движение правой рукой. Кольцо из блестящей стали, опоясывающее шею капитана Хикса, подпрыгнуло еще сильнее. Он рассекал кожу и плоть, вены и артерии, а затем, наконец, сухожилия и позвонки.
Хикс был полностью обезглавлен. Голова его свалилась с плеч, и из обрубка шеи хлынул яркий фонтан крови. Он резко наклонился вперед и исчез из поля зрения Тома за углом крыши. Убийца снова щелкнул запястьем, и металлическая змея снова свернулась в тугой клубок в его правой руке.
Том поднял ружье и прицелился в него. Он нажал на курок, но оружие дало осечку. Убийца рассмеялся, глядя на него сверху вниз, и в этот момент Том узнал его черты и сардонический тон смеха. Этот человек был точной копией его брата Гая Кортни, или, скорее, таким же, каким был Гай, когда он в последний раз видел его более двадцати лет назад.
Еще раз щелкнув запястьем, убийца выпустил серебряную стальную змею на Тома. Она жужжала в воздухе, разворачиваясь к нему. Но затем она резко остановилась на полном ходу, всего в футе от лица Тома. Том отскочил назад с испуганным криком.
Когда он снова посмотрел на крышу, убийца и его адская стальная удавка исчезли. Но Том знал, что никогда его не забудет.
Из ворот дворца донесся хор криков. Из-за угла выскочила группа охранников с оранжевыми поясами. С болью раскаяния и смехом убийцы, звенящим в его ушах, Том побежал.
С вершины внешней стены дворца Фрэнсис и сипаи подтолкнули его вперед. Они наклонились и помогли ему перелезть через стену, когда залп мушкетных пуль ударил в кирпичную кладку под ними.
А потом все было кончено, но далеко-далеко от безопасного места.
Заставив себя выбросить из головы мысли о судьбе Хикса, Том быстро пересчитал людей. Френсис, хубладар, пятеро сипаев и молодой агент компании, уставившийся в землю и теребивший пуговицы на своем сюртуке. Между ними стояли четыре мушкета.
- ‘Сколько там пороха и дроби?’
- Несколько драгоценных шаров. Одна фляжка с порохом." В отличие от британских армий, индийские войска еще не приняли на вооружение шаровой патрон, который сочетал в себе мушкетную пулю и правильное количество пороха в бумажной обертке.
За дальней стеной Том слышал звуки собирающейся армии Рани. Ворота начали открываться. Он схватил молодого человека за плечи.
- Посмотри на меня.- Он встряхнул его. - Посмотри на меня. Как тебя зовут?’
- К ... Киффен, сэр’-пробормотал он.
- Ты можешь бежать?’
Киффен кивнул.
- Тогда возвращайся на фабрику как можно быстрее. Скажи им ... - Том заколебался, вспомнив, какую силу они оставили после себя, когда уходили с фабрики, - горстку стариков, женщин и мальчиков. Как он мог надеяться защитить Форт вместе с ними?
Но какова же была альтернатива? У них была только одна маленькая лодка, и в сезон муссонов было бы глупо доверить ее морю. С другой стороны, стены крепости были высокими и толстыми. Даже с пушками «Центавра» люди Рани не могли бы собрать много боеприпасов. Защитники могли надеяться продержаться еще какое-то время, при условии удачи и хорошей тактики. Возможно, достаточно долго, чтобы подкрепление добралось до них из Мадраса.
Киффен все еще ждал приказаний. Том почувствовал всю тяжесть ответственности за свое решение, за те жизни, которые зависели от выбора, сделанного им сейчас, в пылу этой минуты.
- Скажи им, чтобы готовились к осаде. Мы задержим людей Рани так долго, как только сможем.’
Киффен бежал так, словно у него горели ноги. Остальные последовали за ним до самых деревьев. Том разделил их на три пары, каждая из которых была снабжена ружьем, а одно оставил себе.
- Стреляйте по очереди’ - приказал он им. - Одна пара стреляет, вторая перезаряжается, а третья отступает. И цельтесь в офицеров, как только сможете. Их недостаточная подготовка и дисциплина - наша лучшая надежда сейчас.’
Впоследствии все, что Том помнил об отступлении, - это ужас. Не для себя, а для Сары и Агнес, для понимания того, что случится с ними, если он потерпит неудачу. Путешествие представляло собой непрерывное размытое пятно бега, поворота, стрельбы, перезарядки и снова бега; всегда слишком медленно, всегда осознавая, что их запасы боеприпасов истощаются, в то время как авангард Рани безжалостно преследовал их.
Том выстрелил и побежал назад. Он полез в карман за следующей мушкетной пулей, но он был пуст. Он нашел Фрэнсиса, который сидел на корточках за деревом и ждал, когда его напарник перезарядит ружье.
- ‘У тебя есть еще мушкетные пули?’
- Две, - с усмешкой ответил Фрэнсис. - ‘Я могу дать тебе одну. Если ты пообещаешь не промахнуться.’
- Ваше великодушие просто ошеломляет. - Том попытался улыбнуться ему в ответ, но улыбка не удержалась на его лице.
Они прошли не больше двух-трех миль. Теперь, когда дневной свет угасал, а дорога превратилась в болото, они не могли надеяться оторваться от погони. У Рани была кавалерия. Если она их отпустит, все закончится еще до наступления темноты.
- ‘Мы должны дать мистеру Киффену больше времени.’
Взрыв разорвал воздух, такой громкий, что с деревьев над ними посыпался дождь водяных капель. Том оглянулся назад, опасаясь, что охранники Рани подняли свои большие пушки. Но он не мог разглядеть никакой погони. Раздался еще один оглушительный грохот.
- Гром! - Том и Фрэнсис радовались вместе.
Толстая дождевая капля ужалила его в тыльную сторону ладони. Потом еще одна, и еще. Вскоре начался настоящий ливень, дождь лил с такой силой, что прорвался сквозь полог леса и промочил людей под ним. Он падал так яростно, что они едва могли дышать, и их зрение было ограничено десятком ярдов.
- ‘Они не могут сражаться здесь, и мы тоже, - ликовал Том. - Порох превращен в клей, и мокрый кремень не будет искриться.- Он отбросил бесполезное оружие в сторону, собрал своих людей и побежал вместе с ними, скользя по грязи, обратно к форту.
Но люди Рани еще не совсем прекратили погоню. Всякий раз, когда Том останавливался, чтобы проверить свой тыл, он мог различить их смутные очертания сквозь дождь.
Они добрались до моста, который пересекли утром, у колодца и святилища бога обезьян. С тех пор как они в последний раз видели реку, она поднялась на
