Мир вокруг нас покрыт тьмой и туманом, и мы можем видеть только то, что прямо перед нами. Единственный звук — это дыхание наших персонажей. Мы словно погружаемся в это пространство, забывая о том, что находимся здесь, в реальном мире, а приглушенные звуки из спортзала теряются на фоне. Мое дыхание смешивается с туманом Авалона, словно я — Цезарио, который идет рядом с Герцогом Орсино, принявшим на себя лидерство.
Вместо того чтобы говорить вслух, я печатаю в чате: нам нужно найти экскалибур. это должно быть последней реликвией, которая вернёт артура.
Он отвечает, не отрываясь от экрана: как?
Я задерживаю дыхание, вспоминая, что знаю о легенде: Полагаю у нас это есть…
Но прежде чем я успеваю закончить печатать, экран темнеет. Становится пугающе черным.
Я моргаю и нажимаю на клавиатуру.
— У тебя…?
— Да, — он делает то же самое. — Может, что-то со школьной сетью или…?
Экран вспыхивает, ослепляя на мгновение, и я замечаю, как свет отражается на нахмуренном лице Джека.
В этот момент перед нами открывается весь остров Авалон, словно кто-то включил огромный прожектор. Туман, который прежде скрывал этот вид, рассеялся, и теперь мы можем увидеть остров, окруженный долиной из горных вершин. Лес, горы и величественный дворец предстают перед нами, древние и непоколебимые, как сама смерть.
В пределах видимости — но не в пределах досягаемости — располагается морской залив, плавно перетекающий в небольшое озеро, и я сразу понимаю, что в его глубине скрыто нечто важное.
Экскалибур.
Но между нами и реликвией стоит рыцарь. Не просто рыцарь и не другой игрок, а NPC — персонаж, созданный игрой. Он с головы до ног одет в черную броню, а из-под забрала сверкают яркие красные глаза.
На экране высвечивается сообщение:
ЧЕРНЫЙ РЫЦАРЬ ВЫЗЫВАЕТ ВАС НА ДУЭЛЬ.
— О, — говорю я вслух, собирая все воедино. — Думаю, чтобы добраться до озера, нам нужно…
— Убить Черного рыцаря, — Джек дергает плечом.
— Ладно, что ж…
Прежде чем я успеваю выработать стратегию, начинается настоящая война: вспышки магии, множество чародеек, каждая из которых стоит за спиной Черного рыцаря. Я почти не успеваю что-то сказать, потому что передо мной разворачивается одна из самых эпичных боевых сцен в игре. Зачеркните, это самая эпичная сцена.
Одна из чародеек приближается ко мне, и, судя по появлению множества мифических существ, здесь также есть призывающие их маги. Я достаю Лук Тристана и стараюсь стрелять сверху, удерживая высоту, пока Герцог — Джек — идёт по долине, тушит огонь и сражается с Черным Рыцарем один на один.
— Подожди, Джек…
Он меня игнорирует. Не то чтобы он был плох в бою, но это явно не обычная битва. Я побеждаю чародейку, сбиваю летяшего дракона, а затем меняю лук на обычный меч. Замечаю, что Джек использует красный меч Галахада, для работы которого требуется больше очков жизни, чем для обычного. Но это того стоит, если он сможет нанести смертельный удар.
Я пытаюсь подобраться ближе, чтобы ударить по Черному Рыцарю откуда-нибудь сзади. Было бы разумно использовать приём, как тот, что Джек применил против меня ранее, но это рискованно.
— Как насчет небольшой помощи? — бормочет Джек, которого так сильно бьют в грудь, что он меняет цвет с оранжево-желтого на пульсирующий тревожно-красный.
— Прости, — я целюсь в Черного Рыцаря и атакую.
— Ты все время это говоришь, — ворчит Джек.
Но моя атака почти ничего не дает.
— Я действительно это имею в виду.
— В отличие от первого раза? Или второго?
Ещё одна атака. У Черного Рыцаря почти нет слабых мест, так что это неудивительно.
— Мне жаль за всё это.
— Но сожаление мало что значит для меня, не так ли?
Возмущенная, я отпускаю цель и выбираю Святой Грааль. Посмотрим, есть ли у него целительная сила… Ох, пожалуйста. Да! Джек с моей помощью возвращается к жёлтому уровню здоровья как раз вовремя, чтобы нанести критический удар по Черному Рыцарю, который, крутясь вслепую, едва меня не задевает.
