Наконец около полуночи Скай заснула. Мэтт подобрался поближе к ней, подставив ей плечо, когда ее голова стала падать. Сначала она одернула голову, но потом так крепко заснула, что уже не могла возражать против этого.
Все последующие часы Мэтт размышлял над словами губернатора. Он пытался понять, почему Глассмен хотел поговорить с ними. Мэтт с ужасом думал, что он хотел увидеть именно Скай, если то, что сказал Уэлч о Глассмене, было правдой.
Мэтт пытался представить все предстоящее путешествие и выбрать подходящий для побега момент, потому что со стороны их врагов нельзя было ожидать милости. Он заставит Скай пойти с ним, даже если ему придется похитить ее. Он сможет убедить Скай каким-нибудь образом, что все, что сказал о нем Уэлч, — ложь.
Скай снова отгородилась от Мэтта, и это причиняло ему еще большую боль, чем похищение и угроза их жизни. Он чувствовал, что обманул надежды Скай. Быть может, если бы он говорил с ней о любви, о женитьбе, ее вера в него не была бы такой шаткой? Мэтт по своему опыту знал, что одно из условий выживания — не доверять никому, кроме себя, но Скай Мак-Келлан слишком хорошо выучила этот урок.
До Ландера было еще далеко, но он просто так не даст убить себя, особенно такому головорезу, как Уэлч. Если он и умрет до того, как все это закончится, то заберет Уэлча с собой.
В темные предрассветные часы охранники связали ноги Мэтта и Скай вместе и подвели их под дулом пистолета к поезду. Все вокруг еще спали, но скоро должны были проснуться. Их лошади уже находились в вагоне для скота, который должны были присоединить к поезду, когда он прибудет. Мэтта и Скай затолкали в тот вагон и отвели в его противоположную часть. Уэлч зашел к ним на минутку, пока охранники развязывали им ноги.
— Когда мы прибудем в Ролинс, то поедем верхом в Ландер, — сказал он. — Как вы сами видите, мы привели сюда ваших лошадей и принесли все ваше имущество. Я не хочу, чтобы после вас остались какие-либо следы. Никто в Шайенне не заметит вашего отсутствия и не будет интересоваться, что с вами случилось. Все подумают, что вы просто решили продолжить свое путешествие.
Когда Уэлч ушел, охранники заперли дверь изнутри, чтобы никто больше не мог сюда зайти.
На рассвете поезд двинулся в направлении Ролинса. Через несколько часов путешествия охранник, который был помоложе, Балкин, откупорил свою флягу. Арнольд, пониже и потолще, решил, что было бы неплохо попить, и тоже достал свою флягу.
При виде воды Скай поняла, как хотела пить. Ее язык был совсем сухим, и ей приходилось постоянно глотать, чтобы увлажнить его. В вагоне было очень жарко, душно и дурно пахло.
Скай долго смотрела на флягу Балкина. Он вытер рот о рукав рубашки почти виновато, стараясь избегать ее взгляда. Наконец он поднялся и подошел к Скай.
— Хотите воды, мэм? — вежливо спросил Балкин, держа в руках свою флягу.
Арнольд чуть не захлебнулся водой, выплюнул ее и оторвал от фляги свои жирные губы.
— Какого черта, Балкин?
Балкин опустил руку на револьвер, висящий у него за поясом, и то доброе выражение лица, с которым он; предлагал Скай воду, стало вдруг сердитым.
— Я предлагаю леди выпить воды, ты, сукин сын. Тебе-то что?
Арнольд был обескуражен такими словами Балкина, но быстро нашелся с ответом.
— Черт, она же не леди. Она всего лишь полукровка, которая старается казаться леди. Если ты сейчас развяжешь ей руки, то и глазом не успеешь моргнуть, как она снимет с тебя скальп.
Арнольд снова приложил флягу к губам, делая еще глоток воды, добрая часть которой стекала по уголкам его толстых губ, попадая за грязный воротник рубашки. Балкин присел на корточки так, чтобы видеть и Скай, и Арнольда.
Он протянул флягу Скай, Она, конечно, не могла взять ее руками, потому что они были связаны, и он приставил флягу к ее губам и слегка наклонил ее. Несколько капель упало на черное дорожное платье Скай, и Балкин извинился. Когда ему показалось, что она напилась, он вытер ей рукой подбородок, так робко, будто считал, что не имеет права прикасаться к ней.
Мэтт все это время сидел спокойно, но внутри весь кипел, ревнуя Скай к Балкину. Мэтт страдал и немного разозлился, когда Балкин обратился к нему.
— Хочешь пить, Риордан?
Мэтт кивнул, и Балкин помог ему так же, как помог Скай, только не стал вытирать пролившуюся воду с его лица. Мэтт вытер губы о плечо. Балкин закрыл флягу и устроился поудобнее.
— Я однажды ездил на Реку Ветра искать ее. Но не нашел никого, кроме банды обезумевших индейцев. Не знаю, как тебе удалось выследить ее, Риордан. Там все по-другому, не так, как я привык. Я из Матагорда.. из Техаса.
— Наемник? — натянуто спросил Мэтт, и его синие глаза сузились и посмотрели пренебрежительно на него. Он кивнул:
— Ага. Так же, как и ты.
— Не совсем так, Балкин. Мы по разные стороны закона.
— Возможно, и так, Риордан. Но мы оба убиваем, чтобы заработать себе на жизнь. Мэтт ничего не ответил, только смерил его холодным взглядом. Балкин продолжал:
— Твой револьвер повидал многое, Риордан. Ты же много раз целился в живую мишень или защищался сам. А все-таки, скольких людей ты убил?
— Балкин, отстань от них, — снова подал , голос Арнольд, обеспокоенно смотря в их сторону своими маленькими, близко посаженными глазками. — Ты разве не помнишь, что нам говорил губернатор?
— Заткнись, — гаркнул Балкин. — Мне охота поговорить с кем-нибудь, кроме тебя. — Он снова перевел свой взгляд на Мэтта — Мне кажется, ты довольно быстрый стрелок.
Мэтт с крайним нетерпением смотрел на молодого охранника.
— Не только быстрый. Но и меткий. Попроси Уэлча. Быть может, он позволит тебе вернуть мне револьвер, тогда я с удовольствием застрелю тебя.
Балкин некоторое время молчал, стараясь не позволить словам Мэтта и его недоброжелательности расстроить себя. И он продолжал коротать время за неторопливым разговором.
— Похоже, ты не очень боишься смерти, Риордан.
— Ты тоже.
Балкин через силу усмехнулся.
— Тебе будет трудно убить меня без оружия и со связанными руками и ногами. Мэтт оставался серьезным.
— Я и не говорил, что убью тебя. Я говорю о том, что Уэлч убьет тебя, когда ты сделаешь все, что от тебя требуется. Ты думаешь, что он оставит тебя в живых после того, как ты столько узнал о нем? Он не может рисковать и выпустить тебя на улицу, когда ты запросто можешь на пьяную голову разболтать все, что ты о нем знаешь.
Обеспокоенный таким предположением Мэтта, Балкин поднялся.
— Он может доверять мне.
— Сколько ты работаешь на него? Годы? Месяцы? Недели? Подумай об этом. Так или иначе, глупо, что ты считаешь себя незаменимым.
— Перестань болтать с ними, — снова предупредил Арнольд. — Губернатор не велел нам.
