Это произвело на него впечатление.
— Хорошее дело… Я сейчас отдыхаю. Когда-то у меня была ферма по выращиванию помидоров, но в наши дни слишком уж большая конкуренция. Я продал ее.
— Скажите, мистер Вуд, потерял ли Фред ноги до того, как погиб его сын, или позже?
Вопрос, казалось, поставил его в тупик. Он потянул себя за длинный нос и задумался.
Наконец он сказал:
— Раз уж вы спрашиваете, Фред потерял ноги, когда Митч был еще мальчуганом. Фреду-то сейчас должно быть лет семьдесят восемь. Митч делал почти все дела Фреда, пока его не призвали, но к тому времени Фред уже привык обходиться без ног. Вы бы посмотрели, как он ловко передвигается на своих культяпках! До сих пор считается лучшим охотником на лягушек и живет неплохо.
— Вы знали Митча?
— Знал ли я его?
Вуд снова потянул себя за нос.
— Все кругом его знали. Могу поспорить, никто не подумал бы, чтобы из Митча, из самого Митча, получится герой. Это показывает, что по ребенку нельзя судить, какой из него получится человек. Вроде той девчонки. Возможно, она образумится, но, конечно, национальный героини из нее не получится. Это точно.
— Митч был необузданным парнишкой?
Вуд допил свой виски и с несчастным видом заглянул в пустой стакан.
Это был, несомненно, намек, поэтому я забрал его стакан и помахал им дерзкой девчонке, которая уложила свои груди на стойку и наблюдала за нами.
Она принесла полный стакан и поставила его перед Вудом.
— Это ваш второй, — сказала она, — и последний.
Посмотрев на меня, она добавила:
— Больше двух он не выдерживает, так что не соблазняйте его. — После чего вернулась к бару.
Вуд мне хитро подмигнул:
— То, что я говорил: у молодежи кет уважения к старшим.
— Я вас спросил… Митч был необузданным малым?
Я закончил куриный хаш, не сожалея о том, что порция была маленькой: челюсти у меня устали жевать.
— Необузданным? Это неточное слово. Он был настоящим шалопаем.
Вуд немного отпил из стакана.
— У него были постоянные неприятности с шерифом. Поблизости от него ни одна девушка не чувствовала себя в безопасности. Вор и браконьер. Вы не представляете, сколько помидоров он перетаскал с моей фермы или сколько кур пропало со двора. А какое количество лягушек исчезло из лягушатника! Шериф не сомневался, что это дело его рук, но Митч был слишком ловким, чтобы попадаться. Потом бесконечные драки. Он был задирой. Вечерами он частенько отправлялся в город и затевал там ссоры. Ничего он так не любил, как с кем-то подраться! Однажды четверо парней, считавших себя силачами, скопом навалились на него, но все они оказались в больнице. У меня не было ни времени, ни охоты связываться с ним. Откровенно признаться, он меня пугал. Даже шериф его побаивался. Город обрадовался, когда его призвали. Больше его не видели.
Вуд замолчал для очередного глотка.
— Но все можно простить и забыть, когда человека награждают медалью Почета. Теперь-то город им гордится. Пусть прошлое будет прошлым, так я говорю.
Он подмигнул.
— Многие девушки тут не осушали слез, когда пришло известие о гибели. По-видимому, ему стоило только щелкнуть пальцами, как девушки раздвигали ножки.
Я все это слушал с большим интересом.
— Ну, а его отец? Похож на сына?
— Фред? Нет. Он был трудягой и честным человеком. Учтите, человек он тяжелый, упрямый, но прямой. Потеряв ноги, он изменился. До того как это случилось, он любил приезжать в город, посидеть в хорошей компании, но с этим все сразу было кончено. Больше он не приглашал к себе посетителей. С помощью Митча он все еще ловил лягушек. Даже сейчас, в таком возрасте, он их ловит. Раз в неделю к нему направляется грузовик и увозит его улов. Полагаю, он живет на кроликах и рыбе. Мы с ним не виделись уже лет десять.
— А мать Митча? Она жива?
— Не знаю. Никто в наших местах ее не видел. Рассказывают, что сюда приезжала какая-то женщина-турист сделать фотографии Фреда и аллигаторов. Сам Фред был тогда в расцвете сил. Думаю, что с женщинами он был, как Митч, они льнули к нему как мухи на мед. Так или иначе, в один прекрасный день на пороге своего дома Фред нашел младенца. Эхо был Митч. Предупреждаю, я не могу присягнуть, что все так и было, но в Сирле ходят такие слухи. Фред воспитывал его по-мужски, но все же заставил ходить в школу. Когда Фред потерял обе ноги, спас его Митч. Он ухаживал за отцом лучше самой преданной дочери, пока Фред не научился передвигаться на культяпках. Это единственное доброе дело, о котором я могу вспомнить, говоря о Митче. Он, несомненно, любил Фреда. Тут не может быть никакого сомнения.
