самом деле она внучка швейцарского графа де Сали-Солио. Теперь, если это не очень сильно нарушит твои планы, очень прошу, приведи Агату из Нарциссовой комнаты, где она сейчас живёт.
Не сказав ни слова, Обер поклонился и, развернувшись на каблуках, вышел из столовой.
Довольный тем, что удалось сохранить равновесие между властностью и харизматичностью, Гастон уже собирался снова сесть, как вдруг заметил конверт, соскользнувший со стопки писем. Не уверенный, что правильно прочитал имя адресата, юноша подошёл и медленно взял письмо в руки.
На лицевой стороне печатными буквами значилось имя Агаты. Отправитель, видимо, торопился, поскольку строчка располагалась криво и не по центру. От дурного предчувствия у Гастона по коже побежали мурашки.
Он повертел письмо в руке – обратного адреса не было. Никто не знал, что Агата живёт здесь. Так от кого же это послание? Гастон опасливо посмотрел в сторону двери. Как жених девушки он имеет право знать, не угрожает ли ей опасность.
Юноша разорвал конверт и прочитал две короткие строки:
Отмени помолвку до завтрашнего утра, или к полудню все узнают, кто ты на самом деле и что ты занимаешься колдовством.
Гастон смял письмо в кулаке и решительно вышел из комнаты. Тот, кто всё это время пытался опорочить его, пошёл ва-банк. Если Агата разорвёт помолвку, он потеряет не только новообретённое уважение родителей, но и магическую помощь чародейки. Не бывать этому!
Но хуже того, по всей видимости, шантажист знает, что благородная родословная Агги – подделка, и, если ложь Гастона будет разоблачена, родители уж точно лишат его наследства. Не говоря уже о том, что в случае обвинения в колдовстве жизни Агаты грозит прямая опасность.
Гастон взлетел по лестнице, переступая сразу через две ступени. Добежав до двери Агаты, он распахнул её, даже не постучав. Невеста радостно бросилась к нему. Она буквально светилась в сиреневом дневном платье с сердцеобразным вырезом и поясом, подчёркивающим талию. Но улыбка тут же увяла, как только она увидела лицо жениха.
– Что случилось?
Гастон молча протянул ей письмо с угрозами.
Прочитав его, девушка ахнула и спросила:
– Откуда это?
Из-под пальцев, державших край бумаги, сыпались искры.
– Принесли утром вместе с почтой. – Гастон вырвал у неё послание и, помахав им, затушил огонь. – Нам это может понадобиться в качестве доказательства.
– Доказательства чего? Что кто-то хочет моей смерти? – всхлипнула Агата.
Гастон высунулся в коридор и убедился, что они одни. Потом осторожно отодвинул девушку и, войдя в комнату, быстро закрыл за собой дверь и запер её на ключ.
– Ты сумеешь с помощью магии отследить, кто послал письмо? – спросил он, подходя к камину.
– Думаю, да. – Агата немного подумала. – Можно попробовать.
Она уселась на изящную кушетку и уставилась на огонь.
– Однажды в детстве я потеряла любимую куклу. Искала повсюду, но не могла её найти, и тогда мама научила меня заговору на поиск потерянных вещей. Полагаю, тут почти то же самое.
Гастон вернул ей письмо.
– Как это действует?
– Чтобы найти куклу, мне пришлось представить её и выстроить в мозгу к ней дорогу. Если я смогу сделать так же с письмом...
– Так сделай, – сказал Гастон, сжимая и разжимая кулаки. Кто посмел угрожать ему? Неужели нахал думает, что избежит последствий? Что это сойдёт ему с рук?
Он повернулся к Агате и увидел, что она смотрит на него, выгнув светлую бровь.
– Гастон, я не могу сосредоточиться, когда ты так и пышешь гневом. Если не можешь сдерживаться, тебе придётся выйти.
Юноша направился к двери, но остановился, сделал глубокий вдох и развернулся. Он хотел без промедления узнать имя проклятого мерзавца, который пытается сломать ему жизнь.
– Продолжай, пожалуйста. – Он махнул невесте рукой и подтащил к камину кресло с жёсткой спинкой.
Агата кивнула, схватила письмо двумя руками и закрыла глаза. Через мгновение от листка поднялись кобальтовые и серебряные языки пламени, и лицо Агаты осветилось небесным светом.
Гастон неотрывно смотрел на неё, чувствуя, как прыгает в груди сердце. Это красивое, могущественное создание скоро будет принадлежать ему... и поднимет его на новые высоты. Он никому не позволит помешать им связать жизни воедино.
Агата резко распахнула глаза, бледно-серебристые, почти белые.
– Я вижу, как тень выводит буквы на листе бумаги.
Она помолчала. В трансе глаза у неё двигались так, словно она видела образы внутренним взором. Гастон откинулся в кресле, схватившись за подлокотники. Зрелище было жутковатое, если не сказать больше.
– Это женщина, – бесцветным голосом произнесла Агата.
Гастон поразился. Женщина? Он перебрал в мозгу все возможности. В голову приходила мадам Бургунди, но он не мог представить, чтобы старая Алебарда прибегала к таким утончённым интригам. Может, Гвен? Или теге? Мать он отбросил сразу же – она пришла в восторг, услышав о помолвке, как только сын показал ей родословную невесты. Чего не скажешь о Гвен... Но он сомневался, чтобы сестра желала нанести вред женщине, так разительно улучшившей её внешность. Гастон даже слышал, будто Апсель готов сделать предложение, но Гвен не может выйти замуж, пока старший брат холост.
Агата ахнула и упала на спину, письмо полетело на пол.
Гастон подскочил к ней.
– Агги! – Он погладил её по щекам, и она раскрыла глаза. – Что такое? Что ты видела?
Лицо у девушки исказилось от муки, и она прошептала:
– Я видела... я видела Ленору.
Глава 25
Агата
– ТЫ ПРАВДА ДУМАЕШЬ, что получится? – спросил Гастон. – Не нужно ли использовать какие-то волшебные средства, чтобы вывести её на чистую воду?
Агата села на край бархатной тахты в гостиной, сцепив руки на коленях. Ей понадобилось несколько часов, чтобы примириться с увиденным и решить, что предпринять. Всё ещё не верилось, что Ленора, её единственная подруга в доме, предала её. Девушка, конечно, пару раз ловила задумчивый взгляд Леноры и даже подозревала, что подруга замечает изменения в её внешности. Но если бывшая аристократка и знала о способностях Агаты, она тем не менее несколько раз помогала ей избежать неприятностей. Почему же теперь она решила разоблачить её?
Открылась дверь, и Ленора сунула в комнату голову.
Агата написала ей простую записку:
Можно всё уладить. Встретимся в большой гостиной в половине четвёртого.
– Агата? – спросила Ленора, входя в комнату и закрывая за собой двойные двери. Она направилась к диванам. – Что случилось?
