что, головой в детстве где-то ударился?.. Ну, если так подумать, то парочка падений всё же имелась… Так, ладно – надо собраться. Так или иначе придётся пройти через этот ужас. Надо пересилить страх, затолкать его в глубокие глубины и прикрыть тяжёлой крышкой. Чёрт, надо прыгать! Надо лететь. Иначе всё, что случилось раньше, было зазря.
Сознание внезапно вытащило наружу мутный образ тёмной эльфийки. Она лежала на полу пещеры с широко раскрытыми от ужаса глазами и ртом, открытым в беззвучной попытке закричать. Но её жизнь прервалась задолго до того, как она попала к нам в пещеру: если бы не кусок кожи чёрного дракончика, то мама и не заметила бы эту никому не нужную эльфийку. Но история не знает сослагательного наклонения, и её паскудная жизнь стала топливом для раскрытия моей магии. Так что, если она переродилась во что-то более-менее разумное, то пусть благодарить судьбу за предоставленную ей честь.
Я посмотрел на маму. На сестру. На тётю. Потом посмотрел вниз с обрыва и понял, что смелости у меня не так много, как у сестры. Наверно, самое верное решение, с учётом трясущихся лапок да постукивающих друг об друга зубов – отойти подальше, разбежаться побыстрее, раскрыть крылья пошире и гордо устремиться в закат.
Отойдя от обрыва, я стал набираться храбрости. Сделав глубокий вдох и откинув все сомнения, я взял разбег.
– Не-не-не! – мысль вызвала цепную реакцию: ноги остановились, я затормозил и тут же отскочил от края обрыва.
Вот что, а прыгать я точно не собираюсь! Нет, конечно, спасибо судьбе за предоставленный шанс воспарить в небесах, но я гордо нарекаю себя единственным в мире драконом, добровольно отказавшимся от полётов! А если ещё откажусь от мяса, перейду на овощи и окрашу шкурку в клетчатый цвет, то… Интересно, а существуют драконы-хипстеры? Наверно, я смогу сойти за подобное существо. Так и представляю, как через лет сто встречусь с сестрой:
«Калиса, что ты такое говоришь?! Ты до сих пор разоряешь деревни? То есть, вот так – летаешь, выдыхаешь огонь, ешь разумных и всё такое? Калиса, ты ужасная мейнстримщица! Тебе должно быть… Ой, подожди, совсем забыл про свой древесный смузи: его надо выпить сразу, а то все полезные вещества начнут разрушаться, и он станет вреден для моей кожи… Вкусный. Хочешь попробовать? Нет? Ну, как знаешь… Так о чём я? О деревнях, точно. Сестра, сейчас в тренде не разрушение деревень, и даже не захват принцесс… Что значит не захватывать принцесс? Да как ты такое можешь говорить?! А кто нам будет готовить очищающие маски для хвостов? Ты слишком узко мыслишь… Ну пойми, что сейчас актуально созида-ание! Тебе просто нужно прочувствовать синергию с окружающим пространством. Вот мы вчера сидели в пещерном коворкинге, пили кукумберс шейки и брейнштормили о мейн таргете по апдейту плейс ливинга интеллектуального криэйторства…»
Лучше прыгну с обрыва и разобьюсь в лепёшку. Уж лучше так, чем что-то подобное…
Меня сбил с мысли звук громкого хлопка, пронёсшегося по системе пещер.
– Что случилось, сын мой? Почему ты медлишь?
– В пещере раздался какой-то звук. Хлопок, или что-то похожее.
– Хлопок? – мама на секунду удивилась и задумалась. – Не стоит волноваться, ибо не случилось ничего страшного. Я прочувствовала малый всплеск магии: это отстал от потолка один из камней маны. И взорвался, упав на пол.
– Они отваливаются от стен?
– Нет, – спокойно произнесла тётя. – Но этот, скорее всего, был одним из тех, добычу которого мы оставили на полпути. Некоторые камни слишком плохо отстают от стен.
– Братик, ну ты скоро? – взмолилась сестра, устав ждать, когда я наконец наберусь смелости.
Плюнув на всё, я опять подошёл к краю площадки. Я видел землю. Она манила к себе, тянула, умоляла прийти и лечь, забыв все беды и печали. Лишь немного требовалось преодолеть – полторы тысячи метров с закрытыми крыльями. И всё будет закончено. Но не сегодня. Не сейчас.
Активировано умение «Полёт»
– ДЖИРОНИМОООО!
Ветер шумел, давил на моё тело. Глаза вмиг высохли, обдуваемые яростными потоками воздуха. Тело словно превратилось в один большой комок, замерев от страха. Он сковал меня, захватил контроль над разумом.
Я летел вниз с бешеной скоростью и не мог пошевелить не то, что лапами – хвост отказался подчиняться мне. Но хрен с этим хвостом: земля всё ближе! Двигай крыльями! Двигай, иначе умрёшь! Двигай, чёрт тебя задери, давай, давай! Давай!
Пересилив наваждение, я резко довернул крылья. Тело послушно, хоть и со скрипом, но миновало опасность и вышло из пике. Перегрузка от резкой смены направления будто придавила меня к незримому полу, сознание заволокло чёрной пеленой, грудь сдавило многотонным прессом.
Лишь спустя секунду тьма расступилась. Я наконец-то смог вздохнуть и осмотреться. Так непривычно наблюдать, как земля где-то вдалеке проносится на большой скорости, а вокруг простор, недоступный для обычных глаз. Простираясь до горизонтов, мир лежал как на фарфоровом блюде предо мной. Он так и просил, умолял прилететь и покорить его, исследовать каждый потаённый участок, составить обширную карту и запечатлеть каждое мгновение его бытия.
Но скорость парения постепенно начала падать, а значит – пора приниматься за работу. Наклоняя крылья чуть вперёд, тем самым заставляя тело лететь вниз. А когда ветер заиграет свистом и глаза высохнут от потоков воздуха – наклонить крылья назад и взметнуться вверх. Выровняться и вновь насладится прекрасным чувством всепоглощающей свободы. Чуть приподнять правое крыло, а левое опустить – и меня завернуло влево. Сделать наоборот – и тело послушно устремилось вправо. Так и лететь, наслаждаясь полётом, пока земля не покажется совсем близко и тогда, приготовившись и погасив скорость зигзагами, широко взмахнуть крыльями против движения. И приземлиться. Ощутить твердь под задними лапами. Опуститься на передние. Сложить крылья. И замереть.
Сердце билось в груди. Разрываемое от переполняющего восторга, оно отказывалось принять тот факт, что всё уже кончилось. Оно требовало продолжить полёт, требовало вернуться небо! “Недостаточно! Недостаточно!” – пульсом отбиваясь ударами молота в висках. И я понимал, каждой ниточкой души понимал – я вернусь в пещеру, вернусь и обязательно, сразу же направлюсь к площадке. Чтобы вновь окунуться в этот всепоглощающий океан и позволю себе напиться сполна, даже если потребуется осушить его.
Я поднял голову
