— Не сомневаюсь и не знаю, как вас благодарить, — сказал Джонни. — Как туда попасть?
— Третий дом налево по главной улице. Это в двух шагах отсюда.
Джонни вместе с Фредой, взяв в руки багаж, вышли на улицу. Стоимость пансиона его несколько обеспокоила. Он не знал, сколько времени им придется жить в этом отеле. Но увидев большую комнату с громадной кроватью, комфортабельными креслами, с ванной и цветным телевизором, он успокоился.
Приняв душ, они улеглись в постель. Остаток дня они провели занимаясь любовью. В половине восьмого они спустились вниз в столовую, где прекрасно пообедали.
К большому облегчению Джонни, Фреда была значительно спокойнее и даже повеселела. Они смотрели до полуночи телевизор, потом легли. Они не вспоминали ни о мафии, ни о деньгах, так как не хотели себе портить настроение.
На следующее утро Джонни позвонил Сэми. Сидя в кровати, Фреда взволнованно прислушивалась к разговору. Как только он повесил трубку, они переглянулись.
— Завтра, в этот же час, — сказал Джонни.
— Ты думаешь, что можно будет туда идти?
— Я знаю столько же, сколько и ты. Дорогая, я так хочу иметь шхуну. Тебе ведь тоже надоела твоя прошлая жизнь?
— Конечно. Я тоже ее хочу. Я ее хочу. Для тебя, дорогой.
Позднее, в тот момент, когда он засыпал, она спросила:
— Они нас никогда не найдут?
Зачем ей повторять, когда я ей уже сказал, что нельзя ускользнуть от мафии. Зачем ей повторять, что только можно продлить время. Но он был неспособен лгать. Не говоря ни слова, он прижал свою руку к груди молодой женщины. Почувствовав ее дрожь, он понял, что она угадала ответ.
— Люби меня, — сказала она, прижимаясь к нему. — Заставь меня забыть все.
День проходил медленно. Они спустились пообедать, после поднялись в комнату и посмотрели телевизор. Потом вернулись в ресторан поужинать, потом снова поднялись и до полуночи смотрели телевизор.
Джонни почти не спал. Он не переставая думал о Массино.
Он понимал, что Фреде снятся кошмары. Дважды она кричала во сне, но он успокаивал ее. Несколькими минутами после половины восьмого он позвонил Сэми.
— Ну и что?
— У меня есть новости, — заявил Сэми дрожащим от возбуждения голосом. — Мистер Джо убежден, что вы в Гаване. Он сказал, что вас больше не найдут.
Сердце у Джонни сильно застучало.
— Откуда ты это знаешь?
— Я вез мистера Джо и Энди на виллу. Мистер Джо был в ужасном настроении. Он не переставал ругаться всю дорогу. Он рассказал мистеру Энди, что звонил мистеру Луиджи и сказал, что так как вы теперь в Гаване, он не может ничего больше сделать. А что касается денег, то нужно о них забыть. — Молчание. — Это правда, что вы находитесь в Гаване, мистер Джонни?
— Не твое дело, где я. Слушай, Сэми. Сходи на автовокзал, нужно узнать, наблюдают ли за ним или нет. Ты сходишь?
— Да, я схожу.
— Я тебе позвоню.
— В котором часу? Сегодня у меня свободный вечер и я вернусь домой после пяти.
— Я тебе позвоню в это время.
— Мистер Джонни… Что касается шести тысяч… У меня неприятности.
— Ты их получишь. Я тебе обещаю.
Повесив трубку, он рассказал Фреде о разговоре с Сэми. Они переглянулись.
— Хочешь знать мое мнение, милая? — спросил Джонни с улыбкой. — Я думаю, что ты нам спасла жизнь. Твоя гениальная идея сказать, что я уехал в Гавану. Я бы до этого никогда не додумался. Вполне возможно, что это все изменит. Если за камерой хранения больше не наблюдают, а об этом я узнаю сегодня вечером, ничто не помешает нам забрать деньги сразу же.
— О, Джонни! Последняя ночь. Что мы будем делать?
— Если Сэми скажет, что наблюдение снято, наймем машину и поедем в Ист-Сити. Это в трех часах езды отсюда. Мы приедем на автовокзал около одиннадцати часов вечера. Это самое подходящее время. Народу не очень много. Возьмем деньги и скроемся. Но я должен точно знать. Если наблюдение снято, то мы поедем.
— Скажи, Джонни… А если они поверят, что мы в Гаване… — Она замолчала и посмотрела на него. — Никто и никогда не постучит в нашу дверь?
— Совершенно точно, милая. — Он прижал ее к себе. — Никто не придет стучать в нашу дверь.
* * *
В то время когда Сэми выходил из лифта, чтобы направиться в контору Массино, в коридоре появился Энди и уставился на лицо негра, ставшее сразу серым от страха.
— Ты куда?
