по просьбе Сергея.
Но на наше счастье подруга была на своем привычно месте, стоя возле стола администратора и перебирала какие-то мелкие бумаги, потирая кончиками пальцев виски. Внутри помещения было пусто — значит народа пока что нет. Этим мы и воспользовались.
— Ира, — я подошла к ней, чтобы обратить внимание девушки на себя. Она подняла глаза и сильно удивилась.
— Лера? Ты тут какими судьбами? — ее худое лицо стало еще меньше, а искра в глазах и вовсе пропала.
— Выйдем на пару минут? Мне нужно кое-что тебе рассказать.
— Ладно, только ненадолго. Начальство узнает, попадет, — Ира улыбнулась и отошла со мной в сторонку ближе к выходу, где стоял Добрынин и молча разглядывал постеры с напоминанием, что нужно делать, если что-то случилось с питомцем.
— Что-то случилось? Что-то с Сережей?
— Можно и так сказать, — ответил Леня. — Ира, я хочу, чтобы вы выслушали меня. Мы с вами лично почти не знакомы, но мне Лера много о вас говорила. И я буду только рад помочь, чтобы вы не оказались в затруднительной ситуации.
— Вы меня пугаете, если честно, — Калинина напряглась и уже сильно нахмурила свои светлые брови, поглядывая то на меня, то на мужчину.
— В общем, томить не будем. Сергей встречается еще кое с кем.
— Что? Что за бред?
Такую реакцию я примерно и предполагала. Она ему слепо доверяет и даже не знает того, что происходит вокруг, когда ее нету рядом с ним.
— Ира, это правда. Самойлов до сих пор поддерживает связь с девушкой, которую я знаю очень давно. И поверьте, вы ему явно нужны не для любви и ласки, — Добрынин пытался сдерживаться в выражениях, чтобы не напугать Калинину. Но подруга была настроена совершенно наоборот.
— Что вы такое говорите? Какая девушка? Лера, что происходит? Ты снова решила поднять эту тему? — она смотрела на меня и вообще не понимала, что мы тут ей говорим. Глаза были наполнены страхом и недоверием — она не хотела верить нашим словам.
— Ира, прошу, услышь меня наконец. Я тебе до этого уже говорила, что Самойлов стал каким-то странным по отношению к тебе. Ты совсем погасла, стала замкнутой, ушла в себя, ни с кем не общаешься, еще и скоро любимой работы лишишься. Он же тебя угробит!
— Да с чего ты такое взяла⁈ Он любит меня, понятно? Лучше разберись в своей жизни! То один мужчина, то второй! — выкрикнула она мне прямо в лицо и на каблуках развернулась в сторону магазина.
Мне оставалось только смотреть ей вслед.
— Это она про что? — поинтересовался Лео.
— Про Адриана. Я же обещала тебе все рассказать — видимо пришел момент.
* * *
Мы решили поговорить у меня дома, чтобы все происходило не на улице и не при большом количестве народа вокруг. Нечего им знать подробности моей жизни.
Леня согласился и увез меня до новой квартиры. Уже оказавшись внутри, он внимательно осмотрел каждую комнату и чуть ли не с порога предложил вновь съехаться вместе.
— Я только сняла жилье. Не хочу пока никуда переезжать. Это слишком выматывает морально.
— Понял. Тогда буду ждать с нетерпением момента, когда ты сможешь перебраться ко мне, — он терпеливо улыбнулся. Мы прошли в гостиную, где я попросила его сесть на диван, чтобы поговорить и все рассказать об Адриане.
— Знаешь, хочешь совместить приятное с полезным?
Вопрос застал меня врасплох.
— Ты о чем?
— Я обещал быть натурщиком. Думаю, сейчас самый подходящий момент, — и ведь он говорил об этом на полном серьезе, посматривая на одиноко стоящий мольберт.
— Тогда сиди на диване, а я встану рядом с телевизором. Заодно и поговорим.
Идея казалась вполне отличной. Поставила удобно мольберт напротив Лео и распаковала новенький холст, который купила буквально вчера, пока была рядом с художественным магазином. Акрил, вода, палитра, чистой кусочек ткани, высохшие кисти — все стояло рядом на любимом маленьком столике. Все под рукой, как и нужно. Забрала табурет с кухни и поставила поближе к холсту, чтобы был полный обзор на Добрынина, который уже вальяжно развалился на диване.
— Сядь так, как ты это всегда делаешь.
— Это как?
— Ну, когда ты рассматриваешь картины, всегда такой сосредоточенный, хмуришься, держишь пальцами подбородок…
— Это разве выглядит красиво? — он задумался и попытался сделать так, как я его попросила.
— Ты бы знал насколько, — весело прошептала про себя, а мужчине просто кивнула, пытаясь не выдавать своей радости. — А теперь не шевелись и слушай меня.
— Молчу, — он в воздухе изобразил, будто закрывает рот на замок и выкидывает в сторону ключик. Забавно.
— В общем, Ира познакомила меня с Адрианом, пыталась мне помочь найти какого-нибудь мужчину, чтобы тоже стать счастливой. У меня крайний раз отношения были в университете и ничем хорошим никогда не кончались. Со временем забила на все это — учеба меня волновала больше, — я аккуратно очерчивала лицо и тело мужчины на холсте, намечала его плечи, талию и обе руки. — И знаешь, Чернов — тот, кто нужен каждому — всегда выслушает, поддержит, поможет, развеселит. Мы стали с ним родственными душами за это короткое время. Однако, я бы не сказала, что испытывала к нему какие-то чувства. Они были больше похожи на дружеские или как у близких людей, с которыми комфортно находится рядом. А вот сам Адриан как раз-таки и проявлял ко мне симпатию. Но я не приняла его чувства и попросила остаться друзьями.
— На самом деле, про ваши отношения я все знаю.
— Ты обещал молчать! — недовольно взглянула на Лео. Мужчина вернулся в прежнюю позу, продолжая прожигать взглядом прикрытое окно. — Откуда знаешь?
— Адриан сказал сам.
Точно! Чернов же ему звонил. Неужели он ему все рассказал, как есть? И даже про наш с ним случайный поцелуй?
— И про поцелуй я тоже в курсе, а то вся скуксилась, — Добрынин украдкой посмотрел на меня и улыбнулся.
— Он произошел случайно. И это было до того, как мы с тобой…начали встречаться, — начала оправдываться я. Чувствовала себя очень неуютно за это.
— Все нормально. Главное итог, верно? Ты со мной, а не с ним. Это все говорит само за себя.
— У нас с тобой все по-другому. Ты вызываешь во мне совершенно иные чувства, — постепенно мой голос сошел на нет, и я побоялась поднимать глаза на Лео, продолжая делать наметки. Уже вырисовывалось четкое строение тела и его поза.
Добрынин продолжал молчать, вернув свой взгляд туда, куда он и должен был быть направлен. Приходилось все же иногда посматривать на мужчину, чтобы получить качественный портрет. Когда с
