едва заметное напряжение между мной и Грэйром, которого не было ещё час назад.
— Ну что, друзья, разработаем план нашей вылазки? — деловито спросил он.
Следующие два часа мы провели в обсуждениях. Это было похоже на военный совет. Сначала мы с Грэйром нарисовали каждый свою карту увиденного, немного поспорили, обсуждая расхождение в деталях. Хорошо, что их было не так много. После нашего романтического завтрака склоняться вместе с Грэйром над столом, касаться его локтя и бедра было нелёгким испытанием. Мне хотелось отстраниться, и в то же время чтобы он обнял меня и не отпускал, чтобы я забыла все свои страхи.
После того, как совместными усилиями истина была установлена, и Кэрмас принялся серьёзно изучать карту, пришлось долго отвечать на его бесконечные вопросы. Я уже начала было думать, что более въедливо-нудного лесника не найти ни в одном мире, когда вдруг поняла, что, судя по его вопросам, Кэрмас досконально знает Мёртвый лес.
— Вы были там и остались живы? — удивилась я. — Тогда почему его все так боятся?
Мужчины переглянулись, и Кэрмас сказал:
— Тоже наслушалась сказок про умертвий, которые по ночам нападают на тех, кто не спит?
— Нну, — смутилась я и пожала плечами.
Мужчины усмехнулись, но как-то невесело.
— Мёртвый лес не убивает в прямом смысле слова, — сказал Грэйр. — Он меняет сущность человека, делает его другим.
Я изумлённо посмотрела на него:
— Получается, что, когда я впервые прошла через него, он сделал меня Лунной девой?
— Может быть, — задумчиво кивнул герцог. — С чего-то же появились твои способности!
— Я думала, что прежняя хозяйка моего тела владела этим даром, — тихо сказала я.
Мне вдруг стало страшно, слишком всё это было похоже на правду. И это объясняет, кстати, почему Лунная дева у них никак не рождалась. Просто не нашлось ни одной дурочки, которая бы решилась пройти через Мёртвый лес. И что получается? Если зайду в лес ещё раз, то снова изменюсь? Назад в Дашу, или он и вовсе сделает меня чудовищем?
Так. Надо срочно взять себя в руки!
— А почему вы так уверены, что Мёртвый лес меняет сущность людей? — почти спокойно спросила я. — Лангор Кэрмас, если вы там были, вы ведь тоже должны были стать другим?!
Мужчины снова переглянулись. Грэйр кивнул:
— Считаю, что между людьми, которые делают общее дело, не должно быть секретов. Покажи ей, Кэрмас. Только иди сюда, Ди, и ничего не бойся. Я с тобой.
Вступление было ничего так себе. От него мне захотелось спрятаться за спину герцога, но Грэйр просто притянул меня к себе и обнял сзади.
Я испуганно смотрела, как Кэрмас отошёл к дверям, подальше от меня, встряхнулся странным движением, каким отряхиваются собаки после купания, и вдруг его высокая фигура начала перетекать в другую плоскость.
Миг — и у дверей стоял, скалясь, огромный белоснежный волк.
— Ттак, — сказала я дрогнувшим голосом. — А Агайя об этом знает?
Наверное, я не задала бы этот вопрос, находись я в нормальном состоянии, по крайней мере, не спросила бы лесничего при всех. Но что сделано, то сделано, и я виновато смотрела на обернувшегося в человека Кэрмаса. Мужчина невесело взглянул на меня и ответил кратко:
— Пока нет. Но если наше… мероприятие не завершится успехом, я обязательно ей об этом расскажу.
— Простите, — тихо попросила я. — Это вообще не моё дело. Просто я… впечатлилась.
Грэйр неохотно выпустил меня из своих надёжных объятий и сказал:
— В нашем мире жили оборотни… давно. Кэрмас пока единственный. Быть может, в его предках и были белые волки.
«Вполне». — подумала я. Этот человек слишком естественно чувствовал себя в лесу, как в собственном доме. Да в доме-то, пожалуй, ему было тесновато, а вот среди деревьев — в самый раз. Вот только, следуя теории Грэйра, в моих предках должны быть Лунные девы, а это, увы, вряд ли.
Говорить это Кэрмасу я не стала. Не стоило расстраивать его ещё больше. Да мне и самой было о чём подумать. Упитанный призрак Даши Мирошниченко снова замаячил перед глазами.
— Хочу, чтобы вы знали, если мне тоже вдруг доведётся обернуться в себя прежнюю, — хмуро сказала я. — В своём мире я была несколько… полнее.
— Ну что ж, — дипломатично заметил Грэйр. — Не расстраивайся, ты и сейчас очень красивая.
Впору было расхохотаться, но я только недоверчиво перевела взгляд на Кэрмаса. Тот пожал плечами. Понятно, Агайя-то точно не страдала анемией.
— Давайте продолжим, — вздохнув, попросила я.
— Давайте, — согласился Грэйр. — Весмин, как мы можем защитить Ди? Амулеты, настойки, заговоры, артефакты — годится всё!
Мужчины принялись деловито обсуждать то, в чём я ничего не смыслила. Сначала я пыталась разобраться и принять участие в обсуждении, но скоро поняла, что только мешаю. Эти трое и без меня могли обеспечить мне максимально возможную безопасность, поэтому я только слушала и смотрела.
Смотрела на Кэрмаса, жалея его ото всей души. А что если у нас не получится, и Агайя не захочет связать свою судьбу с оборотнем?
Наблюдала за Весмином, удивляясь тому, как он преобразился, отстаивая свою точку зрения. Колдун сейчас выглядел едва ли на сорок.
И подолгу залипала, стоило мне взглянуть на Грэйра. Моё бедное безумное сердце не хотело видеть опасности, оно не боялось того, что миг, когда мне придётся войти в Мёртвый лес, неотвратимо приближался.
Я тихонько прикрыла глаза и улыбнулась.
Кажется, я готова была дать ответ Грэйру. В этой жизни я боялась одного — потерять этого человека.
Наконец, мужчины пришли к согласию.
— Отдохни, Ди, — предложил Грэйр. — Сейчас мы займёмся другими неотложными делами, а после пообедаем вместе. Ты не против?
Я вспомнила сегодняшний завтрак и улыбнулась.
— С удовольствием к вам присоединюсь, — пообещал Кэрмас, что-то выискивающий на карте и потому не заметивший ни моей улыбки, ни явной досады, промелькнувшей на лице герцога.
Мне стало смешно, и, вежливо попрощавшись, я отправилась в свою комнату. В коридорах замка было непривычно тихо — не сновали служанки со стопками чистого белья, не прогуливались высокородные лангоры в надежде невзначай встретиться с Грэйром и покорить его своей неземной красотой и умением вести беседу. И может потому, что за последнее время я отвыкла от тишины и покоя, замок казался мне каким-то музеем, мало связанным с реальной жизнью.
Хорошо, что в комнате по-прежнему оставались Ледка и Селира, и одиночество мне не грозило — с девчонками мне было гораздо комфортнее, чем с высокородными лангорами. Тем более, что я собиралась расспросить вездесущую Ледку о том, что ей известно о лангоре Драгине: одно дело официальная
