, вы сами видите его отношение. Он выклюет нам с вами мозг, но найдет мне мужа. А ради приемной дочери так стараться не будет. Почему бы вам самой об этом не позаботиться?
— А тебе с этого какая выгода?! — уловила главное собеседница.
— Прямая. Вы прекрасно знаете, что мы с вами не питаем друг к другу никаких теплых чувств. Чем меньше мы станем общаться, тем лучше. Плюс я понимаю, что вы не обольщаетесь моей покладистостью.
— Вот это точно! — сразу закивала мачеха. — Все время жду подвоха!
— Правильно делаете, — одобрила я и посмотрела в сторону отцовского кабинета. Усмехнулась. — Но я действительно изменилась. И понимаю, что нам с вами особенно нечего делить. Лучше сотрудничать. Так что считайте, я решила найти сестре приличного жениха в качестве аванса. И чтобы вас занять делом. А то всех разберут!
— Тогда, может, и У Вейшенга моей дочери уступишь? — оскалилась мачеха.
— Забирайте! — щедро махнула рукой я и спрятала ухмылку в бокале.
— Хорошая попытка подлизаться, — вдруг выдохнула женщина, успокаиваясь и даже слегка улыбаясь. — Но все это пустые слова. Ты и сама прекрасно понимаешь,