— Если бы я могла что-то c этим сделать… — раздражённо замечаю я.
— Что, например? Отменила бы? — Черный Рыцарь целится в Герцога, но тот уворачивается, что ставит меня в невыгодное положение, из которого я вынуждена выкручиваться.
— Да. — Подождите, он спросил, отменю ли я это? — Нет… нет, не это…
— Нет? Тебя устраивает то, что ты сделала?
— Что? Нет, я… — Я обрушиваю на Черного рыцаря один из своих лучших навыков, который успешно… оставляет на нем лишь вмятину. Великолепно. — Конечно нет. Я бы хотела, чтобы всё было по-другому, но каким образом?
— Ну, для начала, ты могла не лгать мне, — грубо отвечает он.
— Нет, я… — Я получаю удар, который снижает мой уровень здоровья до бледно-жёлтого. — Я никогда не собиралась лгать тебе, Джек, у меня никогда не было цели обмануть тебя…
— Но ты это сделала.
— Я знаю, знаю. — Я сглатываю, пытаясь одновременно сражаться и выживать в бою. — Я зашла слишком далеко, и в какой-то момент просто не могла признаться. Я не смогла, потому что была…
Я останавливаюсь.
— Потому что что? — резко спрашивает он.
— Счастлива, — слетает с моих губ странным, отрывистым звуком. Вдруг глаза обжигает, и на секунду я теряю концентрацию на том, куда целюсь. Я обхожу Черного Рыцаря сзади и атакую, пока Джек ведет бой спереди.
— Это что, оправдание? — Нет, это объяснение. Я не думала, что ты… — проглатываю комок в горле, — я не думала…
— Ты не думала, что я влюблюсь в тебя?
Меня разрывает на части от того, что я это слышу. Настолько прямолинейно.
— Или, — продолжает он, — ты не думала, что сама влюбишься?
— Кто сказал, что я влюбилась? — в панике парирую я.
— Понятно. — Голос Джека снова становится холодным. Ну, честно, что вообще со мной не так?
Черный рыцарь сбивает меня с ног. Мне приходится отступить и восстановить здоровье.
— Это не то, что я имела в виду. Джек, я…
— Что? — теперь в его голосе нет ни капли тепла или интереса. Совершенная пустота.
Но он должен это услышать, даже если ему это больше не нужно. Даже если это больше не имеет значения.
— Конечно, я влюбилась в тебя, я… — я выгляжу жалко. — Честно, мне жаль…
— Ну вот, опять, — бормочет он.
— Я не могу с собой ничего поделать! — рычу я. — Я просто просто хотела стать кем-то другим, кем-то еще и…
— Я хотел именно тебя. Настоящую тебя, а не маску. Я думал, ты это понимала.
Использование прошедшего времени причиняет мне боль.
— Конечно, сейчас я это понимаю, но тогда…
Джек наносит еще один критический удар. Кажется, моя помощь ему уже не требуется. Если она вообще когда-либо требовалась.
— Ты был моим другом, — тихо произношу я. — Ты помогал, когда никто больше не мог, и если бы я была лучше…
— Перестань говорить, что ты плохой человек, Виола, — обрывает он меня раздражённо.
— Но ведь это правда, я…
— Ты не плохой человек. Ты просто до странности сложная.
— Ладно…
— И ты боишься, Ви. Ты так всего боишься.
Я хочу возразить.
Я должна возразить.
— Знаю, — выдыхаю я. — Я в ужасе. Это тяжело.
— Я бы сделал это проще для тебя, — голос Джека звучит напряжённо, но уже не так сердито. — Я бы хотя бы попытался.
«Ты пытался», — думаю я.
— Я не хотела причинить тебе боль.
— Да? Ну, мне больно. Я чувствую себя расстроенным, униженным и…
— Я знаю…
— Нет, ты не знаешь. — Джек наносит ещё один сильный удар по Черному Рыцарю, и я осознаю: он может победить. Он может выиграть, и очень скоро. Я думаю, что через несколько минут его больше не будет в моей жизни.
— С тобой я был собой больше, чем когда-либо и с кем-либо, — говорит он отстранённо. — И мне бы хотелось, чтобы ты испытала то же самое. Ненавижу, что я чувствовал то, чего не чувствовала ты.
— Но я чувствовала, — мои глаза опухли, горло сдавлено. — Я чувствую, Джек…
