за свои труды Видова? Отсюда второй вопрос: а что, если Ройсман прав, и правильные чертежи «Граней» находятся у этой Василисы?
Что делать – звонить ей или сначала заехать в АртСтрой, поговорить с глазу на глаз с Циленко? Евгений Павлович опытный архитектор и цепкий руководитель, будь девочка бесталанна, ей никогда не светила бы работа в его компании. Он не идиот, чтобы прикрывать плагиаторшу и воровку…
«Или она и его вокруг пальца обвела? Мог ли Евгений так проколоться? Сомнительно, однако от ошибок никто не застрахован. Значит, сначала поговорю с Циленко».
Приняв решение, Николай влился в поток и порулил к зданию АртСтройПроекта.
Рабочий день уже начался, поэтому он не переживал, что не застанет владельца на месте.
Так и вышло.
- Здравствуйте, - поприветствовала его секретарь Циленко, безошибочно распознав важного посетителя.
Или она просто знала Латынина в лицо? Что совсем не удивительно – Николай был заметной фигурой в строительном сегменте Москвы, а Евгений идиотов не держал.
- Простите, вам придётся подождать, Евгений Павлович сейчас на планёрке, - прожурчала секретарь. – Могу я предложить вам что-нибудь выпить?
- Чёрный кофе без сахара.
Он почти допил, когда дверь кабинета распахнулась, выпуская группу из шести мужчин.
Последним вышел Циленко и сразу заметил посетителя.
- Николай Алексеевич? Ко мне?
- Нет, забежал перехватить чашечку кофе, - отшутился Латынин. – Уж больно твоя секретарша хорошо его готовит!
И тут же принял серьёзный вид:
- Есть конфиденциальный разговор. Уделишь мне несколько минут?
- Заходи, - Циленко кивнул Латынину и перевёл взгляд на девушку. – Ульяна, полчаса меня ни для кого нет.
И через минуту, уже за закрытыми дверьми кабинета:
- Присаживайся, где нравится, я весь внимание.
- Скажи, у тебя работает некто Уварова Василиса? – Николай не стал ходить вокруг да около.
- Да, - коротко ответил хозяин. – Хочешь заказать ей проект?
- А потянет?
- Потянет. Откуда про неё узнал?
- От Замятина. Он так расписал своё приобретение, что я решил узнать побольше – чем чёрт не шутит, вдруг на самом деле талант? Сам знаешь, типовые коробки нынче никому не нужны, а для индивидуального подхода требуются нетрививиальное мышление, художественный вкус и прочные знания. С этим всегда проблема, приходится искать самородки, перелопачивая сотни тонн пустой породы.
- Василиса уникум, - спокойно ответил Циленко, - тут ты не ошибаешься. Но я не уверен, что прямо сейчас она потянет ещё один проект. Сам понимаешь, какой спрос на такого архитектора. Может, позже? Как раз разберёшься со своим приобретением. К слову, поздравляю и желаю новому комплексу ни обвала, ни перекоса, крепкого фундамента и высокой крыши!
Латынин поморщился:
- Лучше пожелай, чтобы планы совпадали с реальностью!
- И это тоже, - кивнул ему Циленко. – Выкладывай истинную причину, я же вижу, что тебе есть, что сказать.
Николай фыркнул, удивляясь про себя, как быстро архитектор его раскусил. И решил – а действительно, к чему ходить кругами?
- У меня серьёзная проблема с «Гранями будущего». Вернее, с их авторами.
Евгений Павлович слушал, не перебивая.
- Я до сих пор не получил нормальную документацию. То, что господин Видов передал мне, никуда не годится, соответственно, я не могу начать строительство. И что самое печальное, этот «автор», - последнее слово он произнёс с оттенком презрения или сарказма, - похоже, ни черта не знает. Я привёз его к себе и потребовал исправить чертежи и расчёты, тот два дня бился и ничего. Видел когда-нибудь такое, чтобы автор заблудился в собственном проекте?
- Сочувствую, - коротко отреагировал Циленко.
- Когда я понял, что толку не будет, то решил потрясти Ройсмана. Он тесть Видова, если ты не в курсе, а его дочка указана соавтором «Граней». В общем, прижал этого халтурщика, и он выдал мне потрясающую историю. Якобы некто Василиса Уварова украла все наработки Видова, а взамен подсунула негодные черновики.
- И ты поверил в это? – поинтересовался архитектор.
- Пф! – фыркнул строитель. – Шито белыми нитками: по собственным черновикам любой автор может восстановить свою работу. Этот не смог, хотя очень старался.
- Я больше скажу, - Циленко откинулся на спинку кресла и улыбнулся, - настоящий автор восстановит и без черновиков! Я понял, почему ты ко мне приехал, и готов помочь. Но есть один нюанс – в данный момент Василисы нет в Москве. Как срочно она тебе нужна?
- Вчера! – выпалил Латынин.
- Могу устроить видеозвонок.
- Нет, только личная встреча!
- В этом случае придётся кое-куда слетать. Готов оставить столицу на день-другой?
- Я-то готов, но ты уверен, что Уварова тебя не обманула? Ройсман обвинил девушку в краже интеллектуальной собственности, - напомнил Николай.
- Василиса ничего ни у кого не крала! – возмутился Евгений Павлович. – Всё наоборот – это Видов в течение нескольких лет приписывал себе её труд!
- Серьёзное обвинение, - заметил Латынин, начиная понимать, что, во-первых, он обратился по адресу.
И, во-вторых, дело намного сложнее, чем он предполагал.
«Ладно, Видов, никому не известный молодой специалист, мог пойти на подлог ради создания имени. Но академику-то зачем портить себе карму и репутацию? Или… Вениамин Исаакович всю жизнь выезжал на чужом горбу? Чёрт… С другой стороны, это пока одни слова, я должен сам увидеть, как работает эта Уварова», - про себя.
И вслух:
- Лететь в пределах страны?
- Да.
- Тогда предлагаю такой вариант – едем вместе. Надеюсь, ради восстановления справедливости, ты пожертвуешь одним днём? Представишь меня девушке потенциальным заказчиком, а дальше я уже сам. Но говорю сразу – если она попытается всучить готовые чертежи по «Граням», это только подтвердит версию Ройсмана. Я хочу, чтобы Уварова при мне исправила черновики. Хотя бы начала, чтобы я видел – она понимает, что делает. Говори прямо – согласен на такое? Уверен, что твоя сотрудница сможет подтвердить своё авторство?
- Уверен, - твёрдо ответил Циленко. – И готов. Сейчас же напрягу секретаршу с билетами…
- Зачем? - отмахнулся Латынин. – Полетим на частном, только скажи город назначения, чтобы я озадачил помощника.
- Сочи, - выдал Евгений.
- Отлично! – кивнул Николай, поднимаясь на ноги. – Я боялся услышать Владивосток, а Сочи… Думаю, не позже, чем через два-три часа мы будем уже в воздухе, а к ночи все трое вернёмся обратно.
- Пятеро, - поправил его архитектор. – Возможно, шестеро. Но частный борт тем и