— Интересно, — сказал я.
— Верно. В городе об этом много судачили. Мало городков нашего масштаба имеют национальных героев. К тому же был еще и внук.
Я не стал проявлять особого интереса.
— Вы имеете в виду сына Митча?
— Ну да. Это была загадка. Лет девять назад здесь появился мальчонка. Припоминаю, как он приехал. Он походил на маленького нищего, как будто шатался по дорогам долгое время. Грязный, длинноволосый, башмаки стоптаны. В руке у него был потертый старый чемодан, перевязанный веревкой. Мне его стало жалко, я вообще люблю детей. Я спросил у него, что он тут делает. Он вежливо ответил, что ищет Фреда Джексона, своего дедушку. Я был потрясен. Объяснил ему, где живет Фред. У мальчика был такой изголодавшийся вид, что я предложил ему поесть, но он отказался, поблагодарив меня, и сказал, что хочет как можно скорее добраться до дедушки. Джон, наш почтальон, как раз отъезжал на своей машине, я заставил его отвезти мальчишку. В то время Митч был в армии. Можете представить, сколько разговоров поднялось в городе. К Фреду заявился школьный учитель. К всеобщему изумлению, Фред принял его и поговорил с ним. В результате мальчик, Джонни Джексон, стал посещать школу, ездил туда на велосипеде.
— Джонни походил на отца?
— Ни капельки. Он был симпатичный, тихий, вежливый мальчик, возможно слишком мягкий, ко в школе очень сообразительный. С другими детьми проводил мало времени, держался особняком. Никогда не говорил о Митче. Ребятишки спрашивали у него, он отвечал, что никогда не видел отца. Он родился после того, как его отец уехал за море. Когда пришло известие о том, что Митч убит и что посмертно награжден медалью, мальчик не стал ходить в школу. К тому времени ему исполнилось четырнадцать лет. Учитель отправился к Фреду, но тот показал ему от ворот поворот. После этого, то есть вот уже шесть лет, Джонни никто не видел. Как я предполагаю, он устал от такого грубияна-деда и сбежал. Не могу сказать, чтобы я его осуждал. У старины Фреда невозможный нрав.
Вуд допил свой стакан, вздохнул, потом вытащил старинные серебряные часы и посмотрел на них.
— Я должен идти, мистер Уоллес. Моя супруга ровно в час приготавливает мне горячую пищу. Если только я немного задержусь, она страшно обидится.
Он пожал мне руку.
— Желаю хорошо провести отпуск. Надеюсь, мы с вами еще увидимся и снова пропустим по стаканчику.
Когда он ушел, я попросил девицу принести кофе. К этому времени в зале сидело несколько водителей с больших грузовиков, ни один из них не обращал на меня внимания, меня они тоже не интересовали. Другое дело местные жители.
Девушка принесла кофе.
— Не верьте всему тому, что вам говорит старик Вуд, — предупредила она, ставя на стол чашку. — Он уже выжил из ума. О чем это вы тут болтали?
— О Митче Джексоне.
Ее лицо просияло, на нем появилось глуповато-восторженное выражение, которое видишь на детских рожицах, когда они слушают волшебные сказки.
— Это был настоящий мужчина!
Она закрыла глаза и вздохнула.
— Митч! Вот уже шесть лет, как его нет в живых, но память о нем не умирает. Я видела его всего один раз, в то время я была еще ребенком. Но этого я никогда не забуду.
— Вуд сказал, что он был шалопаем. Но я считаю, что если человека награждают медалью Почета, то он настоящий герой.
Я накормил ее этой сентенцией, потому что видел по ее одурманенной физиономии, что Митч значил для нее очень много.
— Я могу подписаться под вашими словами! Кто бы подумал, что его сын будет таким размазней?
Я помешивал свой кофе. Похоже, что это был удачный для меня день.
— Он был размазней?
— Мы вместе учились в школе. За ним бегали все девчонки, потому что отцом был Митч. Что за сопли! Он убегал от них, как робкий кролик.
Заорал какой-то шофер, требуя еду. Девушка скорчила гримасу и убежала.
Я потягивал кофе и обдумывал все это, что узнал. По словам Вуда, внука Фреда не видели с тех пор, как погиб его отец. Вуд разделял мнение всего города, что Джонни Джексон сбежал. Это мне казалось лишенным всякого смысла. Если мальчик исчез шесть лет назад, с какой стати Фреду Джексону было сейчас писать Парнеллу с просьбой начать расследование и найти паренька после такого перерыва?
