– Знаешь, этот год и для меня выдался очень нелегким, – резко проговорила Марианна. – Но почему ты сразу не сказал мне об этих слухах? Почему не спросил, правда ли все это?
Адам снова опустил голову.
– Наверное, боялся того, что ты мне скажешь, – тихо проговорил он.
Марианне так хотелось подойти к мужу, обнять его, приласкать, но она заставила себя оставаться на месте. Ей нужно было узнать еще кое-что.
– А если я скажу тебе, что между нами ничего не было, ты мне поверишь?
Адам пристально взглянул на жену.
– Да, Марианна, я поверю тебе. Марианна облегченно вздохнула.
– Спасибо, Адам. Это много для меня значит. И поскольку мы с тобой говорим откровенно, я должна сказать тебе еще кое-что, что раньше не хотела. Ты ведь не сможешь ничего изменить, только переживать будешь... Когда ты уезжал, я была беременна.
Адам вздрогнул и испуганно взглянул на нее.
– Беременна? – переспросил он.
– Да. Но у меня случился выкидыш.
Адам недоверчиво нахмурился, потом в глазах его засветились жалость и сострадание.
– Бедненькая ты моя! И подумать только, тебе пришлось пережить этот удар одной!
– За мной ухаживал доктор Уайт и делал это очень хорошо, но я должна сказать тебе еще кое-что, чтобы между нами не оставалось никаких секретов. – Марианна набрала побольше воздуха и выпалила: – Мы со Стюартом Броли катались в коляске, и она, к несчастью, перевернулась. Я упала, потому-то у меня и произошел выкидыш. – Марианна предостерегающе подняла руку, когда Адам попытался что-то сказать. – Мистер Броли не виноват. Я сама попросила его пустить лошадей вскачь. Но я понятия не имела, что беременна. Клянусь тебе, Адам.
И Марианна пристально взглянула на мужа. Адам – прекрасный человек, однако Марианна достаточно хорошо знала мужчин, чтобы понять: гнев и обиженное самолюбие могут заслонить все.
На лице его отражались самые противоречивые чувства, но в конце концов он ласково взглянул на Марианну и кивнул.
– Я верю тебе, Марианна. Ты моя жена, моя любимая и единственная, и я люблю тебя больше жизни. И именно поэтому в следующий раз, когда выйду в море, я возьму тебя с собой. Будет, конечно, нелегко, да и команда вряд ли придет в восторг, но я не вижу другого выхода. Жестоко оставлять тебя одну на долгие-долгие месяцы. По крайней мере в море мы будем вместе. Ты совсем не похожа на других жен, тебя не назовешь ни кроткой, ни покорной. – Адам через силу улыбнулся. – Впрочем, когда я на тебе женился, я это знал и считал, что эти качества лишь придают тебе большее очарование.
Марианна засмеялась. Слава тебе, Господи! Ну у кого еще есть такой понятливый муж? Она самая счастливая из всех жен на свете.
Радостно вскрикнув, Марианна бросилась Адаму на шею, и он крепко обнял ее. А несколько минут спустя он уже обладал ею, властно и по-хозяйски, словно давая ей понять, что она принадлежит только ему и будет принадлежать всегда, до конца своих дней.
Часть третья
1845 год
В море
Глава 14
Дневник Марианны
25 сентября 1845 года
В этот день мой муж, капитан Адам Стрит, отправляется в плавание из Сэг-Харбора на своем китобойном судне. Однако на этот раз я не лью по этому поводу слез, потому что он берет меня с собой.
Да, я отлично понимаю, что жизнь на корабле тяжела и лишена многих привычных удобств, но уверена, лучше испытывать их, чем быть оторванной на многие месяцы и даже годы от любимого мужа и каждый день беспокоиться, жив ли он, здоров ли, и молиться за его благополучное возвращение.
Корабль отошел от пристани с утренним приливом. Это мой первый день на «Викинг Куин», и пока мне все очень нравится. Я решила вести дневник, чтобы записывать туда все интересное и значительное, что будет происходить со мной в пути.
Одно происшествие омрачило начало этого плавания. Рано утром мой муж собрал команду корабля, чтобы напоследок обговорить обязанности каждого, а заодно познакомить меня со всеми.
Конечно, они вели себя со мной предельно вежливо, но я прекрасно видела, что некоторые члены команды очень недовольны тем, что на борту находится женщина. Адам предупредил меня, что подобное может случиться, поскольку большинство моряков верят в старинное предание, что от женщины на корабле одни неприятности, однако мне тем не менее больно было видеть, как от меня отворачиваются, а потом бормочут себе что-то под нос.
Адам попросил меня не принимать это «близко к сердцу: в конце концов ко мне привыкнут. Не сомневаюсь, что он прав. И все-таки это событие омрачило чудесный день.
Наши с Адамом апартаменты, которые я помню еще по первому путешествию на «Викинг Куин», очень уютные. Помимо капитанской каюты, они включают в себя еще одну каюту, поменьше, которую мой любимый муж целиком и полностью предоставил в мое распоряжение.
Я взяла с собой в плавание герань в горшочке – подарок миссис Хорнер – и котенка, подаренного мне Лавинией Броли. Шерстка у него черная, а мордочка и лапки – белые. Я назову его Бандит, поскольку он уже сейчас выказывает буйный нрав.
Во время моего первого на корабле ужина я, к удивлению своему, обнаружила, что еда совершенно не отличается от домашней. Адам, однако, предупредил меня, что так будет не всегда. Я не думаю, что еда станет намного хуже, потому что заметила на борту нескольких свиней и множество кур, явно предназначенных для нашего стола. А еще миссис Хорнер посоветовала мне взять с собой бочонок с сушеными фруктами.
Жду не дождусь наступления ночи, поскольку мне не терпится лечь в постель, которая, насколько я помню, подвешена к потолку таким способом, что ей не страшна никакая качка.
Все, заканчиваю свою писанину. Пора ложиться спать. Муж уже зовет меня.
28 сентября 1845 года
В течение трех дней на море стоит сильный шторм. Я думала, морская болезнь мне не страшна, а вот, поди ж ты, и меня не миновало это жуткое состояние, когда и жить не хочется, и умирать нету сил.
Но сегодня небо прояснилось, подул легкий приятный ветерок и немного потеплело. Рано утром я вышла на палубу подышать свежим воздухом и увидела совершенно другое море, не бурное и яростное, грозящее погибелью, а сверкающее и безмятежно-спокойное. Глядя на него сейчас, никогда и не подумаешь, что оно способно нести смерть. Теперь оно величественно и прекрасно. Я понимаю, почему многие мужчины связывают свою судьбу с морем. В него нельзя не влюбиться.
5 октября 1845 года
Сегодня утром повсюду вокруг корабля сновали летающие рыбы. Одну стюард поймал и приготовил мне на завтрак. Очень вкусная, напоминает свежую селедку. Стюард у нас просто отличный, а вот с коками не везет: за две недели сменились двое. Первому не пришелся по душе камбуз. Заявил, что, когда он там находится, у него начинает болеть голова, а тот, которого взяли после него, повредил руку и пока не может выполнять свои обязанности. И все-таки я считаю, что мне крупно повезло: готовить меня не заставляют, поскольку женщины на камбуз не допускаются. И слава тебе, Господи, ведь я терпеть не могу варить обед.
