Мэтт передал мальчугану сначала поводья, а потом монетку.
— Отведи их в конюшню и накорми. Дай им немного овса и воды.
Мальчик посмотрел на эти пять центов, как на золотую двадцатидолларовую монету. Он сжал монетку крепко в своей запачканной ладошке и его глаза светились благодарностью, но гордость не позволяла ему показать ее. Он ответил по-деловому:
— Я позабочусь о них, мистер. Могу ли я еще что-нибудь для вас сделать?
— Даже не знаю. Ты не мог бы передать кое-что от меня местному губернатору?
Мальчик широко раскрыл глаза от удивления.
— Камерону Уэлчу? Который сидит в том большом здании? — Он махнул рукой себе за спину.
— Да, ему.
— Почему же нет, мистер. Только скажите, что передать.
Мэтт снова порылся в кармане жилета и вытащил оттуда маленький черный блокнотик и огрызок карандаша. Он что-то нацарапал, сложил листок бумаги и протянул его мальчику.
— Передай это губернатору и принеси мне его ответ. Мы остановимся вон в той гостинице «Шайенн», если там есть свободный номер.
— О, у них куча свободных номеров. — Мальчик бережно положил записку себе в карман. — Это займет всего около тридцати минут, мистер.
— Это не срочно. Займись лошадьми и не торопись. Я заплачу тебе еще пятьдесят центов, когда ты вернешься от губернатора.
Глаза мальчугана снова загорелись, и он посмотрел на Мэтта почти с обожанием, будто решил, что познакомился с весьма важным и богатым человеком, который к тому же очень добр и обменивается посланиями с самим губернатором.
Мальчик отвел лошадей, а Мэтт и Скай перешли на другую сторону улицы и оказались в гостинице. Служащий не обратил на них особого внимания, и им снова дали номер на втором этаже с видом на улицу, Скай казалось странным, что одежда может так изменить отношение людей друг к другу. Неужели она не выглядела индианкой, как вчера утром в Ролинсе?
Мэтт открыл окно, чтобы проветрить комнату, и повернулся к Скай.
— Хочешь спуститься в ресторан и немного перекусить? Я думаю, что мы достаточно далеко от долины Долгой Луны и можем чувствовать себя в безопасности.
— Я не очень хочу есть, — сказала Скай. — Я сыта тем, что мы ели в поезде. Давай подождем ответа от губернатора.
Мэтт снял куртку и ботинки и растянулся на кровати.
— Иди сюда, Скай, — сказал он, протягивая руку. — Ты натянута, как тугой индейский военный барабан.
Она засмеялась, подошла к Мэтту и положила свою руку в его. Он был таким ласковым, и ей хотелось оказаться в его объятиях и быть любимой и забыть обо всем, в .том числе обо всех своих сомнениях. Тот беспокойный взгляд, который был у него в поезде, теперь исчез Теперь он был рядом и был открыт для нее
— Давай я помассирую тебе шею, чтобы ты немного расслабилась, — сказал Мэтт, блестя глазами. — Не бойся этой встречи с губернатором. Он просто хочет разобраться в этом деле, так же, как ты и я. Все преступления, совершаемые в штате, так или иначе рассматриваются им.
Скай позволила ему расстегнуть верхние пуговицы на своем жакете и не сопротивлялась, когда его руки ненадолго, но очень возбуждающе задерживались на ее корсаже, когда он расстегивал одежду. Мэтт помог ей развязать корсаж, и когда он снял его, теплый взгляд Мэтта пробежал по Скай. Мэтт оценил по достоинству то, что ее теперешняя одежда подчеркивала ее округлости гораздо откровеннее, чем бесформенная одежда из кожи.
Мэтт притянул ее к себе и посадил на край кровати, обняв двумя руками. И как только он начал массировать своими длинными пальцами ее шею, Скай стала расслабляться.
— Все скоро закончится, — сказал Мэтт.
— И после этого ты отвезешь меня домой? — тихо спросила она, поворачивая голову назад, пытаясь поймать его взгляд.
Мэтт упал в глубину ее темных глаз, окруженных длинными густыми ресницами. О, как она очаровывала и пленяла его взглядом и близостью своего тела!
— Я сказал, что отвезу, а я человек слова, — ответил Мэтт. — Но неужели здесь, вдали от гор, тебе плохо, Скай? Ты не думаешь, что когда-нибудь захочешь жить где-нибудь в другом месте?
Скай снова посмотрела прямо перед собой. После нескольких минут ожидания, она опустила плечи, будто на них взвалили тяжелый груз.
— Я не знаю, Мэтт. Ты, наверное, не поймешь, но… мне кажется, я не принадлежу ни к какому другому миру. Только к своему особенному.
Мэтт продолжал массировать ее плечи, стараясь не показать, что ее признание взволновало его.
— Так происходит со всеми нами. Мы должны идти вместе с толпой, но внутри каждого из нас существует свой собственный мир. Это естественно, что ты сейчас избегаешь людей. Ты долгое время жила одна.. Тебе никто не нужен был, чтобы выжить, а когда человек ни в ком не нуждается, он становится одиночкой. Это естественно, Скай. Это значит, что ты сильная. И никто не вправе винить тебя за это. — Мэтт на секунду замолчал. — Я надеюсь, что все это скоро закончится, ко ты сама знаешь, что я не могу отвезти тебя домой, пока тех людей не поймают и не посадят за решетку.
— Да, но кто будет искать их?
По тону, которым Скай задала вопрос, Мэтт понял, что она уже знает ответ на него. Он на секунду перестал делать массаж, но вскоре снова продолжил.
— Я… Губернатор попросил меня об этом.
— Это опасно, Мэтт. Эти люди и убьют тебя не дрогнув.
— Я знаю, но я готов к встрече с ними. Я все время выслеживаю опасных преступников. Это моя работа.
Действительно ли Скай боялась за его жизнь, или же ей было страшно, что его убьют и она не вернется назад в горы? Мэтту больше хотелось верить в первое.
Он прислонился к ее спине и поцеловал ее в шею, а она положила голову на его плечо. Через мгновение он передвинулся на середину постели и притянул ее к себе. Они одновременно начали раздевать друг друга. Пока они делали это, заходящее вечернее солнце проникало своими золотистыми лучами сквозь окно, чтобы обогреть их обнаженные тела. Скай, зная, что последует за игрой, смело заключила Мэтта в свои объятия.
Теперь ему не нужно быть осторожным. Скай отвечала на его поцелуи без смущения и страха. Он нежно провел рукой по се жаждущей ласк груди и коснулся губами соска. Она выгнула спину, чтобы оказаться ближе к нему и тому трепетному огню, который вызывали где-то внизу живота его губы. Скай чувствовала, как его напряженная плоть касается ее бедра, и обняла его ногами. Мэтт оторвался от ее груди и поцеловал ее в губы жадным, неистовым поцелуем. Их языки танцевали в брачном танце, и тела двигались послушно друг другу.
Скай казалось, что они взбираются вдвоем к величественным вершинам Гор Реки Ветра, забираясь на такие высоты, где парят лишь орлы и кружатся" облака. Когда дрожь, сотрясавшая их, прошла, они одновременно застонали от удовольствия. Мэтт перевернулся на спину и привлек к себе Скай. Лежа на нем, Скай почувствовала, как его напряжение растет, осталась на нем, пока они не вскрикнули от блаженства второй раз.
