Три месяца назад их главари были арестованы известным криминалистом комиссаром Фоксом. Однако кое-кому удалось избежать тюрьмы. Полиция пока опознала лишь двух участников — это бывший «киллер» Лукка Скорьятти, недавно совершивший дерзкий побег из одиночной камеры, и некая Вирджиния О'Нейли…»
— Джин! — захлебнулся в крике Грег и вскочил. — Мартин! Вы слышали, Джин жива!
— Лучше бы ей умереть, — зло бросил негр. — Она всем приносит несчастья. Очевидно, для этого и создал ее всевышний, как наказание за грехи.
— Но ведь это Джин, — прошептал Грег и бессильно опустился на стул. — Понимаете, Мартин, Джин.
— Ну и черт с ней, — с ожесточением вскричал негр. — Она предала моего хозяина, обокрала вас, теперь занялась разбоем, негодяйка. Вы что, все забыли и простили? У вас есть Юта, ваша невеста. И думать нужно лишь о ней и наших ребятах.
— Да-да, — машинально и растерянно повторил Грег. — Есть Юта, есть друзья. Но ведь их могут убить! Злодеи! — Он заскрежетал зубами, на скулах заходили желваки.
Голос за кадром продолжал:
«…ее имя одно время часто упоминалось рядом с именем крупного промышленника, химического короля Дональда Робинсона. Ходили слухи — она его любовница. На вопросы журналистов мистер Робинсон категорически отказался сообщить что-либо по этому поводу…»
— Опять Дональд Робинсон, — прохрипел Грег. — До чего он довел ее.
— Она сама себя довела, — упрямо возразил Мартин. — Зря вы ее оправдываете, ей нет прощения. Я удивляюсь вам, Фрэнк. И это после того, что она натворила. Все ваши беды от нее.
— Но ведь были не только беды, Мартин, но и радость. Она сама несчастна. Поймите же, дорогой мой…
— Я не хочу ничего понимать! Она подлая и нехорошая женщина. Почти убийца и воровка. Она предала вас и бросила в самое тяжелое время. Я не могу быть к ней милосердным. У вас есть Юта, и она подвергается, опять же из-за этой авантюристки, смертельной опасности.
— Да-да, — отрешенно твердил Грег. — Юта и Джин, они обе там…
Среди полицейских машин появились какие-то угрюмые люди с карабинами необычной системы в руках.
— Снайперы, — прошептал Грег. — Они, сейчас возьмут налетчиков на прицел. Но это же бессмысленно, раз те внутри и неизвестно, у кого ящик с взрывчаткой.
Крупным планом на экране возникла бегущая стюардесса.
— Юта! — закричал Грег. — Она возвращается с ответом. Их сейчас освободят…
За распахнутой дверью самолета, в овале входа, мелькнула тень. Тотчас тишину разорвал сухой одиночный выстрел. И, словно пытаясь кого-то догнать, торопясь, разрозненно загремели карабины из разных точек аэровокзала.
— Что они делают! Идиоты! — истошно закричал Грег и схватился за голову. — Там же люди!
Экран дернулся. Кроваво-красным мазком его лизнуло пламя. По ушам ударил грохот… изображение исчезло…
— Следующее наше сообщение с места событий через несколько минут, — запоздало произнес диктор и добавил: — У одного из снайперов-полицейских не выдержали нервы.
— Они взорвали лайнер. — Грег еле двигал губами. — Они взорвали лайнер, — повторил и сполз на пол…
Диск телефона-автомата срывался. Пальцы не слушались. Пот заливал и щипал глаза. Грега трясло. Пол кабины уходил из-под ног, как палуба корабля в шторм. Грег уперся лбом в холодное стекло и наконец набрал нужный номер.
— Это редакция! — заорал истошно и зачем-то переложил трубку в другую руку. — Умоляю, ради бога, сообщите, все ли погибли при взрыве самолета компании «Альбатрос»?
— Читайте наш экстренный выпуск, — назидательно ответил женский голос. — Там обо всем написано подробно.
— Я куплю сотню экземпляров вашего выпуска, — исступленно закричал Грег. — Но ради всего, что для вас дорого, скажите, все ли погибли? Там были мои друзья, невеста, — его затрясло так, что залязгали зубы.
Молчание длилось мгновение, но Грегу показалось бесконечно долгим. Он вдавил трубку в ухо так, что оно онемело.
— Все, — отрезал безразличный голос. В трубке заметались частые, полные тревоги гудки. Она вывалилась из рук и, раскачиваясь на проводе, как маятник, монотонно стукала о стенку кабины…
Грег брел точно сомнамбула в гипнотическом сне, натыкался на прохожих, механически переставляя ставшие словно чужими ноги. Отрешенный взгляд блуждал поверх голов спешащих куда-то людей.
— Ишь, нажрался, — кто-то сильно ткнул его в бок. — Аж глаза побелели, пьяница.
Грег не чувствовал боли. Он вообще ничего не ощущал, будто находился за гранью окружающего мира, словно вокруг вымершая чужая планета. Под сердцем пустота. Сосущее чувство одиночества.
У зеркальной витрины его снова толкнули. Чтобы не упасть, он оперся ладонью о стекло. Из аквариумной глубины глянуло чье-то незнакомое, искаженное гримасой лицо. Потухшие глаза запали, на подбородке и щеках грязная щетина, волосы всклокочены. Ворот рубашки распахнут, пуговицы оборваны. Дышать было трудно, как тогда, когда он возвращался от вдовы Кребса, после его самоубийства. Грега обуял страх, он отпрянул от витрины и натолкнулся на какого-то парня в обнимку с девицей.
— Ты что, спятил, шизик?
На Грега пахнуло перегаром и потом.
— Еще один свихнулся, — хихикнула девица-панки с почти наголо остриженной головой и английскими булавками в мочках ушей вместо сережек. На шее на ржавой цепочке — ручка для спуска воды в унитазе.
— Прочь! Дрянь! — Грег махнул рукой.
Парень отлетел далеко к стене. Девчонка повисла на его локте и завалилась на спину. Прохожие шарахнулись в разные стороны. Кто-то истошно завопил.
У бордюра тротуара стоял золотисто-зеленый, будто большой жук, лимузин. Непонятная сила влекла к нему. Грегу хотелось крушить, ломать и разбивать вдребезги это чудо техники. Он озирался, ища какое-то орудие, которое помогло бы превратить в груду обломков автомобиль.
— Сволочи! Мрази! — не отдавая отчета, орал Грег, с губ брызгала слюна, он потрясал над головой кулаками.
Сзади его кто-то слабо ударил в ухо, даже не ударил, а так, мазнул. Грег обернулся, оскалил зубы.
Открыв рот, на него уставился парень. Рядом, размазывая по лицу краску и слезы, пискливо верещала девица.
— Ах, подонок! — Грег рванулся вперед, но, словно налетев на невидимую стену, замер. Ярость отступила внезапно, как и возникла. Он глубоко вздохнул и встряхнул головой.
Парень с девчонкой, часто оглядываясь, бросились бежать.
— Ох, — выдохнул Грег и безвольно опустил руки. «Слишком много подлостей и крови на твоей совести, Дик Робинсон, пора наконец держать ответ, — пронеслось в мозгу. — Пора…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
