У Марианны голова шла кругом. Какие еще физические изменения? Какой еще менструальный цикл? Внезапно она все поняла. Месячные у нее всегда были нерегулярными, и на их долгое отсутствие она почти не обратила внимания. Но теперь все встало на свои места. Так вот почему ее тошнило по утрам и так болела грудь...
– Я никак не могла взять в толк, что со мной происходит, – проговорила она извиняющимся тоном. – Думала, что-нибудь съела, вот меня и тошнит... – И она протянула доктору руки. – Мне так жаль!
Голос у доктора предательски задрожал.
– Ну что вы, девочка моя. Не стоит извиняться. Это все наше дурацкое ханжество. Никому и в голову не придет рассказать молодой женщине, что ее ожидает после замужества. Считается, что лучше оставаться в блаженном неведении. Впрочем, даже если бы вы и знали о своем состоянии, вы, без сомнения, все равно отправились бы кататься в коляске. При трехмесячной беременности это вполне нормально, и вам совершенно не в чем себя винить. Так что не расстраивайтесь, как я вам уже сказал, у вас еще будут дети.
Марианна кивнула и прижала руку к животу, который все еще побаливал. Совсем недавно в нем был ребенок... Ее и Адама... Внезапно она ощутила такую боль утраты, что слезы покатились у нее из глаз.
Доктор сжал ее руку.
– Ну-ну... Все будет хорошо, уверяю вас. Вы скоро поправитесь. Вот увидите, через несколько недель боль утихнет и вы опять станете такой же веселой, как и прежде.
Однако сейчас Марианна очень в этом сомневалась.
Почти три недели Марианна провела в своей комнате, в кровати. Физически она чувствовала себя совершенно здоровой. Синяки перестали болеть уже через несколько дней, на их месте появились сине-желтые пятна, которые вскоре прошли. Кровотечение прекратилось. Но у Марианны болело не тело, а душа. Она ужасно тосковала по своему неродившемуся ребенку, о существовании которого даже не подозревала, и винила себя в его смерти. Если бы она тогда не поехала со Стюартом... Если бы не просила его гнать лошадей...
Стюарт навещал ее каждый день, равно как и Лавиния. А один раз пришла даже миссис Броли. Все считали Стюарта виновником несчастного случая. Марианна частенько задавала себе вопрос, что бы они сказали, если бы узнали о ее беременности. Однако никто ни о чем не догадывался, лишь ей самой да доктору Уайту было известно истинное положение вещей. Она подозревала, что миссис Хорнер знала о том, что хозяйка ее была беременна, однако они никогда не говорили об этом. Как это ни странно, Марианна полюбила старенького доктора. А ведь сначала терпеть его не могла. На самом деле он оказался человеком очень добрым и милым.
И вот в один прекрасный день Марианна решила, что хватит страдать и пора взять себя в руки. Да, она потеряла ребенка, но какой смысл до конца своих дней убиваться из-за этого? У нее еще будут дети. Обязательно будут. Нужно возвращаться к жизни. Вновь выезжать в свет. В конце концов, не монашка же она, чтобы запереть себя в четырех стенах.
И с этого дня Марианна старалась не думать о своем несчастье. Она вступила в Общество трезвости и присоединилась к группе женщин, которые собирались раз в неделю и занимались вышиванием. Этот вид рукоделия вообще являлся предметом гордости женщин, живущих на острове, а вот Марианна его терпеть не могла.
Она продолжала встречаться со Стюартом, Лавинией и время от времени с миссис Броли, поскольку неизменно получала приглашения на всевозможные званые вечера, устраиваемые в их доме.
В общем, время шло не так быстро, как хотелось бы, но шло. Приближалась годовщина с того дня, как Адам отчалил на «Викинг Куин» из Сэг-Харбора.
За год Марианна получила от него одно письмо – его доставили с корабля, вернувшегося после плавания в Сэг-Харбор, – в котором Адам сообщал, что плавание оказалось удачным, что он очень по ней соскучился и ждет не дождется, когда сможет вернуться домой.
Письмо одновременно и обрадовало Марианну, и расстроило. Ей, естественно, были приятны ласковые слова, что написал Адам, она даже спала теперь с письмом под подушкой, и в то же время, как она поняла, Адам в ближайшем будущем возвращаться не собирается.
А вскоре после письма у Марианны со Стюартом произошла размолвка, хотя это не совсем верное слово для характеристики того, что случилось.
Стюарт был хорошим другом. Не будь его, год, который она прожила без Адама, показался бы ей вечностью, и теперь Марианне было больно и обидно, что они никогда уже не смогут дружить так, как прежде.
Марианна понимала: в том, что произошло, нельзя винить одного Стюарта. Ее доля вины тоже в этом есть. Ведь она позволяла Стюарту приходить, когда заблагорассудится, ездила с ним на всевозможные вечеринки, не желая, однако, ничего давать взамен. Ведь в глубине души Марианна давно догадывалась, что Стюарту нужна от нее не только дружба, которую она с готовностью ему предлагала, но и нечто большее.
День клонился к вечеру, когда Марианна со Стюартом возвращались со званого вечера, который устраивала миссис Тимбер, жена крупного судовладельца. Марианна полыхала от злости, поскольку после чая случайно услышала такое, что совершенно выбило ее из колеи.
Она случайно оказалась позади двух дам, которые настолько оживленно беседовали, что не замечали ничего вокруг. Миссис Клеменс, старшая из них, наклонилась к подруге очень близко и старалась говорить тихо, на ушко, не подозревая, что ее гнусавый голос разносится чуть ли не по всей комнате и Марианне отчетливо слышно каждое слово.
– Интересно, что скажет капитан Стрит, бедняжка, когда вернется домой? Ведь насколько мне известно, его жена и мистер Броли почти не расстаются. Это просто стыд и срам, доложу я вам! А какой пример она подает незамужним девицам?
Ее подруга, миссис Хиггинс, энергично закивала:
– Да-да, миссис Стрит ведет себя просто вызывающе. Но может быть, она не понимает, что так поступать нельзя? Может, поговорить с ней, сказать, что по острову уже поползли всякие сплетни? Объяснить, что нельзя замужней женщине проводить почти все свободное время в обществе холостяка, да еще в отсутствие мужа.
Миссис Клеменс презрительно фыркнула:
– Не подозревает она, как же! Такие, как эта вертихвостка, прекрасно отдают себе отчет в том, что делают. Разве вы не знаете, что до замужества она работала простой подавальщицей в таверне?
Марианна поспешила отойти. Ее всю трясло от ярости. Да как они смеют говорить о ней в таком тоне! Нахалки! Неужели и правда о ней ходят всякие сплетни? Черт бы их всех побрал!
Марианна отправилась на поиски Стюарта и, найдя его, потребовала, чтобы он немедленно отвез ее домой.
Всю дорогу в коляске царило гнетущее молчание. Стюарт погонял лошадей и время от времени бросал на Марианну насмешливые взгляды.
