Читаем без скачивания Тайная служба (СИ) - Полевой Алексей

– На чём мы остановились? – просил Эрик герцогиню.

– На приглашении испить вечером кофе, – сказала Анабель, – мне прислали с Имперских островов тамошний чудный сорт.

– В котором часу? – поинтересовался советник, предчувствуя, что международные отношения сильно углубляются.

– Пожалуй, как стемнеет в шесть, – сказала герцогиня.

Они мило беседовали до окончания занудливой охоты, лису так и не поймали, хотя по местным обычаям в неё можно было ещё и стрелять, принц остался недовольным, пропылённая и потная кавалькада охотников поспешила назад. Остальные использовали время для переговоров и бесед, доставив себе удовольствие конной прогулкой, для королевы и императора подали мобили, с ближайшей свитой они вернулись в город, чтобы отдохнуть.

Наутро была назначена свадьба, плавно перерастающая в коронацию, Сергей шутил, что неспроста Эрик дремлет в карете и герцогиня что-то зевает в букетик, но ответа ему не было. Процессия из карет и мобилей собралась на Парк-стрит и медленно, сопровождаемая криками десятков тысяч подданных двинулась в Кафедральный Собор Девы Марии, ехали вдоль парка, деревья и ограда были облеплены восторженно орущими людьми, все махали флагами и очень радовались. Принц махал руками, улыбался, княжна тоже не отставала, королева и император, следующие за ними тоже помахали толпе, вызвав новый взрыв приветственных криков. Их сопровождали конные гвардейцы в блестящих кирасах, с громадными плюмажами на шлемах и несколько пехотных частей в парадной форме, включая роту имперских гвардейцев. На ступенях собора молодожёны дали вдоволь нащёлкать себя фотографическими аппаратами и отснять синематографами, так же поступили королева и император, остальных приглашённых монархов сняли общим планом, чтобы не жариться на солнцепёке, внутри собора было, как и положено прохладно, допущенные гости расселись на скамейках в ожидании действа.

Эрик устроился подальше от суеты в уголке, в то время как герцогиня была в подружках невесты, ей пришлось нести вместе с фрейлинами княжны восьмиметровый шлейф, спереди шла девочка, разбрасывающая из корзинки розовые лепестки под рулады хора. Нескладной в своём парадном мундире аусской гвардии, принц довольно смущённо глядел на собравшихся. Архиепископ Ист-Кангалунский, вместе со священником провели церемонию, после короткой и бодрой проповеди епископа Порт-Джэксона, в брачном обете пара дала обещание «любить, утешать, уважать и беречь» друг друга, после чего принц надел Анастасии кольцо из аусского золота, а она из имперского. Букет поймала герцогиня Уитчёрч и тут же прочла довольно занудный стих, затягивая церемонию, архиепископ уже откровенно топтался на месте, ожидая начала коронации, расставляя королевские регалии на алтаре.

Наконец герцогиня присела на скамью, мгновенно были поставлены два трона, целая камарилья герольдов, лорд-канцлеров и прочих сановников подвели княжну и принца к тронам, затем архиепископ многократно спросил присутствующих, признают ли они новых монархов, на что ему отвечали «Боже храни короля и королеву!». Затем, едва усевшись в трон, коронуемым пришлось снова идти к алтарю и положив руку на Писание принести клятву, затем опять вернуться на трон, но не успели они усесться, как началась служба, все должны были встать на колени, затем с принца сняли фуражку, а с княжны диадему, накинув балахон, закрыли их от взглядов золотым балдахином и архиепископ их помазал. Затем снова на колени, балахон сняли, надели золотые королевские одежды с поясами, затем подали шпоры и меч, едва они их коснулись, королевские регалии отправили на алтарь. На руки им надели браслеты-армиллы, повязали через плечо королевскую паллу – эдакий плед с вышивкой, подали державу и после касания отнесли её на алтарь, потом надели королевские кольца, подали скипетры, жезлы и возложили корону. Зал, увидев короны, до этого скрытые только ахнул, затем ахнул ещё раз, потому как все, кто имел на это право, так же возложили на себя короны: новая королевская корона и легендарный императорский венец сверкали рядом в лучах солнца волшебно, трубили трубы и стреляли пушки снаружи.

