class="p1">Дюран отпустил её, и Агата пошатнулась назад, обнаружив на правой руке над окаймлённым мехом раструбом перчатки браслет.
– Я пришёл бы за тобой раньше, голуба, – говорил Дюран, – но понадобилось время, чтобы найти для твоей силы подходящую тюрьму. – Он обшарил её взглядом с ног до головы, словно оценивал одновременно тело и содержащуюся в нём мощь. – Должен сказать, я одобряю те изменения, которые ты произвела над собой.
Агги подсунула палец под серебряный наручник, и оказалось, что металл мягкий и пульсирует. Эта штука была живая. Отвращение и страх перехватили ей горло, и она повернула браслет в поисках застёжки. Но обод был гладким, без каких-либо следов замка. Агата сильно дёрнула его, это не помогло, тогда она сорвала перчатку и обхватила браслет голыми пальцами. Колдунья старалась направить магию на разрушение' безобразного существа, но сияние не пошевелилось. Оно застыло где-то в глубине, там, где она не могла до него дотянуться.
Старик захихикал.
– Не трать силы понапрасну, голуба. Я отвалил кругленькую сумму глупой старой ведьме за оковы, способные сдержать твои порывы. А это... – он поднял левую руку и показал такой же браслет, – позволит мне самому распоряжаться твоими талантами.
Агата невольно перевела взгляд на дверь, за которой пряталась под личиной старой торговки её мать. Не мама ли создала уродца, обхватившего её запястье? Неужели она прячется в своей берлоге даже сейчас, когда это отвратительное существо поймало её в ловушку?
– Да нет, эта сумасшедшая ни при чём, – сказал Дюран, проследив за взглядом девушки. – Она даже разговаривать со мной отказалась, когда я объяснил, что мне нужно.
Облегчение смешалось с сомнениями. Откуда этот опасный человек знает, что торговка вязаными изделиями владеет магией? Агату пронзила обида. Мама была здесь, в двух шагах, и решила не показываться единственной дочери.
– Помогите мне! – крикнула Агата. – Бо, пожалуйста, помогите!
Ответа не было. Почему она не выходила?
– Так-так. Нам пора идти, милая. – Дюран похромал вперёд, сверкая глазами от ликования и предвкушения. – В соседнем городишке нас ждёт священник. Ты станешь моей уже сегодня.
Агата попятилась и приготовилась бежать. Хромому графу Дюрану ни за что её не догнать. Но старик подскочил к ней на удивление быстро и снова схватил её за руку. Агата открыла рот, чтобы закричать что есть мочи.
Слишком поздно. Не успела она набрать воздух в лёгкие, как Дюран поднял руку, и его браслет замерцал. Агата почувствовала, как сияние провернулось внутри её, поднялось, как мутная вода, к горлу, и вылилось изо рта. Она захлебнулась, в глазах потемнело. Магия отключила её сознание. Перед глазами закружились звёздочки, потом перед ней обрушилась чернота, и больше девушка уже ничего не видела.
Глава 26
Гастон
ГАСТОН РЕЗКО ПРОСНУЛСЯ. Он плавал в поту, сердце громыхало. Во сие он бежал, торопясь спасти проклятого отцовского коня от падения со скалы. Со стоном юноша прикрыл глаза от солнца, проникавшего в комнату через щель в шторах. Судя по углу падения лучей, он проспал до середины дня. Необычно для него.
Гастон сел в кровати, откинул одеяло и вдруг обнаружил, что его ноги длиннее, чем были вчера вечером.
Комната закружилась. Юноша закрыл глаза и вспомнил эпизод из сна: ангел в голубом платье со светлыми кудрями, разметавшимися по плечам, парит над ним и целует в лоб. «С днём рождения, Ваша Галантность. Наша сделка завершена».
– Агата.
Он улыбнулся, открыл глаза и осмотрел свою раздавшуюся в плечах фигуру и удлинившиеся ноги. Агата не только совершила новое превращение, но и сделала изменения постоянными. Скорее бы она стала его женой.
Гастон выскочил из постели и вытянулся в полный рост перед зеркалом, радуясь прибавившейся силе в мышцах, упёр руки в бёдра, поднял подбородок. Теперь он определённо крупнее, чем Жорж. Он встал боком к зеркалу и поиграл сильными бицепсами, посылая своему отражению ослепительную улыбку. Даже братья Плантье позавидуют его стати. Да и физиономиями они тоже не вышли, а Гастон теперь неотразимый красавец.
Настойчивый стук в дверь оторвал юношу от увлечённого самолюбования.
– Одну минуту, – крикнул он, набросил халат и открыл.
– Гастон! – задыхаясь, сказала Гвен. У неё было розовое, как у поросёнка, лицо. – Агата...
Она нагнулась, чтобы отдышаться, и в ушах у Гастона застучал пульс.
– Что с Агатой, Гвен? – с трудом выдавил он.
Сестра выпрямилась, от паники глаза у неё нездорово блестели.
– Она пропала.
* * *
Наклонившись вперёд, Гастон пустил коня галопом по направлению к городу. Выслушав Гвен, он сразу помчался к отцовскому арсеналу, потом кинулся в стойло и оседлал Максимуса, красивого арабского скакуна, – самую быструю лошадь во всей конюшне. Охотничий лук стучал о заряженный пистолет, висевший у него на поясе. С седла свисали колчан со стрелами, мешочек с пулями и такое количество пороха, которым можно было взорвать целое здание.
Ему не сразу удалось вытянуть из Гвен подробности, но и когда она обо всём рассказала, он всё равно узнал не много. Последний раз Агату видел стеклодув в компании пожилого господина. Она, казалось, была в полуобморочном состоянии, и торговец поинтересовался её самочувствием. Её спутник объяснил, что девушка приболела, а он её отец.
Гастон стиснул зубы. Агги упоминала о жестоком отце, который относился к ней как к демону, а её способность к магии считал проклятием. Она сбежала в чём была, когда он задумал выдать её замуж. Что же теперь замыслил старый прохвост? Может, хочет сдать её властям за колдовство? Заставить использовать магию в его интересах?
Гастон ругал себя: почему он не расспросил Агату подробнее, откуда она? Знай он название её родной деревни, оттуда и начал бы поиски. Теперь выходило, что юноша не имел представления, в какую сторону они двинулись, когда покинули Тольмар. Отец мог отвезти Агату куда угодно. К тому же прошло уже несколько часов после того, как их видели в городе.
Объятый жгучим страхом, Гастон со всей силы хлестнул Максимуса, и конь ринулся вперёд, чуть не выкинув седока из седла. Юноша крепко держал поводья и низко наклонялся, почти прижимаясь головой к шее животного. Никто не имеет права отнимать у Гастона его чародейку. Он обещал Агате, что готов ради обладания ею на любые подвиги, и он не лгал.
Он найдёт похитителя и заставит его заплатить за дерзость.
Гастон примчался на городскую площадь и спрыгнул со спины Максимуса
