Лишь двоих не обрадовало это событие. Люси. Дорогая моя Люси, она всегда вела себя так, будто я только что вышла из школы и за мной нужно присматривать. Она появилась в моей комнате, как только уехал Стирлинг, и села на кровать.
— Минта, — спросила она, — , ты абсолютно уверена?
— Как никогда прежде. Это просто чудесно, я и не знала, что он любит меня.
— Почему бы нет, — возразила она — Ты красивая, молодая, и я всегда верила, что ты удачно выйдешь замуж.
— Тогда почему ты выглядишь такой обеспокоенной?
— Я немного волнуюсь!
— Из-за чего?
— Не знаю. У меня какое-то предчувствие.
— О, Люси, все просто счастливы. И даже если бы я не была в него так влюблена, это подходящий брак в любом случае, не так ли? С ним мы перестанем тревожиться о деньгах. Ты же сама беспокоишься, что дом постепенно разрушается.
— Да. Я люблю дом, его необходимо срочно ремонтировать, но не выходить же из-за этого замуж.
— Ты просто старая хлопотливая наседка, Люси!
— С тех пор, как я вышла замуж за твоего отца, я считаю тебя своей дочерью. Хотя я и раньше очень любила тебя, Минта. Мне кажется, что тебе следует подождать с замужеством… Не торопи события.
— Чего ты опасаешься? Чем тебе не нравится Стирлинг?
— С ним все в порядке, но это случилось так быстро. Я даже не подозревала, что он влюблен в тебя.
— Я и сама не подозревала, — и захихикала, как глупенькая школьница. — Но он совсем не такой, как другие, и ведет себя совершенно иначе. Он вообще прячет свои чувства.
— В том-то вся и загвоздка. Он слишком скрытен. Он ничем не показал, что влюблен в тебя.
— А почему же тогда он хочет жениться на мне? У меня ведь нет приданого.
— Его очень интересует дом. Может быть, ему нужна поддержка, которую семья, вроде нашей, в состоянии оказать ему. Кто он, собственно, такой? Этот вульгарный Новый год с демонстрацией его богатства! Ясно, что он абсолютно невоспитан.
— Люси, какое ты имеешь право говорить подобные вещи?!
— Прости! — Она сразу пришла в себя. — Я очень волнуюсь. Прости меня, Минта!
— Дорогая моя Люси. Это я должна просить прощения. Я понимаю, что ты волнуешься из-за меня. Но мне кажется, что волноваться не о чем. Я очень счастлива!
— И все же не слишком спеши. Прошу тебя!
— Я не буду слишком спешить, — обещала я. Но я знала, что Стирлинг хочет как можно скорее жениться, а отныне все будет так, как он пожелает.
Теперь о Лиззи. Какой она стала надоедливой и беспокойной с тех пор, как умерла мама. Лиззи подождала, пока я легла в кровать, и пришла ко мне. Вплыла, будет правильнее сказать. Она высоко держала свечу и была похожа на привидение, особенно в своей длинной фланелевой ночной рубашке.
— Что ты бродишь в такой час по дому, Лиззи? Ты подожжешь себе рубашку, если не будешь осторожна!
— Я должна поговорить с тобой, мисс Минта!
— Так поздно? Я устала, да и тебе следует идти спать.
Она не обратила никакого внимания на мои слова и села на кровать.
— Значит, ты собираешься выйти за него замуж?
— Я собираюсь выйти замуж за мистера Стирлинга Херрика, если ты его имеешь в виду!
— Правильно, это он. Он очень похож на него. Ты сразу его узнаешь.
— Пожалуйста, не говори о моем будущем муже неуважительно, Лиззи.
— Как все это странно… И забавно… Его отец хотел жениться на твоей матери, а теперь он здесь и собирается жениться на тебе.
— О чем ты говоришь, Лиззи?
— Именно его отец был здесь много лет назад.
— Его отец? Это, должно быть, муж миссис Херрик?
— Все так перепуталось, — заметила Лиззи. — Твоя мать с ума сходила по нему, и… она не была единственной.
— Иди спать, Лиззи, ты заговариваешься!
— Вовсе нет. Все, что я говорю, истинная правда. Как будто он вернулся. Правда, я всегда знала, что он вернется!
В голове моей начало проясняться. Я спросила:
— Лиззи, ты имеешь в виду, что учитель мамы был…
— Правильно, мистер Чарльз Херрик. Ты можешь увидеть его подпись на рисунках, которые до сих пор хранятся в студии. Он приехал сюда, чтобы учить твою мать рисованию, а затем покинул нас… Он был выслан в Австралию за кражу, и твоя мать больше никогда не видела его. Говорят, что он тоже умер, но явился этот другой, и ты собираешься выйти за него замуж. Словно рок какой-то…
— Не понимаю. Мне кажется, ты ошибаешься.
— Я не ошибаюсь. Есть люди, которые не могут спокойно лежать в земле, и он один из них.
— Ты выдумываешь то, чего нет.
— Я только на это и надеюсь, мисс Минта. Я же, надеюсь на это. Но почему он вдруг явился сюда? Он околдовал тебя, как его отец — твою мать — и оде кого-то.
— Я спрошу у мистера Херрика об этом, когда он придет к нам.
— Да, да, спроси его об этом и внимательно выслушай ответ.
— Лиззи, я хочу спать.
— Понимаю, но я тебя предупредила; больше я не в силах ничего сделать.
Взяла свечу и ушла.
Я была так взволнована, что не могла уснуть. Отец Стерлинга — учитель моей матери? — Непонятно, как Норин шарф перелетел через нашу стену. Что все это значит? Хотя какая разница? Главное, что Стирлинг сделал мне предложение. Все остальное меня не волновало.
Стирлинг настаивал на том, чтобы не откладывать свадьбу. Он хотел стать моим мужем как можно скорее.
Я рассказала ему 6 том, что узнала от Лиззи.
— Это правда, — подтвердил он. — Мой отец был учителем рисования в Уайтледиз, его ложно обвинили в краже и сослали в Австралию! Там дела его пошли на редкость удачно. Очень несправедливо было так обвинять человека. Когда я приехал в Англию за Норой, я, естественно, захотел увидеть дом, где работал отец. Шарф Норы перелетел через стену, и мы зашли, чтобы вернуть его.
Все его объяснения казались такими ясными и логичными, кроме, пожалуй, одного — нечему он прежде ни словом не обмолвился о том, что его отец имел какое-то отношение к нашему дому.
— Мне очень жаль, что так случилось, — сказала я.
— Мой отец не нуждается ни в чьем сожалении.
— Ты так любишь его, Стерлинг. Так почитаешь , и восхищаешься им! Те же чувства испытывает и Нора.
— Если бы ты знала его, ты бы все поняла.
— Бедная Нора! Как она, наверное, страдала, когда он умер!
Он ничего не ответил и отвернулся от меня. Я испугалась, что допустила какую-то бестактность. Он не любил говорить о Hope, возможно, потому, что волновался о ее будущем. Поэтому я сказала, что мы все будем очень рады, если она когда-нибудь пожелает жить в Уайтледиз.
— Ведь она тебе как сестра, хоть на самом деле и мачеха. Она такая привлекательная женщина. Я всегда тушуюсь в ее присутствии. Мне бы очень хотелось походить на нее.
Стирлинг снова промолчал. Он просто уставился в стену, как будто меня не было рядом. «Вспоминает отца», — подумала я. Мне нравилось, что он способен на такие глубокие переживания.
