Вновь открылись они, приглашая войти в один из пустых коридоров — тот самый, по которому Чехова волочили от силы минут пятнадцать назад. Он точно знал, где расположены апартаменты контр-адмирала Эмерсон — совсем неподалеку от его каюты.
Волнуясь, он расправил плечи, подошел к адмиральской двери и постучал.
— Войдите.
Двери разъехались в стороны.
Чехов вгляделся в густую тьму комнаты.
— Госпожа адмирал?
— Могла бы догадаться, — из-за рабочего стола донесся вздох. — Заходите, господин Чехов. И закройте за собой дверь. От света глазам больно.
— Слушаюсь, госпожа адмирал.
Чехов вошел в комнату, надеясь ни обо что не споткнуться, пока глаза не привыкли к темноте. У стола он остановился, прямой, как жердь.
— Младший лейтенант Аппукта Чехов по вашему приказанию прибыл, госпожа адмирал.
— Ближе к делу, Чехов. Куда и зачем подевались Сипак, Пэн, Сибрук и Зиа? — отрывисто спросила Эмерсон.
Глотнув, он ответил:
— Они отправились во времена Мориты, чтобы получить тот самый вирус и заразить им пришельцев… госпожа адмирал.
— ЧТО!?!? — Эмерсон встала и перегнулась через стол.
Думая, что адмирал не совсем его расслышала, он начал повторять:
— Они отправились во времена Мориты…
Эмерсон обошла стол. Возвышаясь над юношей, она вопросила:
— Почему ты не сказал мне, что они замышляют, когда они только начинали это обдумывать? Их план, если верить Лессе — почти неотвратимый смертный приговор!
Отступая на шаг от внушительной дамы, Чехов потупился, стараясь избежать будто приклеившегося к нему обвиняющего свирепого взгляда.
Тут он заметил, что на Эмерсон, кроме короткой ночной сорочки, одежды почти не было. Его глаза метнулись обратно к ее лицу; Чехов благословлял тьму в комнате, благодаря которой адмирал не могла разглядеть, как густо покраснел лейтенант. Он ответил ломким голосом:
— Поэтому я рассчитал положение главных созвездий в заданные моменты времени, а Пэн, Сипак и Зиа запомнили. А еще я построил график скорости разрушения Красного Кургана. Никакой опасности нет! — Он опять «дал петуха».
— Почему ты не известил об этом кого-то еще? — повторила Эмерсон теперь угрожающе низким голосом.
— Сипак мне запретил, — отозвался Чехов. — А он — мой начальник.
— На «Заре» — возможно, но не на этом корабле! — выкрикнула Эмерсон. — Твоей обязанностью было прийти ко мне или капитану Дайр, как только ты узнал о происходившем. Эти идиоты основывались на том пергаменте, который нашел Сибрук?
Чехов отошел еще на шаг, говоря:
— Я не знаю, что говорилось в том пергаменте, но именно он взволновал Сибрука.
Тут он обо что-то споткнулся и неуклюже растянулся на полу, ударившись головой о нечто твердое. От недосыпания и удара у него закружилась голова.
В эту минуту ему хотелось лишь одного — чтобы его поглотила тьма, — но он знал: невелика честь, если его вывезут из каюты адмирала. И потому он рывком сдвинулся с края обморока и, подчиняясь рукам адмирала, сел на полу.
— Когда ты в последний раз спал? — мягко спросила она.
— За последние сорок восемь часов я спал часа четыре… мне кажется. — Он потер затылок, стараясь смотреть на что угодно, только не на то, что находилось прямо перед ним.
— Похоже, как и я, — Эмерсон вздохнула, откидываясь назад; она сидела на пятках. — Слушай. Мы оба невыспавшиеся. Прости, что вышла из себя. Но я больше других волнуюсь за свою команду.
Она встала, потянув за собой Чехова.
— Иди, поспи. Проснешься — напишешь подробный доклад. — Взяв его за подбородок, она заставила Чехова посмотреть ей в глаза. — Будешь спать, пока не проснешься. Это приказ.
— Есть, госпожа адмирал.
Смущенный, Чехов высвободился из ее захвата и скрылся.
Сделал он, однако, как обещал — упал на кровать, едва за ним закрылась дверь каюты, и тотчас провалился в сон.
6. В ПРОШЛОЕ
«Если бы Карен и Лесса знали, что ты сейчас делаешь, у тебя на хвосте повисли бы две разъяренные до белого каления женщины», — заметил Пэн.
— Знаю, знаю, — ответил Сипак. — А если б они проведали, что со мною — еще Сибрук и Зиа, это бы их совсем расстроило. Ты хорошо себе представляешь, куда отправляешься?
На подготовку ушло больше недели. Сейчас сборы почти завершились.
«Сибрук до посинения заставлял меня запоминать внешний вид вулкана под названием Красный Курган. Аппукта считает, что за прошедшие века эрозия не смогла заметно изменить облик горы. Поскольку наша цель так далеко в прошлом, мы доберемся до нее в несколько шагов. И нам всем придется нелегко, — Пэн посмотрел через плечо на своего напарника, привязывавшего ему на спину последние припасы. — Все взял?»
— Все, что мне нужно для взятия требуемых образцов и их анализа. Синтезировать вирус все равно не удастся, пока не вернемся на корабль. — Он затянул оставшиеся ремни. — Надеюсь, у меня найдется все необходимое на случай непредвиденных обстоятельств. Теперешние периниты невосприимчивы к тому вирусу гриппа, который тогда косил народ. Поэтому тебе, Сибруку и Зиа бояться нечего.
— А вы? — спросил подошедший Сибрук. — У вас нет естественного иммунитета к гриппу.
— Помнишь, как я брал у тебя кровь несколько дней назад? — После кивка юноши Сипак продолжил: — Я сделал для себя вакцину. Должно подействовать. По крайней мере, до сих пор ничего плохого не случилось.
— А если не подействует? — спросил Сибрук. — Мы все это делаем только для того, чтобы вы смогли заразить чужих. Вдруг вы умрете? Я, без сомнения, не смогу сделать вашу работу и увязну в прошлом. Пэн умрет вместе с вами.
— Я не умру. В худшем случае — заболею, но не умру, — с непоколебимой уверенностью сказал Сипак.
— Да уж, постарайтесь, — что тут еще скажешь? — пробурчал Сибрук себе под нос.
Их «шаги» в прошлое начались без затруднений. Аппукту Чехова, хоть и не слишком охотно, посвятили в планы путешествия, а он воспользовался компьютером «Карсона», чтобы рассчитать положение созвездий во время каждой из намеченных остановок. Пэн, Сипак и Сибрук запомнили очертания созвездий. Вдобавок Чехов просчитал возможное влияние эрозии на Курган, и его результаты тоже заняли место в их багаже.
Но после четвертого прыжка Сипак едва не упал с пэновой спины. Сибрук подскочил, как ужаленный, со словами:
— Что случилось?
Окоченелый Сипак ответил:
— Холодно. Не знал, что будет так холодно.
Пэн объяснил:
«Вспомни, он — вулканит. Он не так устойчив к стуже, как мы».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