Затем началась почти часовая зануднейшая процедура присяги, сначала епископ, а затем все допущенные прикасались к коронам и целовали монархов в левую руку, один немощный лорд, споткнувшись даже упал, но упорно вскарабкался наверх и всё же присягнул. Эрик, пользуясь служебным положением, забрался на колокольню и отсиживался в тени, расстегнув мундир, пропотевший насквозь, услышав очередную пальбу, советник спустился вниз для участия в завершающей стадии коронации. Монархи вновь подошли к алтарю и, сняв короны, опять преклонили колена, возложив на алтарь хлеб и вино для причастия, алтарное облачение и слиток золота, они приняли Святое Причастие, на головы вновь надели короны, вручили скипетр и жезл, усадили на трон. Затем прошли в часовню Святого Эдуарда, сняли короны, «государственные мантии» и надели «пурпурные мантии», вновь надели короны и со скипетром в правой руке и с державой в левой, под звуки государственного гимна, они вышла из часовни. Церемония коронации была завершена, что вызвало во многих вздох облегчения, все устали вскакивать и усаживаться, церемония была путанной, затянутой и только обер-церемониймейстер, поправлявший всех, знал последовательность действий.

Затем при всех регалиях под крики «Боже храни короля и королеву!» немного задержавшись на ступенях собора, королевская чета в карете под неумолкающий гул всё пребывающей толпы отправилась во дворец, остальные гости тоже направились следом, было уже почти шесть часов вечера, через два часа был назначен ужин. Следы перестрелки уже скрыли, вставили стёкла, дыры от пуль абордажного револьвера замаскировали гирляндами, в полночь с балкона наблюдали совершенно фееричный по красоте фейерверк. Невзирая на то, что Эрику удалось пропустить большую часть формальностей, он валился с ног, что говорить о прочих монархах, вынужденных часами просиживать в неудобных парадных мундирах, все спали не просто как убитые, а как убитые с особой жестокостью.

На следующий день был намечен концерт, по новой традиции проводимый на открытом воздухе, кассы стадиона «Телстра» штурмовали уже третий день, занимая очередь и ночуя в ней. С молчаливого одобрения королевы были согласованы масштабные действия, не всегда вызывающие понимание как работников сцены, так главнокомандующего Ауссии. Там упирались выполнять требования Сергея по огненным фонтанам, проекторам и усилителям, а военные пытались запретить полёты имперских розьеров над городом. В итоге, король Хэмиш I, весьма надо сказать осмелевший, рявкнул, что если королева Анастэйша I выступает на концерте и хочет имперские розьеры над стадионом, так пусть сделают как она хочет. Анастасия приобняла мужа и восхищённо на него посмотрела, отчего тот прямо-таки растёкся как тёплый воск, ему самому не терпелось увидеть легендарную группу, чьи песни звучали из каждого утюга и почувствовать, как по его приказам бегают сломя голову, а не выполняют распоряжения его матери.

Эрику пришлось снова выбираться на сцену, на чём уже настаивали все, требовалось серьёзно готовиться, Сергей подкинул совершенно фантастические мелодии, но записать их не мог, нотная грамота империи ему не давалась, матерясь на форму некого «скрипичного ключа» он помучался, но вскоре ему помогли и всё записали в лучшем виде. Ещё оказалось, Сергей заказал у тутошнего мастера электровиолончель, тот возмутился, как можно сделать виолончель «из палки и двух железяк», но за сотню дукатов смастерил в лучшем виде, она выдавала совершенно дикие звуки, но диапазон звучания расширился до неприличия, публике должно было нравиться. Анастасия открывала концерт классической арией, затем имела ещё пару выходов, Сергей затевал вовсе что-то немыслимое, его банда находилась в радостном предвкушении, что вызывало тревогу – публику могло разорвать от восторга, а это уже международный скандал.

Что сказать о том концерте – такого зрелища аборигены не видали ни до, ни после, все были в ударе, публика завывала от восторга, даже император и королева стоя аплодировали. Простые зрители бесновались и визжали от радости с каждым огненным фонтаном и всполохом на сцене, розьеры в небе подсвечивали действо прожекторами, проводили сложные перестроения и сбрасывали конфетти. Сергей изменил все традиции, на ходу закладывая совершенно новые, зрители распевали за ним полюбившиеся влёт припевы, как писали газеты: «легко меняя стили и тональность композиций, этот музыкальный демон околдовал всех и никто не стремился расколдовываться». Стоит ли говорить, что концерт требовали повторить раз, потом ещё раз и в итоге пришлось играть всю неделю, Эрик впрочем, больше не участвовал, потребовалась его помощь в другом.