Сэми услужливо поклонился.
— Я хотел просто узнать, не нужен ли я боссу. Сегодня у меня свободный вечер, но я предпочитаю сам узнать у него.
Энди подключился к телефону Сэми и Массино уже прослушал разговор с Джонни, записанный на магнитофон. Если бы об этом знал Сэми, он едва бы смог сдержать себя.
— Ладно, — сказал Энди. — Ты можешь идти. Мистер Джо занят.
Сэми поклонился и отправился к лифту. Энди вошел в кабинет Массино и закрыл дверь. Массино сидел за письменным столом. Тони, Эрни, Лу и Берни стояли, небрежно прислонясь к стене. Карабин 28-го калибра, снабженный мощным оптическим прицелом и глушителем, лежал на столе.
— Сэми пошел домой, — заявил Энди и направился к окну. — Тони, возьми этот карабин и подойди сюда.
Тони, заинтригованный, повернулся к Массино, который утвердительно кивнул ему головой. Тони взял карабин и подошел к Энди, стоящему перед открытым окном. Тот подставил стул.
— Садитесь. Смотрите на тротуар. Наблюдайте за выходом из вокзала.
Тони подчинился.
— Теперь посмотрите через оптический прицел, — продолжал Энди, — Отрегулируйте его под свой глаз.
Тони приник глазом к окуляру мощного оптического прицела и подскочил. Шофер такси, который грелся на солнце, прислонившись к машине, был совсем рядом. Тони показалось, что он может прикоснуться к нему рукой.
— Черт возьми! — пробормотал он.
— Продолжайте смотреть. Через некоторое время вы увидите Сэми. Не сводите с него глаз.
Массино вдруг поднялся и подошел к окну.
Они видели, как Сэми пересек дорогу и остановился, оглядывая улицу. У него был подозрительный вид.
— Вы его видите?
— Еще бы. Можно пересчитать капли пота у него на лбу, — ответил Тони.
Сэми вошел в автовокзал и исчез с их глаз. Через несколько минут негр вышел, опять осмотрел улицу и удалился.
— Вы могли бы его убить? — спросил Энди, когда Тони опустил карабин.
— Из этой игрушки? Это может сделать и шестилетний ребенок.
Энди посмотрел на Массино.
— Я думаю, что будет лучше, если вы позволите мне самому заняться этим делом, мистер Джо. Вам нужно, по-видимому, уехать на несколько дней.
Массино утвердительно качнул головой.
— Верно.
Повернувшись к трем остальным, Энди заявил:
— Слушайте меня внимательно. В какой-то момент появится Биандо. — Он посмотрел на Тони. — Вы и я будем ждать его у этого окна. Когда он появится, вы всадите в него пулю.
Тони с облегчением вздохнул. Он боялся, что его заставят столкнуться с Джонни в револьверной дуэли. Но сидеть в засаде с винтовкой было значительно приятнее.
— С удовольствием, — согласился он.
— Вы же будете прятаться внизу в холле. Как только Тони убьет эту сволочь, вы побежите через улицу, схватите два мешка и возвратитесь сюда. Нужно все сделать быстро. Я устрою так, чтобы полиции поблизости не было. Но тем не менее они скоро появятся. Поэтому пошевеливайтесь.
Энди повернулся к Массино.
— Tax пойдет, мистер Джо?
— Да. Я поеду на неделю в Майами. — Он посмотрел на Энди. — По возвращении я хотел бы, чтобы деньги были в сейфе, а дела с этими тремя были урегулированы.
— Да, так и будет, мистер Джо.
— Как только деньги будут на месте, ты, Бено, займешься Сэми, возьмешь Эрни и сделаете котлетку из этого черномазого. Ты слышишь, что я сказал? Возьмите канистру бензина и сожгите его.
Эрни улыбнулся.
— Хорошо, патрон.
Массино повернулся к Тони.
— Остается девка. Ты единственный, кто ее видел. Займешься ею. Заставь ее страдать. Не появляйся мне на глаза, пока не найдешь и не ликвидируешь ее.
Тони утвердительно кивнул головой.
— Я это сделаю с удовольствием.
Как только Массино вышел, Энди продолжал:
— Время приниматься за работу. Через час Биандо позвонит Сэми. Еще через час Биандо попытается взять деньги. Нужно действовать организованно. Биандо может не поверить. Возможно, он будет ожидать несколько дней. Ладно, мы подождем несколько дней, но все равно мы его уничтожим.
Это ожидание их не беспокоило. Они проводили треть своей жизни в ожидании.
Энди похлопал Тони по плечу.
— Когда он появится, не промахнись.
Тони потрогал карабин.
— Я же вам говорил, что и шестилетний ребенок…
Громадная комната с двуспальной кроватью, креслами и телевизором, казалось, сузилась. Уличный шум, проникающий через открытое окно, казалось, усилился. Атмосфера была накаленной.
