куда больше денег, чем это сообщалось правительству.
По сути, он создал практически коррупционную схему по изъятию средств оттуда, где в них не имелось острой необходимости и перераспределению туда, где они были нужны, как воздух. И никто ничего не замечал.
Будь на его месте кто-то другой и Изабелла непременно бы задумалась: а не попадают ли все эти деньги в отдельно взятый карман? Глупо отрицать, что, обладая подобной схемой по получению средств в своих руках, тяжело не задуматься о «небольшой» личной выгоде .
Но только не Дэвид Остерленд. Даже сама мысль о том, что этот человек мог использовать эти средства для личного обогащения вызывала у неё лишь пропитанный сарказмом смешок.
Решар могла не соглашаться со своим покойным предшественником. Могла считать, что он зарвался, ставя работу РУФ приоритетней, нежели мнение правительства. Но никогда бы не подумала о том, что этот человек сделает что-то из личных желаний, не в угоду государству. И Решар не могла не уважать его за профессионализм.
К сожалению, нерушимых и идеальных систем не существует.
Сидящий перед ней человек доказывал это одним своим существованием.
В конце-концов именно он поспособствовал тому, чтобы эта информация утекла в Протекторат.
Изабелла до сих пор считала это ошибочным действием. Даже опасным. Но, когда Альмарк интересовался её мнением. Она ругалась с ним. Возражала. Почти угрожала. Как будто и правда могла заставить его поменять своё решение. Он просто действовал и всё, подчиняясь одному ему известному плану. Никого не спрашивая. Лишь ставя в известность.
Как и было всегда.
Но сейчас важно не это.
— Как это произошло?
— Проболтался один из твоих драгоценных сенаторов, — пояснил Альмарк. — Из комитета по делам разведки.
Изабелла скривилась, но ничего не сказала, мысленно анализируя информацию.
Почему-то именно сейчас в голове всплыл один из её разговоров с Блауманом. Ещё до того, как он и Эйхарт побывали в этом особняке.
— Кто именно?
— Один из помощников Хэйзела Дэвиса. У него огромная страсть к азартным играм и легко доступным женщинам, которую он тщательно старается скрывать. К сожалению, зарплата не позволяет ему в должной мере утолить свои страсти, так что один твой знакомый из посольства Федерации помогает ему оплачивать свои грехи за предоставление довольно щекотливой информации от слишком говорливого сенатора.
— Безмозглые идиоты... — едва слышно прошипела она.
Изабелла ведь предупреждала их о том, насколько важно сохранять открытую для них информацию в тайне. И даже десятки подписанных документов о неразглашении вместе с многостраничными пояснениями того, какая кара ожидает их за нарушение этих бумаг не остановила одного идиота от того, чтобы не растрепать этот материал.
С другой стороны, теперь ей доподлинно известно, кто именно работает на её коллег из Федерации. Что же. Эту проблему они решат. Решит жёстко и показательно. Так, чтобы больше ни одна дрянь не подумала трепать языком.
Вопрос в другом. Что делать с «Регентом»?
Ответ был прост, как и всё гениальное.
— Его нужно срочно вытаскивать, — решительно произнесла женщина, доставая служебный комм из внутреннего кармана кителя. — Если это так, то...
— Успокойся, — прервал её Альмарк. — Сядь.
Изабелла даже не шевельнулась.
Заметив это секундное колебание, Альмарк повторил своё требование, но уже куда более жёстким тоном.
— Сядь, Изабелла. Это была не просьба.
Он указал на кресло перед собой.
Потратив несколько секунд в нерешительности и разрываясь между желанием, всё же послать сидящего перед ней человека куда подальше и срочно сообщить о случившемся в штаб-квартиру РУФ, Изабелла тем не менее опустилась в кресло.
Слишком уж хорошо она знала, что этому человеку не стоило перечить.
— Можешь особо не дергаться, — спокойным голосом порекомендовал ей Альмарк. — Знаю, что сейчас ты, скорее всего, хочешь броситься обратно в управление.
— Нельзя терять время...
— В данный момент они уже проверяют отделы адмиралтейства. Это только вопрос времени, когда они его найдут. И тот факт, что ты сейчас бросишься обратно этого не изменит.
— Тогда тем более мне нет смысла тут сидеть! — не выдержав вспылила женщина.
— Успокойся, — вновь повторил Альмарк. — Даже чтобы просто передать ему сообщение, у тебя уйдёт по меньшей мере стандартный месяц. Я молчу о том, что сейчас ваше правительство точно не сможет отправить туда команду для эвакуации или же задействовать тех ваших людей, что ещё остались на Новой Саксонии.
Изабелла в расстройстве прикусила губу.
— Тогда...
— Я отправлю Нойнера. Распоряжусь, чтобы рейнский филиал подготовил одно из его тел. Он вытащит «Регента» и переправит его сюда. Через несколько дней он будет уже на Новой Саксонии и займётся решением этой проблемы.
— Почему?
Ещё никогда этот человек, вот так вот просто, не пытался кому-то помочь.
— Всё очень просто, Изабелла. Потому что это соответствует интересам фонда. А ещё...
Мужчина под маской улыбнулся.
— Разве я не могу помочь своему сотруднику?
***
Сульфар
Это небольшое поместье располагалось на побережье Ригведского моря. В ста двадцати километрах от новой Сульфарской столицы и принадлежало Ашииту Дэй Агре.
Отсюда до Синангара можно было добраться всего за полчаса полёта на флайере. Если, конечно, никуда не спешить. В противном случае, если позволяла машина, можно было справиться и ещё быстрее.
Просторный трехэтажный дом с большим участком, где раскинулся заботливо выращенный сад. Несколько отдельных строений для прислуги. Крупный, частично скрытый под землёй гараж, предназначенный для транспортных средств.
На первый взгляд не самое надёжное место для встречи заговорщиков, планировавших переворот. Любой их них будет убит на месте даже если просто попадётся в руки солдат Рустала.
Любой... Кроме одного. В интересах Ашиита было сделать так, чтобы эта встреча осталась в тайне от всего остального мира. От этого зависела безопасность его собственной семьи и близких. А, значит, он предпринял всё возможное для того, чтобы обезопасить своих «соратников».
Четверо мужчин сидели за круглым столом в одной из комнат на третьем этаже.
Ашиит, Пандар и Кишан смотрели на Шехара, как на того, кто собрал их всех здесь. Словно ожидали, что он скажет первое слово.
Действительно, странная кампания, подумал он, глядя на мужчин. Раньше он никогда бы не подумал о том, что окажется с ними за одним столом.
Но и у судьбы бывают свои забавные выверты.
— Восемь дней, — произнёс он. — На то, чтобы
