– Они удивляются! – завопил участковый. – Небось тонким льдом затянуло, вы и прошлепали! А после туда же и Волобуев ухнул! И все через вашу несознательность!
– Но там же после этого целый день люди катались, и ничего, – ответил я.
– Повезло, значит, людям, а Волобуеву – нет, – многозначительно изрек милиционер.
У меня на душе заскребли кошки. Следовало и впрямь хотя бы сделать отметку на месте полыньи. Но до того ли нам тогда было? Мы только и думали, как скорее доставить Жанну домой… А на следующий день полынья исчезла.
– Ладно, – махнул рукой участковый. – Что было, то было, назад не воротишь. Так что рассказывай быстро и по порядку. Может, хоть тело оперативно найдем.
При слове «тело» я впал в ступор и никак не мог сообразить, с чего должен начать свой рассказ. Но опытный участковый прибег к помощи наводящих вопросов и мало-помалу вытянул из меня необходимую информацию.
Пока я рассказывал, на берегу вовсю шли поиски с собаками. Затем участковый подозвал к себе часть людей без собак.
– Строимся в цепочку и прочесываем второй пруд в целях обнаружения полыньи, – четко поставил он задачу.
Пруд прочесывали буквально по миллиметру, однако следов полыньи найти так и не удалось.
– При сильном морозе вполне возможно, – наконец сказал участковый.
Поиски на берегах, продолжавшиеся до позднего вечера, тоже не принесли никаких результатов. В результате участковый велел всем расходиться.
– А ты, – обратился он ко мне, – завтра совместно с этой Жанной после уроков бегом ко мне. На всякий случай сниму с вас показания.
Мы с Динкой, совершенно измученные, пустились в обратный путь. По дороге я взглянул на часы. Кошмар! Половина десятого. Представляю, что делается с моими предками! Они же с ума сейчас сходят, куда я пропал. Решат, что вообще из школы не возвращался. Ведь даже сумка моя у Жанны лежит. А если до них уже дошла история с Волобуем, то вообще ужас.
Однако с предками относительно обошлось. К счастью, моя родительница, едва вернувшись домой, догадалась позвонить Жанне, и та все объяснила. Но, конечно же, мне вместо Тарасевичей пришлось идти домой. Так что у Жанны осталась одна Динка Впрочем, мы все равно не могли при ней ни о чем говорить.
А поделиться мне с кем-то было необходимо. И, как только предки мои наохались и наахались по поводу Волобуя, я ушел в свою комнату и позвонил Коту. Он с ходу принялся упрекать меня:
– Хорош друг! Почему я должен обо всем узнавать последним?
– Да я собирался, но времени…
– Знаю, с Жанкой уже разговаривал, пока вы с Динкой на пруд бегали, – перебил меня Макс. – Толян нашелся?
Я объяснил, что нет. И продолжил:
– Макс, а Жанна все тебе рассказала?
– Все, – откликнулся мой старый друг. – И про Пелагею, и про сглаз, и про снеговика, и про головы на столбах, и я тут подумал…
– Что ты подумал? – выкрикнул я в трубку.
– Ну, понимаешь, – медленно произнес Макси-Кот. – Боюсь, Толяна уже нет в живых. А вы с Жанкой видели его призрак. Наверное, он взывает о помощи. А вернее, подсказывает, как выяснить, что с ним случилось.
Глава IX
НОЧНОЕ ЯВЛЕНИЕ
Голова у меня уже совершенно раскалывалась от обилия сегодняшних впечатлений и предположений. И я с изумлением переспросил:
– Подсказывает, как выяснить, что с ним случилось?
– Именно, – уверенным голосом произнес Макси-Кот. – С призраками такое бывает. Они иногда даже спустя несколько веков перед кем-нибудь появляются. И требуют, чтобы раскрыли преступление, которое привело к их гибели. А главное, пока это преступление не раскроют, они не отстают.
– То есть ты, Кот, уверен, что Волобуя уже нет в живых? – И от одной только мысли об этом меня стало мутить.
– Хотел бы сказать другое, но не могу, – мрачным тоном изрек Макси-Кот.
– А я все еще почему-то надеялся, что Толян вот-вот откуда-нибудь возникнет целый и невредимый, – с грустью проговорил я.
Кот довольно долго хранил молчание. И, наконец выдавил из себя:
– Я бы тоже этого хотел, но, боюсь, мы с тобой больше никогда Толяна живым не увидим.
– А ты не допускаешь, что его заколдовала Пелагея? – поделился своею утренней версией я.
– Фома, а ты сам это допускаешь? – ответил вопросом на вопрос Кот.
– Да, в общем, не очень, – честно признался я. – Наверное, мне скорей хочется верить. Понимаешь, тогда еще есть надежда. К тому же мы ведь с Жанной собственными глазами видели снеговика с лицом Толяна, а после – две его головы на столбах.
– Знаешь, – невесело усмехнулся Макс. – Если это не призрак Толяна, то, мне кажется, Пелагея скорей не его, а вас околдовала. Вот вы все время его и видите.
– Нет, Котище, – возразил я. – Колдовала Пелагея над нами потом, а Толяна мы видели до всего.
Тут я сообразил еще одно: после того как Пелагея над нами поколдовала, мы с Жанной стали видеть совсем разные вещи. А когда нам являлся Толян, мы с ней видели ровно одно и то же. Тютелька в тютельку. О чем я и доложил Коту.
– Вот именно, – откликнулся он. – Значит, я прав, и Пелагея тут ни при чем.
– Очень даже при чем, – возразил я. – Иначе почему Толян второй раз явился нам именно на ее заборе? Ты ведь сам, Макс, говоришь: он нам подсказывает.
– А ведь и впрямь, Фома, – на сей раз поддержал меня друг. – Я раньше как-то об этом не подумал.
– Вот именно, что не подумал, – тут же подхватил я.
– Тогда нам надо завтра же идти к Пелагее, – решительно заявил Макси-Кот. – Она в любом случае что-то нам скажет о Толяне.
– Нам? – удивился я. – Ты разве тоже пойдешь?
– Обязательно, – подтвердил Макс и тут же принялся вырабатывать план действий. – Значит, я завтра как будто отправлюсь в школу, а на самом деле дуну к вам. Где мы встречаемся? У Жанки?
– Погоди, – прервал я его. – Тебе сколько до меня пилить?
– Не меньше полутора часов, – внес ясность Кот.
– Тогда мы с Жанной успеем на один урок сходить в школу, – сказал я. – А ты, как доедешь, иди к нам во двор и дожидайся нас там на детской площадке.
– Я только одного не понимаю, – озадаченно произнес Макси-Кот. – На фига вам в школу? По-моему, когда так прогуливаешь, лучше уж целый день не появляться.
– Наоборот, – заспорил я. – У нас со вчерашнего дня из-за Волобуя такая паника! Классная уже вчера чуть с ума не сошла, когда мы с Жанкой на первых двух уроках не появились. Если мы сегодня это повторим, она, чего доброго, нажалуется предкам. А так мы первый урок отсидим, а после официально отпросимся. Жанна – к маме в больницу, она все равно собиралась туда ехать после уроков. А я, например, к зубному якобы с острой болью. Вот и будет все шито-крыто. А ты за это время как раз доберешься.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
