вызов, это Остап. Сообщаю ему что произошло и отключаюсь. Сейчас у меня нет сил ни с кем говорить, мысленно я молюсь чтобы Максим пришёл в себя.
По щекам бегут горькие слëзы, успокаиваю себя тем, что он сильный и так просто его не сломить.
Глава 44
Вика
Пока скорая мчалась по городу в сторону больницы. А я отсчитывала минуты, мне казалось что едем мы недостаточно быстро. Сжимала своей ладонью прохладные пальцы Максима, пытаясь их хоть немного отогреть.
В сознание он пришёл практически сразу же как машина отъехала от места происшествия. Но врач ему запретил двигаться, поскольку пока неизвестно насколько у него серьёзные травмы. Максим лежит не шевелясь и его глаза закрыты. Он слишком бледный, а то что он периодически хмурится, означает что ему больно. И я никак не могу избавить его от боли, только быть рядом.
Когда мы приезжаем в больницу, Максима сразу же забирают на обследование в травматологическое отделение. Меня не пускают с ним, приходится ждать новостей в приёмном отделении на стуле у кабинета главврача.
Время тянется невероятно долго. Успела измерить шагами коридор несколько раз, изучить все плакаты и созвониться с Остапом. Пока я гадала звонить или нет отцу Максима, он уже это сделал. И сейчас находится вместе с ним в полицейском участке. Туда же приехала и мать Ани с адвокатом. Она очень хотела забрать свою дочь из участка, но добится своего женщине не удалось.
К тому моменту как ко мне выходит врач, успеваю перенервничать так сильно, что даже руки трясутся. Увидев его сразу же вскочила на ноги и в два шага оказалась рядом с ним.
— Уже есть какая-то информация? Какие травмы у Максима? — буквально накидываюсь на врача.
— Что могу сказать, — улыбаясь говорит он. — Ваш жених родился в рубашке. Отделался лёгким испугом: у него сотрясение мозга, перелом ноги и незначительные ушибы.
— Его можно забирать домой?
— Я бы предпочёл оставить его в больнице под наблюдением на пару дней. Чтобы точно исключить неприятные последствия падения.
Предпочла бы его сразу забрать домой и окружить заботой. Но спорить со специалистом глупо.
— Поняла. Можно его увидеть?
— Конечно. Пойдёмте, провожу вас в палату.
Был уже поздний вечер, по расписанию больницы, пациенты готовились ко сну. Было тихо, жутко пахло медикаментами и большую часть света уже выключили. Мы провели здесь весь день: я в ожидании новостей, Максим под бдительным присмотром врачей.
На посту нас встретила молоденькая медсестра, заполняла какие-то журналы и оторвавшись от своего занятия, мило улыбнулась нам. Мы прошли дальше, а она вновь вернулась к своему занятию.
— Прошу, — врач пригласил меня внутрь палаты и зайдя следом, сказал. — Время уже позднее и посещения уже все запрещены. Поэтому не подводите меня и долго не засиживайтесь.
— А на ночь нельзя остаться? — спросила у него.
— Увы, но нет. Сможете прийти завтра. Как закончите обратитесь к медсестре, она сориентирует вас.
За врачом закрылась дверь и мы остались в палате вдвоем. Подошла к кровати и осторожно опустилась на неё. Старалась быть максимально аккуратной, чтобы не сделать Максиму больно.
— Привет, — сказала первое что пришло в голову.
— Привет, — улыбнулся Максим.
— Как ты? Очень больно?
— Терпимо. Кто это был неизвестно?
— Почему же не известно, это была Аня. И сбить должны были меня, а ты в очередной раз спас меня.
— Опять она? Когда же она угомонится? Разве не лечение в рехабе уже закончилось?
— Не удивлюсь если она сбежала оттуда. Она же больная. Хорошо что её задержали и не отпустят.
— Отец в курсе?
— Конечно. Он с Остапом был в участке. Аню хотели отмазать, или хотя бы выпустить из участка, но этого сделать не удалось.
— Может быть теперь она успокоится. Тебе нужно домой, уже поздно.
— Я не хочу уезжать.
— Завтра приедешь. К тому тебе тоже нужно отдохнуть.
И как бы я не хотела остаться, но он прав, нужно ехать домой. Мне было так грустно, что всю дорогу в такси я плакала. Тихо и практически беззвучно, вытирая слезы рукавом. Скорее всего вся тушь ещё днём размазалась по лицу и теперь я похожа на домовенка.
Решила забежать в магазин. Купила курицу чтобы сварить суп Максиму. Дома переоделась и сразу же отправилась варить суп. Закончив готовить, набрала Остапа, но он сбросил. Значит ещё занят. Когда освободится, наберёт.
Ночь без Максима была беспокойной. Спала плохо, всё время вздрагивала от любого шороха, мне даже приснился кошмар в главной роли с Аней. Вскочила с кровати раньше будильника и пошла варить кофе.
Порог больницы переступила едва началось время посещений. Сегодня Максим выглядел лучше. Увидел меня и начал улыбаться.
— Доброе утро, — поздоровалась и принялась выкладывать на тумбочку контейнеры с едой, фрукты и снежок.
— Кукусик, ты же знаешь что я уже послезавтра вернусь домой?
— И?
— Куда столько еды? Думаешь меня здесь не кормят?
— Я наслышана о больничной еде. Так что не ворчи.
— Лучше поцелуй меня.
Отложила шопер и в считанные секунды оказалась рядом с ним. Хотела наклониться, но Максим поймал меня в кольцо своих рук и крепко обнял.
— Осторожнее, тебе нужно себя беречь.
Все время что Максим был в больнице, я находилась рядом с ним, уходя лишь на ночь и то с боем. А ещё ждала когда же он наконец-то вернётся домой. И тот факт что в больнице он всего на два дня не сильно меня обнадеживал. Я так сильно прикипела к нему что уже не могла представить как это быть без Максима. Пока он находился в больнице к нам приходит следователь чтобы записать наши показания по поводу произошедшего. Максим написал заявление на Аню. А ещё приходила Магдалена. Женщина очень слёзно просила отозвать заявление и простить её дочь. Уже приготовилась ответить женщине, но Макс сам справился. После того как ничего не добившись она ушла, Максим сказал, что давно пора оградить общество от Петровой и её неадекватных выходок.
К его возвращению я готовилась тщательно. Приготовила праздничный ужин, позвала друзей, купила ему какую-то крутую ортопедическую подушку. Забирать Максима из больницы поехал его отец, а я осталась готовить сюрприз.
Праздник, посвящённый, Максиму прошёл на отлично. Он никак не ожидал что столько людей придёт его навестить. А я взяла на себя заботу о нём.
Максиму был предписан полный покой на несколько недель. И его дико это раздражало, всё хотелось вскочить с постели и куда-то бежать, что-то делать. А я как строгая мамаша всегда загоняла его назад.
